Стася Качиньска – Хранитель для банши (страница 16)

– Ты ведь не просто следишь за нами. Может, ты ревнуешь свою подопечную?

Взгляд Хранителя мгновенно стал ледяным, и я ощутила, как воздух вокруг нас будто бы сгустился. Он скрестил руки на груди, выпрямился ещё больше, если это вообще было возможно, и поджал губы.

– Ты совсем не понимаешь, о чём говоришь, – ответил он резко, а голос прозвучал как тихий рык. – Моя обязанность – защищать тебя, а не испытывать глупые эмоции.

Я не сдалась и, напротив, почувствовала, что хоть немного, но задела его. Прищурилась и с вызовом подняла подбородок.

– А почему же ты тогда не сводишь глаз с Кирана? Ты говоришь о защите, но ведь ты следишь за нами даже тогда, когда нет никакой угрозы. Например, вчера. Когда мы ходили в кино. Ты не удивился, когда я рассказала о том происшествии в кинотеатре. Значит, знал.

Хранитель сделал шаг ко мне. Причем настолько близко, что я ощутила его холодное дыхание.

– Ты ошибаешься, – произнёс он глухо. – Мои мотивы не поддаются твоим детским интерпретациям.

Я увидела в его глазах напряжение, которое он пытался скрыть. Может, не могла заставить признаться в чём-то большем, но определённо задела за живое.

– Хорошо, – я отступила на шаг, пытаясь сохранить остатки своего самообладания. – Но к твоему сведению, сейчас ты не выглядишь настолько безразличным, каким пытаешься казаться.

Хранитель вздохнул, всем своим видом давая понять, что уже устал от моих подозрений.

– Мне необязательно так выглядеть, – произнес он тихо и мягко. – Моё дело – защищать. Всё остальное не имеет значения.

Однако, я не отступала и собиралась узнать, насколько далеко простираются его правила и запреты. Хранитель больше не приближался, а держался на безопасном расстоянии, словно знал, что могу задать слишком личный вопрос.

– Раз я банши, могу ли я… вернее, могут ли подопечные… заводить отношения с людьми? – я сделала паузу, наблюдая за его реакцией. – Или это тоже запрещено?

Глаза гостя из иного мира сузились, и я заметила, как он обдумывает ответ. Вокруг нас снова повисла напряжённая тишина, прерываемая лишь шелестом листьев.

– Отношения с людьми не запрещены, – наконец ответил он. На удивление голос был ровным. – Но ты должна понимать, что подобные связи могут усложнить твою жизнь. Не всё в этом мире предназначено для простых решений.

– А если это несерьёзные связи? – продолжала я, пытаясь подловить его. – Если это просто увлечение и никак не повлияет на дальнейшую жизнь?

Хранитель усмехнулся уголком губ, но взгляд оставался холодным.

– Тогда это твой выбор. Но ничто из этого не должно мешать тебе выполнять свою истинную роль. Если это просто увлечение, то я не стану вмешиваться. Твои отношения с Кираном не важны, пока они не меняют твою сущность.

Я прищурилась, анализируя его слова. Значит, ему всё равно, если я захочу провести время с Кираном, пока это не мешает моей «истинной роли». И, похоже, это его способ сказать, что он не вмешается, если я решу сблизиться с кем-то. Чувство лёгкой обиды кольнуло внутри – казалось, что Хранитель видел в моей жизни только долг и обязанность, а не моё личное счастье.

– Значит, ты не будешь против, – уточнила я, стараясь не показывать своих настоящих эмоций, – если вдруг я захочу отвлечься с кем-то из людей? Ты понимаешь, что я имею ввиду, верно же?

Хранитель посмотрел на меня долгим, оценивающим взглядом, прежде чем ответить:

– Вивиана, я не твой судья и не твой наставник в таких делах. Делай то, что считаешь нужным, пока это не ставит тебя под угрозу.

Его слова повисли в воздухе, и я не могла не почувствовать лёгкую тяжесть от этого разговора. С одной стороны, у меня была свобода выбора, но с другой – постоянное напоминание о том, что эта свобода ограничена невидимыми рамками моего предназначения. Хранитель кивнул и сделал шаг назад, словно давал мне пространство для того, чтобы обдумать сказанное.

– Я здесь не для того, чтобы мешать тебе наслаждаться человеческими радостями, – добавил он, и его голос стал почти мягким. – Я здесь, чтобы защищать.

Хранитель отвернулся и начал уходить, и на этот раз я не пыталась его остановить или просить проводить. Развернулась и двинулась в сторону своего дома. После нашего странного лесного разговора остался неприятный осадок.

Хранитель явно не был моим типом мужчины: его внешний вид – строгий и отстранённый – не вызывал у меня никакого особого влечения. Безусловно, объективно он считался красивым. Наверное, даже очень красивым. Меня действительно тянуло к нему.

Возможно, между нами уже есть хоть какая-то связь. Как у банши и ее Хранителя. Ведь не зря же именно его назначили быть моим защитником. Я понимала, что узнаю правду лишь тогда, когда окажусь в том самом мире – моём родном мире.

Но как убедить Хранителя позволить отправиться туда?

ГЛАВА 7

Я подошла к дому и увидела, как в окне мелькнул силуэт. Таллия явно ждала меня, и, судя по всему, была не на шутку взволнована. Я тихо открыла дверь и вошла внутрь.

– Где ты была?

Девушка сразу подбежала ко мне. Её лицо выражало тревогу.

– Я думала, ты быстро поговоришь с Кираном и вернёшься. Ты два часа была вне зоны доступа, понимаешь? Два часа! Я пыталась дозвониться, но твой телефон был отключен. Я уже не знала, что и думать.

Моё сердце сжалось.

Два часа? Я была уверена, что провела в лесу не больше тридцати минут. По телу пробежала мелкая дрожь. Не может быть… Достала мобильный из кармана куртки и разблокировала экран. 88% заряда, нет пропущенных звонков, сеть прекрасно ловила.

– Ты уверена, что звонила мне? – переспросила я подругу.

Она посмотрела на меня как на дурочку.

– Ну, конечно! Все эти два часа я трезвонила тебе и писала в чате.

– Прости, Таллия, – я постаралась придать своему голосу как можно больше искренности, хотя внутри всё скручивалось от лжи. – Я забрела в место, где не ловила сеть. Время пролетело незаметно.

Я заметила в её глазах смесь беспокойства и раздражения, и это заставило меня жалеть о своей лжи.

– Обязательно было встречаться с ним в лесу?

Вопрос подруги застал меня врасплох. Перед глазами возник образ Хранителя, но затем до меня дошло, что девушка спрашивает про Кирана.

– Там спокойно и нет чужих ушей, – пояснила я.

Таллия нахмурилась и резко сменила тон.

– А Киран? – спросила она, пристально глядя на меня. – Он не причинил тебе вреда?

– Нет, не причинил, – я чуть не усмехнулась от удивления. – Киран – хороший парень. Он просто немного потерян сейчас. Ему нужна помощь и поддержка. Я думаю, он о многом переживает.

– Может и так, – согласилась девушка, но сомнение всё же мелькнуло в её взгляде. – Мне он не нравится. В нём есть что-то странное. И как ты вообще могла так спокойно гулять с ним по лесу? Я очень волновалась!

Я подошла к Таллии и мягко положила руку на её плечо, пытаясь успокоить внимательную подругу.

– Всё хорошо. Я очень ценю твою заботу, но, правда, с Кираном всё в порядке. Он просто переживает из-за Леан, и, кажется, ищет во мне друга.

Таллия вздохнула, наконец, сдаваясь.

– Хорошо, если ты так считаешь, – сказала она чуть более спокойным тоном. – Но если этот засранец сделает хоть что-то подозрительное – пусть пеняет на себя.

Я улыбнулась напору своей боевой подруги. Она больше походила на отважную банши, чем я.

– Обещаю, ты узнаешь первой, – произнесла я, пытаясь разрядить обстановку.

Таллия всё также кивнула, но напряжение, казалось, ещё не отпускало её полностью.

– Бабушка звонила, – добавила она. – Сказала, что семейный ужин переносится.

– Что-то случилось?

Я усадила подругу на диван, где всё ещё дремал её кот.

– Отец как-то странно себя ведёт. Он в последнее время часто уезжает после работы куда-то и возвращается очень недовольным.

– Твой папа был близко знаком с моей мамой.

Таллия удивлённо подняла брови.

– Правда? Я не знала. Он никогда не говорил о твоей маме, – сказала она. – С недавних пор стал очень закрытым и редко делится тем, что у него на душе.

Я вспомнила, каким учтивым был Шон в первый день нашего знакомства. И довольно общительным. Сегодняшний рассказ Таллии никак не вязался с образом ее отца, который существовал в моей голове.

Хранитель сказал, что мама знала о моей природе банши, и была в курсе всей этой тайны с самого начала. Может ли быть такое, что и Шон тоже всё знал? Отец Таллии – директор школы. Человек, обладающий значительной властью в этом маленьком городе. Не последняя персона в обществе. Возможно, его странное поведение, описанное дочерью, связано с тайнами, которые окружают меня.

Когда я вернулась из своих мыслей, Таллия уже стояла передо мной, протягивая кофе, с загадочной улыбкой на лице.

– Хватит грустить и грузиться. Нам надо отвлечься, – заявила она, и в её голосе прозвучала нотка убеждения. – Утром ты согласилась пойти со мной на вечеринку, помнишь?