Стас Свобода – Бесконечный маршрут (страница 5)
Бросив взгляд через плечо, убедился, что девочка стоит на том же месте, где я ее оставил. Она все еще в ужасе, но медведь снова у нее в руках. Коллекция? Набор одинаковых мишек? Не знаю.
– Пойдем домой.
Взяв Настю за руку, как только выбрался из травы, я повел ее домой. Шаг за шагом пытался успокоить маленькую принцессу. Даже если она и похожа на сотни других девочек, все равно она маленькая принцесса, которая ждет часа, чтобы стать волшебницей для своей жизни. Так мне говорил отец, когда я дергал девочек за косички или рюкзаки.
Усадив Настю на кровать, я дал ей в руки диск с ее любимыми мультиками, сел рядом, закрыл глаза, и начал вдохновенно врать.
– Представь себе, случилось так, что на родной город этого маленького героя напали. Он встал на его защиту, и спас своего бывшего друга. Им пришлось сразиться, чтобы высказать друг другу все обиды и боли, но потом они подружились снова. Главный герой стал вождем, как и мечтал, а его друг верой и правдой помогал ему.
Настя подняла взгляд.
Если присмотреться, цвет ее глаз не очень обычный, вроде как и синий, а на самом деле цвета пасмурного неба, которое вот-вот распогодится. Может быть, это моя фантазия, ведь я цвета не различаю. Но как по мне, красиво.
– Как здорово, – Настя глубоко вздохнула и обняла меня по-детски неловко. Я испугался, что она сейчас поцелует меня в щеку, но девочка этого делать не стала. Только отстранилась и вновь довольно вздохнула.
– Скажи им, что я больше не злюсь, ладно? И не ходи в дом Кукольника после одиннадцати. Я туда ходила.
Тонкую фигурку окутал золотистый свет, а потом все стало как-то слишком буднично, привычно и так тоскливо, что я поднялся. Не понимаю, о чем это она. С какой это стати я должен кого-то искать? Обойдутся.
Но в глубине души знал, что прекрасно все понимаю.
Глава 2. Домик для Сонечки
Ночью мне снилось, что возле кровати клубится черный дым. Сквозь запах гари доносится детский голос. Кто-то, скорее всего, девочка, считает вслух. Медленно, степенно даже. Один… два… три… потом доходит до десяти, начинает снова. И глаза.
Я смотрю на эти глаза – черные, блестящие, незрячие, и не понимаю, что с ними не так. Ровно до тех пор, пока ребенок не поднимает голову, и становится видно, что радужка сливается со зрачками своей темнотой. А сами глаза круглые. В природе не бывает таких глаз, я уверен.
Девочка шагает ко мне и трогает за руку. Ее прикосновение мокрое и холодное. Так бы могла ощущаться русалка, так мог бы ощущаться противный осенний день, дождь или лужи.
– Что тебе надо?
Девочка не отвечает, а потом начинает щекотать меня, отчего я просыпаюсь. Взмокший и испуганный, но зато вспомнивший, где я и что со мной.
Надо бы одеться и навестить Иру, должна же она прийти в себя. А может быть, расскажу ей о девочке по имени Настя, которая не хотела уходить, пока не узнает, чем закончится мультик.
Интересно, я ей сильно наврал?
Жени нет, куда-то ушел. Ладно, наверное, учуял запах еды – Марфа Петровна встает рано и постоянно готовит что-то. Вот и сейчас заманчиво пахнет пирожками с утра пораньше. Даже хочется забыть о своих проблемах и пойти посмотреть, а то и позавтракать.
Е-мае, снова этот домик для кукол. Почему его не выкинут? В конце концов тут и без того мало места. У Марфы Петровны еще одно помещение есть. Правда, это для того, чтобы купаться, но все равно домик приютить оно может. Здесь же постоянно натыкаешься на это розовое убожество.
Помассировав ушибленную ногу, я выбрался к завтраку. Снаружи тихо, разве только слышно голос Натальи Викторовны, которая снова на что-то ругается. Бедняга, не сидится ей на месте, лучше бы в чувство приходила. Пожар не каждый день накрывает с головой. Для меня это так вообще удивительный опыт. И первый в жизни.
– Марфа Петровна, зачем вам в комнате домик для кукол? – я сел за стол, подвинув себе тарелку.
– Какой домик? – Марфа Петровна спала с лица, но продолжала улыбаться, будто от этого зависит ее жизнь.
– Розовый такой с дверцами и окнами. Девчонкам нравится, наверное.
– Это какая-то ошибка, нет у нас никакого домика. Помилуйте, здесь и детей нет! Кому я могу его подарить, близняшкам вашим?
Вряд ли, они же без кукол сидят, для кого им домик. Разве только для кого-то воображаемого. Но не слишком ли они мелкие, чтобы играть в подобное? Кто знает, я вообще предпочитал сидеть за видеоиграми, как только к ним пустили.
– Но я тоже видел домик, – вот и Женька, борец за добро и справедливость. Спасибо, но лучше бы помолчал.
– Нет никакого домика. Я сейчас схожу и проверю.
Марфа Петровна выгрузилась из-за стола – тот чуть ли не отлетел вместе с едой – и пошла в нашу комнату. Прошла секунда, может быть, две. Потом она выглянула и покачала головой.
– Где там ваш домик?
– Не наш! Вот еще, мы в куклы не играем, – оскорбился я и заглянул в комнату. Как такое возможно?! Почему здесь нет домика, я же только что об него споткнулся. Да и… возможно придумал это, потому что Марфа Петровна рассказывала, что здесь жила ее дочка с детьми.
Ладно неважно, не хочет наша гостеприимная хозяйка говорить о таких вещах, и не надо. Не больно и хотелось. Лучше пойду и погуляю, все равно Лидия опять не пускает к Ире. У меня возникает сильное подозрение, что Ира меня видеть не хочет. Лучше бы так и сказала, я бы только с облегчением вздохнул. Просто…
Просто понимаю, что остаюсь с ней лишь из-за чувства вины.
На улице снова тепло. Бесконечное такое лето, точнее его конец. И кажется, что все это будет вечно, что осень не наступит, не начнутся мелкие противные дожди, не будет желтых листьев на дорогах, снег не пойдет. Вот снег жалко, я его люблю.
Я вышел на улицу и посмотрел на дом Кукольника. Красивый, даже отсюда видно, сколько души в него вложили. Похож на сказочный домик Спящей принцессы – башенки и плющ, окна видно, в них теплится огонек. Но это уже моя фантазия. А вот там…
Нет, это не фантазия, или слишком уж бурная. Кто-то там ходит, высокая фигура в плаще или пальто. Может быть, бомж каким-то образом туда проник? Нет, знать не хочу.
– Макс, у тебя деньги есть? – Женька вырос так внезапно, что я чуть не ударил его.
– Есть немного. Зачем тебе?
– Минералку хочу купить.
– Пойду сам кулпю.
Так, надо подумать, где здесь магазин со всякой всячиной. Насколько я помню, мы с Настей проходили мимо него. Городок маленький, не прозеваем. Прямо, по пыльной дороге, там даже поворачивать не нужно, только подождать, пока закончатся частные дома, большинство из которых брошенные, даже издалека видно.
А вот за домом Марфы Петровны больше нет жилых домов, что странно. Некоторые выглядят очень даже неплохо.
Магазин.
Маленький, за то время, что его не видел, ничуть не вырос. Внутри прилавок, заставленный банками с разными конфетами, коробки с жвачкой, за спиной продавца полки со всякой всячиной, как я и думал. И новый… современный холодильник для напитков. Это как вообще?
– Нам минералки, пожалуйста, – Женя вежливо улыбнулся и положил мятый стольник на прилавок.
Я ему буквально только что дал купюру, совсем не мятую, когда успел? Ладно, не хочу об этом знать. Фыркнув, я отвернулся, разглядывая, какие тут еще напитки есть. Минералка незнакомой мне фирмы, лимонад, холодный чай и все. Негусто. Но хотя бы не сидр или… как же назывался этот напиток, которые раньше пили, видел в старых фильмах. Его еще в стаканчик наливали автоматы. Не помню, ну и ладно.
– Не нужно платить. Туристам все безоплатно.
– Это еще почему?
Странно. Ощущение нереальности усилилось, будто бы мы разом из яви перекочевали в сон. Хотя все осталось как прежде: магазинчик и продавец, но их окутала легкая дымка, что все уже стягивалась вокруг них. Даже улыбка продавца казалась чужой, словно из фильма.
Я сплю?
Может, если проснусь, окажется, что ничего этого нет? Е-мае, я бы даже в больнице согласился очнуться, лишь бы избавиться от этого кошмара. Ну пожалуйста, можно же загадать такое желание?
– Туристы здесь большая редкость. Нам они очень нужны, поэтому мы не берем деньги.
Продавец продолжал улыбаться, а за его спиной хлопнула свисающая с полки проволока. Она захлопала все быстрее и быстрее, издавая противный скрежещущий звук, а под конец упала. Но продавец даже не повернулся, продолжая улыбаться все шире и шире. Он точно не лопнет?
Хм… Не лопнул.
– Девочкам своим возьмите конфет. Сюда часто бегают, многое любят брать. Любили. Хорошие были девчонки.
Продавец перестал улыбаться, снова став выглядеть как обычный человек. Но что-то мне подсказывает, что это лишь маска. Место какое-то ненормальое, и жители в нем тоже ненормальные.
– Сейчас их нет что ли? – Женька не стал отказываться от халявы и выудил из холодильника бутылку воды. Между прочим, я слышал, что в древнегреческих мифах нельзя было есть еду подземного царства, иначе останешься в нем навсегда. Вдруг здесь так же? Ну тогда нам конец.
– Были. Кто-то уехал, кто-то не успел. Но вы не берите в голову. Все будет хорошо.
– Спасибо за красивую ложь.
Стоило придержать язык, но иногда он у меня быстрее мыслей работает. К счастью, продавец сделал вид, что не заметил моего выпада. Он не стал нас выпроваживать, хотя мы явно не собирались что-то еще брать. И даже не пытались вручить деньги – одинокая сторублевая купюра так и осталась скомканным клочком бумаги в руках Жени. Не вижу лучшей метафоры тому, как относительна их ценность.