Стася Качиньска – Служанка из западных земель (страница 4)

– Все, что угодно, милорд.

Я скривилась. Ее поведение выглядело нелепым и наигранным. Миранда будто бы выставляла себя на продажу в публичный дом, и никто ей не делал замечания. Женщина-служитель сидела с каменным выражением лица, неспешно разрезая кусок жареной рыбы, а миссис Стоун продолжила нахваливать свою любимицу.

– Это так, – кивнула она. – Миранда будет прекрасной помощницей по дому в хорошей семье.

Смотр все больше напоминал торг. Взгляд Бертона был обращен на обтянутый лиф платья смуглой девушки, и, по всей видимости, он представлял несколько иные ее навыки.

Я расслышала тяжелый вздох Лилии. Моей маленькой подруге было так же неуютно, как и мне. Но уйти мы не могли.

– Ну а эта? – внезапно заговорила серьезная женщина-служитель.

Сначала никто из присутствующих не понял, о ком идёт речь. Я ковырялась в тарелке, пока Лилия не пнула меня под столом своей ногой. Я подняла глаза и столкнулась с холодным взглядом веснушчатой гостьи. За столом прошлись шепотки, и до меня дошло, что служитель спросила именно обо мне.

– Илиане еще нет восемнадцати. Она не участвует в отборе, – четко проговорила миссис Стоун.

Я не смогла долгое время выдерживать взгляд женщины-служителя, и опустила голову вниз, принявшись дальше ковырять вилкой еду. Они говорили обо мне в третьем лице, и это было самым неприятным.

– Но ей есть семнадцать, верно? – вступил в обсуждение пухлый мужчина.

Мое сердцебиение участилось, почувствовав неладное. Зачем они говорят обо мне? Я не должна сегодня ни в чем принимать участие. На меня смотрели все присутствующие, и мне хотелось провалиться под землю.

– Значит, поступим следующим образом, – продолжила служитель. – Все ваши совершеннолетние воспитанницы и эта…

Я фыркнула:

– Меня зовут Илиана.

За свой словесный выпад я получила укоряющий взгляд настоятельницы.

– В моей голове и так слишком много имен, – отмахнулась от меня женщина. – Завтра, на площади, состоится окончательный отбор. Прибудут смотрители из других земель.

– На площади? – с испугом спросила одна из моих соседок.

– Мы проводим предварительный смотр, – подытожила служитель. – Даем рекомендации. Вашу дальнейшую судьбу решаем не мы.

– Филлис, ты даешь разрешение на смотр этой воспитанницы? – спросил приятель настоятельницы обо мне.

За столом повисла тишина. Взгляды обратились в мою сторону. Я косо глядела на миссис Стоун. Не хочет же она сказать, что…

Настоятельница ответила сухо и четко:

– Да.

Меня затрясло, будто почва ушла из под ног. Я не могла поверить своим ушам. В приюте никогда не участвовали в отборе девушки, не достигшие совершеннолетия. Это не казалось правильным.

– Встань, милая.

Мужчина обращался ко мне.

Я исподлобья взглянула на настоятельницу, которая так просто нарушила устоявшиеся правила. Она кивнула служителю и повернулась в мою сторону:

– Встань, Илиана.

Я часто перечила миссис Стоун, но поступить так сейчас мне не позволила Лилия.

– Что-то тут не так, – шепнула она мне. – Лучше послушаться.

Я окинула взглядом девушек за столом. Все пребывали в шоке, включая Миранду.

Вставая, я нарочито громко скрипнула стулом, выражая свой протест. Но мое мнение нужно было только мне.

Смотритель внимательно изучал меня, явно оценивая внешний вид. Мне очень захотелось плюнуть в его напыщенную физиономию.

– Ну, что ж, она высокая, хорошо сложена, правда, немного костлявая, но не думаю, что это сильно влияет на ее выносливость.

– У нее есть таланты? – спросила рыжеволосая женщина.

Я надеялась, что настоятельница поведает о моем своеволии и нерасторопности, и служители оставят меня в покое. Однако, миссис Стоун удивила всех.

– У Илианы неплохие кулинарные способности. Она вполне могла бы подойти на роль помощника повара или служанки.

Миранда еле сдерживала смех. Слово «служанка» для нее являлось приятным оскорблением в мой адрес. В глазах девушки плясали веселые искорки. Я пообещала себе, что напоследок хорошенько врежу этой занозе.

– Ты чистоплотна? – спросила у меня смотритель.

Наконец они обращались непосредственно ко мне.

– Уж аккуратнее некоторых сидящих здесь, – выплюнула я.

Миранда ахнула. Никто не позволял себе язвить служителям.

Мужчина рассмеялся:

– А девчонка-то не промах. Молодец.

У меня возникло дикое желание швырнуть тарелку и выбежать из-за стола. Может, так и поступить? Тогда всем станет понятно мое личное мнение насчет всего этого сборища.

Я посмотрела на Лилию. Выглядела она напуганной. Возможно, девочка права: мое непослушание так просто не простят. Многих расстановок в королевстве я пока не знала и не сталкивалась с законами.

Почувствовала, как напряжение нарастает в комнате, когда женщина-смотритель вновь обратила на меня свой холодный взгляд.

– Ты невинна?

Я не могла поверить, что именно этот вопрос будет решать мою дальнейшую судьбу.

– Это… это важно? – выдавила я из себя, надеясь, что мой тон не выдает смятения.

Мужчина-смотритель, наблюдавший за всем с любопытством, медленно кивнул, будто бы допрос был самым естественным делом на свете.

– Для многих господ это очень важно, – произнес он с ухмылкой, которая вызвала у меня мурашки по коже.

Я ощущала, как на меня смотрят остальные воспитанницы, и как вся комната наполнилась напряженной тишиной. Казалось, что время замерло, и в этот момент мне стало не по себе. Я едва могла удержаться на ногах.

– Я… – снова попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле.

– Скажи нам правду, – настоятельно повторила женщина.

Я искала поддержку в глазах Лилии, но увидела лишь страх и недоумение.

– Разумеется, я невинна, – произнесла я, ощущая подкатившую тошноту. Слишком мерзко было разговаривать с ними о моей личной жизни.

– Можешь садиться.

Я проглотила в себе грубые слова и продолжила пялиться в стол.

– Серьезных заболеваний и физических увечий нет? – продолжила женщина свой допрос.

– Не выявлялись ни у одной из девушек, – отчеканила настоятельница.

Весь остаток вечера служители задавали однотипные вопросы, которые с каждым часом все больше пугали воспитанниц. Девушки понимали, что теперь правила упростились, и любая из них могла быть вызвана на отбор, несмотря на возраст.

Я надеялась, что миссис Стоун объяснит, почему она нарушила правило восемнадцати лет. К моему раздражению, настоятельница покинула приют вместе со служителями, чтобы подготовить все необходимые бумаги для завтрашнего мероприятия.

После вечернего скучного занятия по этикету, на котором меня отчитали за мое ужасное поведение с гостями, я побрела в библиотеку, попросив Лилию не ходить за мной. Я знала, что подруга хотела поговорить, но мне было необходимо побыть наедине с толстой и пыльной книгой – путеводителем по нашему королевству. В свое время я залистала ее до дыр, делая пометки мест, которые хотела посетить. Карта, начертанная тусклыми чернилами, занимала почти весь разворот в середине старой книги. На пожелтевших страницах описана история становления страны, переписанная, по словам Тессы, не один раз. Я провела пальцем по границам обширных земель, пока не дошла до морей – Северного вверху и Южного внизу. Отбор мог отправить меня в любую точку на этом пространстве, и мысли об этом вызывали смесь радости и страха. Разве не об этом я всегда мечтала? Освободиться от опеки настоятельницы, затеряться где-то на просторах мира и, возможно, узнать правду о своих родных. В голове зрел план: по пути к назначению я могла бы попытаться сбежать. Может, отправят так далеко, что я смогу выиграть немного времени, чтобы придумать способ исчезнуть. Захлопнув тяжелый том, я поспешила на кухню для отработки наказания. Несмотря на то, что Тессу сегодня освободили от работы, она уже стояла у умывальника и мыла посуду. Огонь в очаге ещё горел, а сквозняк пробивался через маленькие окна, принося с собой холодный ветер. Кухарка встретила меня с мягкой улыбкой и шуточкой наготове.

– А я думала, что ты уже на полпути бегства отсюда.

– Ты знаешь?