Стасс Бабицкий – Проект Сократ (страница 7)

– Так, успокоились! Главное, что теперь все в сборе. Можем начинать инструктаж. Корней, пусть пригласят профессора Гаврилова и его яйцеголовых, – он отдал распоряжение телохранителю и снова повернулся к девушке. – А я пока представлю вам Викентия, бог сделок и мастер переговоров.

Дарья кивнула, даже не взглянув в его сторону.

«О как! Выбирает она, с кем за руку, а с кем так. Ну и хрен с ней. Смотреть не на что. Это даже хорошо, не придется отвлекаться от дела», – подумал Викентий и расплылся в тщательно отрепетированной и щедро оплаченной стоматологу белозубой улыбке.

– Пока мы не начали, – Руслан хмуро посмотрел на девушку, но вопрос адресовал начальнику. – Сергей Николаевич, вы говорили, что в прошлое нельзя брать вещи из нашего времени. А наш профессор носит очки. Из чего я делаю вывод о плохом зрении. Но очки в Древней Греции вряд ли были, а линзы с собой брать опасно. Не станет ли это препятствием?

– А напрямую у меня вы побоялись спросить? – Дарья холодно улыбнулась и сняла очки, одновременно сбросив лет пять. – Они у меня просто имиджевые.

Руслан недоуменно поднял левую бровь.

– Ну, для серьезности, если не поняли. Чтоб казаться старше, солидней. А то коллеги по институту меня поначалу всерьез не воспринимали, пришлось чуток состариться.

– Первый раз с таким сталкиваюсь. Очки для вида… Девочки такие девочки, – поддразнил ее Викентий, у которого вдруг возникло подозрение что с этой девчонкой скучно не будет, хотя и выглядит она, как моль серая.

– И давайте на время экспедиции будет называть друг друга короткими именами, – девушка не предлагала, а давала указания вроде и вполголоса, но тоном, не терпящим возражений. – Для уха древних греков и других народов того периода, Руслан и Викентий непривычны, и потому будут привлекать ненужное внимание. Поэтому ты будешь Рус, ты – Вик, а я – Дар. Отныне только так и не иначе, чтобы успеть привыкнуть. Никто ведь не против, если мы перейдем на «ты»?!

Она как-то слишком быстро освоилась и легко общалась со всеми. Очаровала и прагматичного Гамаюна, и занудного Гаврилова, и весь инструктаж щебетала, как птичка – то с одним, то с другим. Пару раз постучала в запале Руса по руке, восторгаясь предстоящим маршрутом по Древней Греции.

Вик, сидя напротив, мрачнел всё больше. Из-за затянувшегося инструктажа пришлось отменить свидание с сестрами-близняшками, такими яркими да жаркими, что их дико раздражающие тупые шуточки можно было и потерпеть. А ведь ждал этой встречи три недели.

«Вот сука. Кого они взяли? Мало того что баба, так ещё и неадекватная. Опаздывает, обманывает, вон, ещё и повизгивает. Из-за нее все затянулось. Сейчас нас потащат на тренажер, учиться летать на этих долбаных ранцах. Потом вживят какие-то чипы под кожу головы, чтобы мы понимали все древние языки и могли спросить: «Как пройти к Сократу». Твою-то мать…, затянется все до ночи. А девчонки – все. До отбытия в прошлое уже и не успею встретиться ведь… Я в пролете. Сегодня пролет, завтра – полет. Ха-ха, прям каламбур… Что? Не завтра? Нас неделю будут гонять на полигоне? В какую хрень я вписался? Думал ведь, нормально все будет. А тут…»

Глава пятая

Щурясь на ярком солнце, Рус подошел к арке из зеленого камня. Значит, это и есть тот самый «коридор времени». Какой-то неказистый с виду, скособоченный. Но так нужно для правильной настройки, чтобы переместиться в далекое прошлое. Каждый элемент этой сложной системы находится на своем месте, об этом на инструктаже все уши прожужжали, и если упадет или сдвинется хоть один камушек, то все. Обратно группа уже не вернется. Самоубийственное задание. Как обычно…

Он погладил широкой ладонью шершавую поверхность камня. Внутри заплясали изумрудные искры, как будто в глубине темно-зеленого океана светящиеся рыбки бросились врассыпную, почуяв приближение опасного хищника.

– Офигеть! Эта штука, похоже, живая! – Вик тоже потер треугольный выступ. – Слушайте, а если это типа лампы, с сидящим внутри джинном? Может, он исполнит три желания того, кто его освободит? – постучал костяшками пальцев, прислушался, а потом суетливо огляделся по сторонам. – Чем бы расколоть…

Рус поймал живчика за плечо и хорошенько встряхнул.

– Так, стоп! Даже незначительная царапина на этой арке может оборвать нашу миссию. Нельзя ставить под угрозу…

– А, так ты у нас миссионер?! – фыркнула Дар, стоявшая чуть поодаль. – Знаешь, как говорят: если мужчина постоянно выбирает миссионерскую позицию, то он либо лентяй, либо у него проблемы с фантазией, либо его… – тут девушка замешкалась и слегка покраснела, но все же продолжила, – его мальчик-с-пальчик совсем крохотный.

Она подняла кулак с оттопыренным мизинцем. Вик расхохотался.

– Но в чем миссионер прав, – из голоса Дар исчезли насмешливые нотки, – за неудачную прогулку в прошлое начальство расколет вам головы.

– А тебе нет?! – огрызнулся Рус.

– Нет, мне просто не заплатят обещанный гонорар. Я ведь не принадлежу вашей Корпорации со всеми потрохами.

– Ошибаешься, красотка, – Вик растянул губы в хищной усмешке. – Мы все давным-давно принадлежим Корпорации. Правительство, армия, полиция, простой народ и, конечно, эти ваши институты-проституты. Так что нечего тут задирать свой острый подбородок и строить из себя бунтарку. Все одним медом мазаны, да?

Дар снова фыркнула и демонстративно отвернулась. Но уже через секунду резко развернулась на каблуках и зашипела:

– Ну и кто меня ущипнул? А? – ее трясло от сдерживаемой ярости. – Считаешь, что это забавно, Вик?!

– А чего сразу Вик? – нагловатая улыбка и козлиная бородка, нет, ну как же негодяй похож на Мефистофеля. – Может, это наш миссионер распоясался.

– Ага, от него дождешься. К тому же у Руса ногти срезаны под корень, а у тебя маникюр.

– А у тебя, выходит, очень чувствительная зад…

Девушка замахнулась, чтобы влепить пощечину, но Вик увернулся. А вот оплеуху от Руса пропустил, да такую сильную, что в голове зазвенело.

– Извинись, – припечатал командный голос.

– Да ты-то куда лезешь? – опешил Вик. – Мы сами разберемся.

– Нет никаких «сами», – отрезал Рус. – Мы команда, или должны ей стать, чтобы выполнить мис… – он проглотил коварное слово и тут же поправился, – выполнить задание. А в команде недопустимы проявления неуважения друг к другу.

– Так я со всем уважением ущипнул, – осклабился Вик. – Можно сказать, для большей сплоченности нашей команды.

– Извинись, – повторил Рус, сдвигая брови.

– Может, прикажешь нам еще и на мизинчиках помириться? – насмешливо спросила Дар. Возмущение схлынуло и теперь эта ситуация ее, скорее, забавляла.

– Еще не хватало! Я помню, что именно ты показывала этим мизинчиком, – хихикнул Вик. – Кстати, а разве это не считается проявлением неуважения в команде?

Рус сграбастал обоих в свои медвежьи объятия и притянул так, что все трое соприкоснулись лбами.

– Слушайте очень внимательно, – отчеканил он шепотом. – Я тоже не в восторге от вашей компании, но мы все подписались на это дело. Мы уже в одной лодке и нам придется грести всем вместе. Не нравится – терпите, но я никому не позволю раскачивать лодку. Это понятно?

Дар пробормотала что-то неразборчивое, а Вик добавил одними губами: «мудозвон» и попытался вывернуться из захвата.

– Это понятно? – грозно спросил Рус.

– Да, – выдавили оба.

– О, я вижу вы сработались, – Гамаюн незаметно подошел от вертолета, в котором грелся коньяком, – и это прекрасно. У вас минута до, так сказать, отправления.

Он постучал по циферблату часов.

– Готовы?

– Так точно, Сергей Николаевич! – Рус разжал руки, отпуская своих спутников. – Вик пойдет первым, за ним Дар и я замыкающим.

– Разумно ли это, Руслан? Там ведь мало кто побывал, – Гамаюн приосанился, – а на той стороне может подстерегать любая, так сказать, неприятность. Я бы порекомендовал тебе первым пойти.

– Не согласен, – покачал головой командир группы. – Профессор, который настраивал портал, много раз повторял, что тоннель нужно пройти без задержки. Отстанет кто-то на пять секунд от остальных, и на выходе нам его месяц придется дожидаться. А такой роскоши мы себе позволить не можем. Нас забрасывают в прошлое ровно за восемь дней до казни Сократа. Три ночи мы летим, чтобы не привлекать внимания. Пять дней на завершение мис… – кх-гм, – миссии в Афинах.

– Ясно. Значит ты будешь подгонять остальных, – пригладил усы босс. – Ну, тоже вариант.

– Похоже, нам не доверяют, – Вик пробурчал это вроде бы ни к кому не обращаясь, но Гамаюн молниеносно отреагировал.

– И это правильно. Доверяй, но проверяй! У нас в Корпорации безоговорочно верить можно только господину Президенту и самому себе.

– Да? А что вы будете делать, если ваше собственное мнение пойдет в разрез с мнением Президента?

– Что за глупости, Викентий! Это просто невозможно, – босс подышал на озябшие пальцы. – Жду вашего, так сказать, возвращения через пять минут. С Сократом, разумеется. Идите уже и, чур, не отставать.

– А давайте еще за ручки возьмемся, как в детском садике, – проворковала Дар приторным голосом, – чтобы наверняка не потеряться.

Вик с готовностью вцепился в ее тонкое запястье и потащил в зеленый туман. Рус забросил на плечо запасной рюкзак и поспешил следом.

Первые три шага дались легко, но потом зеленый туман стал вязким. По волосам побежали электрические разряды, как это бывает перед летней грозой, а зубы заныли от внезапно возникшей вибрации. Рус протянул руку – да, камни дрожали.