Стася Белуга – Тайный дневник Наташи N., или Бредовая книжка о бредовом передке (страница 1)
Стася Белуга
Тайный дневник Наташи N., или Бредовая книжка о бредовом передке
Глава
Тайный дневник Наташи N., или Бедовая книжка о бедовом передке
Запись №1
Аполлон, игра на бирже и мои стратегические ошибки в фотоискусстве
Дата: Четверг. Утро после. Голова болит не от вина, а от осознания масштабов идиотизма.
Настроение: Как помятая банка энергетика в мусорном баке у спальника. Бодряще-стыдно.
Звучит в наушниках: песня про потоки слёз (ах, как символично! Реки моих слёз, времени, потраченного впустую, и… эфириума).
Внешний вид: Тот же корсет, что вчера снимала для «него». Натянула поверх халата. Как броня. Или как намёк самой себе.
Наташа, ты – кретинка. Гениальная, тонко чувствующая, но кретинка. У меня есть для тебя термин из тех самых курсов по сексологии, которые ты так и не применила: «Когнитивный диссонанс, доведённый до уровня богини».
Наша с Виталием (ага, «Виталий», будто он из романа Тургенева, ага) история была краткой, как крик чайки, и столь же полной… ну, в общем.
Всё началось классически. Его ава: Аполлон с плешью. Моя анкета: «Старомодна, но так горяча. Интеллект, поэзия, тонкие материи. Секс не предлагать (сами догадаетесь, когда можно)». Ирония в том, что «сами» не догадываются НИКОГДА, а я только об этом и думаю. Но надо же создать ауру недоступности! Это стратегия! (Примечание: стратегия провалилась в 46 случаях из 46).
Он написал: «Ваша анкета – как редкая книга. Хочется читать между строк».
Я, конечно, поплыла. Между строк! Это же про… ну, вы поняли.
Мы поговорили о Бродском. Вернее, я говорила о Бродском, он отвечал: «Ты так глубоко чувствуешь. Это дар». Потом плавно: «Я чувствую, у тебя дар не только к поэзии. Твоё тело, наверное, тоже поэма». Я покраснела, одна в квартире. Это же комплимент! Литературный!
А потом… пошло-поехало. «Для полного доверия, для энергообмена…» давай научу играть на бирже. И «…а чтобы я знал, с кем имею честь строить будущее…» Фото.
И вот тут, друзья мои (то есть, дневник), случился момент истины, который я про…ла*. Вместо того чтобы послать его куда подальше, как советовала подруга Настя («Это развод, дура!»), мой мозг, сдобренный уроками «искусства соблазнения», выдал гениальную мысль: «А что, если это проверка? Проверка на смелость, на раскрепощённость! Он же ценит тонкие материи! Это метафора! Доверие – это же когда без одежды… в духовном смысле!»
И я… отправила. Не сразу. Сначала в корсете. «Чтобы было эстетично». Потом… торс. «Чтобы было честно». Я же горяча! Пусть видит, что анкета не врет!
Ответ пришёл через пять минут: «Супер. Тёлочка что надо. Теперь по делу: вот ссылка на кошелёк, внеси 500$ для активации, и мы начнём наше путешествие».
Путешествие. В банкротство и ещё большую ненависть к себе.
Я не внесла. Я просто написала: «Пошёл ты». И удалила чат. А потом час сидела и смотрела на свои фото на телефоне. На эту 46-летнюю женщину с пирсингом и безумными глазами, которая так отчаянно хочет, чтобы её «прочли между строк», что готова отправить страницы своего голого текста первому встречному графоману.
Итог дня:
1. Курсы по сексологии – 15 000 руб.
2. Новый корсет для «эстетики» – 7 000 руб.
3. Осознание, что тебя использовали как дуру, а твою «поэму» оценили в 500 долларов стартового взноса – бесценно.
Настя звонила. Говорила: «Ну что, психолог великий, лопухнулась?». А я ей: «Это был полевой эксперимент! Сбор материала для моей будущей лекции «Цифровые неврозы современности»!».
Соврала, конечно. Просто стыдно.
Завтра. Завтра я…
…наверное, обновлю анкету. Надо сменить фото. Добавить то, где я в очках, с книгой. Выглядеть умнее. Хотя какая разница?
P.S. Секса опять нет. Но теоретически я теперь просто богиня. Богиня, раздающая голые селфи в обмен на цитаты из Бродского. Эпоха Возрождения отдыхает.
Запись №2:
Порча на смерть, или Как я за 90 тысяч
купила приключение на свою ж…у*
Дата: Неделя спустя. Между отчаянием и просветлением. И циррозом.
Настроение: Как выжатый лимон, который ещё и по пьяни погадал на таро и выпал «Шут». Я и есть шут.
Звучит в наушниках: песня про слепую ярость любви (ярость слепая, да. На саму себя).
Внешний вид: Та самая закопанная на кладбище майка (откопала на следующий день, жалко ведь, красивая), поверх – шаль с дракончиками для ауры защиты.
Начну, как водится, с диагностики. Проснулась – кашель. Не простой. Хриплый, с подтекстом. Сказала себе: «Наташа, это неспроста. Ты вчера коньяк после водки тянула, но это же не причина! Это – знак. Вселенский посыл». Тело, знаете ли, мудрее нас. Оно сигнализирует.
К обеду голос пропал. Спину скрутило. Я, как трезвомыслящий эзотерик (оксюморон, да?), провела ритуал. Достала таро. Выпали: «Башня», «Смерть» и «Дьявол». Ну, понятное дело. Порча. На смерть. Мужиков нет, а смерть – вот она, пожалуйста, в виде хрипа в бронхах и прострела в пояснице. Паника – лучший советчик. Стала обзванивать всех: «Посоветуйте ведьму! Не шарлатана, а сильную!». Подруга Настя, циник ёрнический, сказала: «Выпей лекарство и не маячь дурью». Лекарство!! Да оно же порчу не снимет! Он только симптомы заглушит, а корень зла так и будет точить мою ауру!
Вечером, в состоянии духовного поиска и физического недомогания, нашла на просторах сети бабку Фросю. «Потомственная ведунья, скидывает порчи в обратку, работает с воском и молитвами старцев». Голос у бабки – как скрип несмазанной телеги. Слушаю, замираю.
– Ой, девонька, – шепчет она, – вылила я тебя на воск… Там такое… Сглаз тяжеленный. И порча… на смерть. На костях делали.
У меня мороз по коже. Это же диагноз подтвердился!
– Срочно, – говорит, – 90 тысяч шли. Я в скит к старцам святым, они тебя отмолят. А ты сама – на кладбище. Ночью. На могилу одноимённую найди, свою ношеную майку закопай, чтобы смерть к тебе привязалась да на том месте осталась.
Логика железная. Я согласилась. Деньги перевела. Кошельку сразу полегчало. Неспроста!
Ночь. Кладбище. Темнота, что твоя совесть после третьего бокала. Иду, трясусь, майку в охапке. Нашла могилу «Наталии» (близко, считай, одноимённая). Начала копать совочком (взяла из песочницы, грешница). И тут… из-за памятника… Он. Призрак. Или бомж. Или бомж-призрак. Воняет сивухой и вечностью.
– Бабонька, – сипит, – как ты сзади-то хороша… Дай на опохмел, а?
Я визгнула так, что, кажется, сама себе порчу нагнала. Бросила майку, даже не закопав, и помчалась. Сердце колотилось – не о любви, а о страхе. Дома хватила стопку водки – для дезинфекции ауры, понимаете.
Утром, придя в себя, позвонила Насте. Рассказала про подвиг. А она молчит. Потом говорит таким тоном, будто я не великий эзотерик, а просто дура конченная: «Наташ. Вторые 90 тысяч не шли. Возьми их, съезди в санаторий. Печень полечи. Голос вернётся, спина пройдёт. Вот тебе и вся порча».
Я возмутилась! Это же не системный подход! Но… в глубине души – гениально. Что я и сделала.
Итог недели:
1. Порча (она же острый трахеобронхит на фоне алкогольной интоксикации) – снята (санаторием, антибиотиками и массажем).
2. Деньги: -90 т. бабке Фросе, + неоценимый опыт.
3. Новое знание: кладбищенские призраки могут быть весьма томными. Надо было телефон спросить. Мало ли. Он, может, и не призрак, а просто затворник-поэт с творческим кризисом. Упущенная возможность.
Теперь я не только великий психолог и сексолог, но и прошедшая через очищение огнём и… ну, через кладбище. Моя аура теперь чиста, печень – в процессе восстановления, а в кошельке – зияющая дыра, напоминающая о бренности бытия и стоимости глупости.
P.S. Бабка Фрося звонила, спрашивала про вторые 90 тысяч. Я сказала, что старцы мне во сне явились и велели прекратить это безобразие. Она назвала меня «окаянной» и бросила трубку. Обиделась, наверное. Ведьмы – они такие ранимые.
Запись №3:
Риторика страсти, или 20 минут в машине с синонимом «мужчина»»
Дата: Последующие две недели. Между экстазом и похмельем души.
Настроение: Как многоточие в середине сложноподчинённого предложения… обещающее продолжение, которого нет.
Звучит в наушниках: Песня про беспечного ангела (Так и есть, про меня, конечно).
Внешний вид: Новое бельё (куплено специально, на случай, если «зайдёт разговор о культуре тела»). Очки чищу чаще – взгляд должен быть томным, но умным.
Профессия у меня, конечно, обязывает. Не просто учитель, а проводник в мир гармоничной речи. Мои клиенты – бывшие «братки», ныне уважаемые бизнесмены. Я научила их не говорить «чё», а изящно вворачивать «собственно говоря» и «в контексте вышесказанного». Один даже слушал «Войну и мир» в моём исполнении по телефону. Чувствовал себя причастным к великому. Я чувствовала себя Психеей, озаряющей тьму.
И вот – он. Антон. Невысокий, лысый, но с волевым подбородком и взглядом, который говорил: «Я хочу… синонимы». Или что-то около того. Женатый, что добавляло пикантности драмы. На одном из уроков, разбирая фразеологизм «дать добро», он посмотрел на меня не как ученик, а как… ну, вы поняли. Сказал: «Натали, мне бы с вами индивидуально позаниматься. По риторике страсти, что ли».
Я зарделась, как маков цвет. Он назвал меня Натали. Не Наташа. Это же уровень!
Дальше – классика низкого жанра. Он стал настаивать. Не грубо, а настойчиво, как человек, привыкший добиваться. «Уделите мне 20 минут в машине. Обсудим… контекст». Я ломалась. Кокетливо, с отсылками к профессиональной этике. А внутри – бурление. Смесь страха, лести и дикого, давно забытого азарта.