Стасия Старк – Мы те, кто умрет (страница 100)
Ворча, я беру щит и начинаю бегать.
Найрант все время наблюдает за мной, не позволяя присоединиться к остальным.
За несколько минут до окончания тренировки Джорах проскальзывает в одну из боковых дверей в тренировочном зале. Я замечаю его только потому, что собираюсь пробежать по той стороне зала — хотя я настолько устала, что мой спринт превратился в вялую пробежку.
Его широко раскрытые глаза встречаются с моими, но в этот раз я не могу понять его выражение лица. Когда Найрант наконец заканчивает тренировку, и я перехожу на шаг, Джорах подбегает ко мне.
— У тебя очень красное лицо.
Я почти улыбаюсь. Щеки Джораха краснеют, и он опускает взгляд в пол.
— Прости. Я получил твою записку. И оружие. И я спросил Мику. Он сказал, что ты не солгала. Он сказал, что будет меня тренировать. — Его глаза встречаются с моими, когда мы поворачиваем и продолжаем идти. В другом конце зала Леон поднимает руку, прощаясь.
Я снова перевожу взгляд на Джораха.
— Почему ты это сделала, Арвелл? Ты хотела, чтобы я простил тебя?
В Джорахе есть что-то невинное, и я тщательно подбираю слова.
— Я сделала это, потому что сожалею. — Я понижаю голос. — Я не могу рассказать тебе, что произошло с Тиберием Коттой, но обещаю, что однажды я все объясню.
Он опускает взгляд и переминается с ноги на ногу.
— Я не прощаю тебя. Я не могу.
У меня першит в горле, и я пытаюсь сглотнуть.
— Я и не жду этого.
Он мрачно кивает.
— Мне пора.
Я смотрю, как уходит Джорах. Остальные новобранцы уже разошлись, и, должно быть, Империус сегодня тренируется допоздна, потому что входит их группа, Мика и Дейтра погружены в разговор.
Я иду к ним. Встаю на цыпочки и целую Мику в щеку. Его щетина колется под моими губами, и я чувствую, как он улыбается.
— Ты хороший человек.
— Ты слышал это, Праймус? — самодовольно ухмыляется он, и глаза его сияют. — Похоже, у тебя появился конкурент.
Дейтра качает головой, глядя на нас, но я почти уверена, что она прячет усмешку.
Тирнон обнимает меня за плечи, и я смотрю на него, выгнув бровь. Обычно мы стараемся как можно меньше проявлять свои чувства в присутствии других.
— Просто отмечаю свою территорию, — бурчит он, и я закатываю глаза, высвобождаясь из его объятий. Он оглядывает меня с ног до головы.
— Ты выглядишь измученной.
— Найрант был недоволен мной.
Взгляд Тирнона становится холодным, но я качаю головой. Найрант может быть членом Империуса, но
— Мне нужно в душ.
Тирнон открывает рот, но в дверь входит гвардеец с бесстрастным выражением лица. Он наклоняется к Тирнону и шепчет что-то, чего я не слышу. Когда глаза Тирнона встречаются с моими, они темные от горя.
— Арвелл.
Я знаю это выражение его лица.
Страх пронзает меня, как удар кулаком в живот.
— Мои братья.
Он берет меня за локоть и уводит от Империуса.
— Нет, — говорит он. — Леон.
ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ
Я смотрю на Тирнона, и мое сознание застилает густой туман.
— Я не понимаю.
Он продолжает идти, практически вытаскивая меня из тренировочного зала.
— Леона нашли в его комнате. Кто-то пырнул его ножом, Арвелл.
— Это невозможно. Я только что… Я только что видела его. Он был в порядке. Ворчливый, раздраженный, но
Глаза Тирнона темнеют от сочувствия, и мое сердце замирает.
— Он жив?
— Едва. — Он сжимает челюсти. — Пытались добраться до его сердца.
— Как и с другими. Но… убийства прекратились… — Я вырываю руку. — Я должна его увидеть.
— Я отведу тебя к целителям. Но они пытаются спасти ему жизнь. Велл… он единственный, кто пережил такое нападение.
— Ты не веришь, что он выживет.
Тирнон притягивает меня к себе.
— Он крепкий. И упрямый. Если кто-то и может выжить, то это он.
Я киваю, мое лицо немеет. Я едва осознаю свои шаги, следуя за Тирноном к кварталу целителей.
Только не Леон.
Альбион стоит у двери с опустошенным выражением лица. Мои глаза горят, когда я смотрю, как он мечется туда-сюда. Возможно, это вызвало у него воспоминания о смерти сына.
Как только мы входим, к нам подходит Эксия, уголки ее губ опущены.
— Он мертв, — спокойно говорю я.
— Нет. Нет, Арвелл, он не умер. Он перенес первую стадию исцеления.
Мои колени подкашиваются, когда меня охватывает облегчение.
— Я могу его увидеть?
— Пока нет. Целители все еще работают с ним. — Голос Эксии становится мягким. — Мы знаем, что убийца использует особый вид яда, который парализует жертву.
Это объясняет, почему ему удается убивать самых быстрых и сильных людей в этом Лудусе.
— По какой-то причине яд подействовал на Леона не сразу. Или он не подействовал так, как должен был. Это позволило ему оказать сопротивление. Достаточное, чтобы тот, кто это сделал, был вынужден бежать.
— Когда он очнется, он скажет нам, кто это сделал, — говорю я.
Что-то мелькает в глазах Эксии. Я пытаюсь это игнорировать. Она не верит, что он выживет.
Она не знает Леона.
— Тебе нужно отдохнуть, мы дадим тебе знать, когда его состояние стабилизируется и ты сможешь его увидеть.