Стас Степанов – Лада. Рысь. Книга 1. Начало. Часть 1 (страница 8)
Познакомившись, Коля суетливо засобирался домой, в пэгэтэ.
– Николай, – крепким баритоном заговорил Матвей Владимирович, открыто рассматривая оного. – Тебе у нас неуютно али жинка приревнует?
– Нет, – смутился он, затушевавшись.
– А, может, как у нас, полный двор нетерпеливой и голодной живности?
Кажется, Коля малость покраснел.
– Нет.
– И снова я не угадал. Тогда что мешает испить с нами ароматного чаю и отведать вкуснейшего вареньевого пирога?
Лада с надеждой заглядывала ему в глаза, так и не отпустив могучей руки, тем не менее, нежно сжимавшей её. Николай отчётливо осознал: отказать Рысям решительно невозможно, в противном случае всерьёз и надолго обидятся коллективно. Не в его правилах обижать на пустом месте в действительности хороших людей. В том, что Рыси – хорошие люди – сомневаться не приходилось.
Зайдя с сенцов в просторную кухню, Людмила Игнатовна показала ему на простенький умывальник с водой и полотенцами рядом. Затем с почётом усадила за стол, рядом с дочерью. Старшие женщины без суеты хлопотали, расставляя на стол столовые принадлежности, наваристую уху из щучьих голов и хвостов, парящий травяной чай и высокий, одуряющее пахнущий, сдобный пирог с обилием малинового джема (как позже выяснилось, бабушка приготовила его, пока батька, мамка и ветеринар спасали корову Марту от отравления) и кучу прочих деревенских продуктов, которые он в повседневной жизни из-за любви к ним вынужден покупать не так уж и дёшево. Хотя посёлок Яю трудно назвать городом, как Кемерово или Томск, где натуральные продукты и вовсе приобретают по сказочным ценам.
За приятными – чего греха таить? – разговорами Николай многое для себя выяснил о сей семье. Они стоят друг за друга горой, люди добрые, отзывчивые, неунывающие. У главы семейства юмор и манера общаться специфично грубоваты, но сию грубость умело и непринуждённо смягчала его жена. Вот уж мудрейшая женщина – Матвей Владимирович без ненужных криков и ссор, сам того не замечая, проникался её ненавязчивыми… рекомендациями. Она умело направляла могучий поток в нужное русло: мало кто из женщин виртуозно владеет таким искусством, как жить с мужчиной, имеющим тяжёлый характер, и сглаживать острые углы.
Так как никто из них не бухал и не злоупотреблял вонючие сигареты, домочадцы по-детски обрадовались, вызнав, что коренной яйчанин тоже равнодушен к распространённым по всему миру порокам.
Уже после того, как горячо попрощались, до Коли стало доходить: его проверяли, своего рода, на вшивость, то есть на профпригодность, как потенциального мужа невероятно одинокой дочери. А какой из всего сказанного сделали вывод, пока неясно. Наверное, время должно показать. Дружок серьёзно взирал на хозяина, громко вздохнул, когда тот глупо улыбнулся ему, положил голову на передние лапы.
– Провели, как глупого мальчишку! – беззлобно хохотнул Николай, уверенно ведя машину в потёмках. – Это ж надо – попался, как глупая рыбка, на такую простую незатейливую наживку!
Но Коля и помыслить забыл обидеться на Рысей. Родителей и бабушку Кристину можно понять: старший благополучно женат на анжерской девушке, средняя дочь удачно замужем за кемеровчанином. Осталась в девках младшенькая. Зная теперь её духовный строгий уклад и какие нынешние парни, можно смело заявить, что нескоро она станет счастливой женой и матерью. Чтобы терпеть – или лучше смягчать – Ладушкины странности и заскоки, нужно иметь мудрость Людмилы Игнатовны или Кристины Васильевны. «Эх, Ладулечка, я готов быть твоим лучшим другом, но к семейной жизни… Боюсь я её, как чёрт ладана!»
В родительском доме Ладе принадлежала целая комната, кою когда-то – наверно, в прошлой жизни – делила с сестрой Оксаной. В те далёкие времена они спали на разных кроватях, а теперь стояла одна полуторка, у зашторенного окна с до сих пор деревянной двойной рамой. На сей кровати, давно-давно, в далёком-предалёком детстве, проводил ночи её батька, а нонче – дочь.
Одетая в льняную ночную рубашку, естественно, с распущенными густыми волосами, Лада в задумчивости возлежала на правом боку, с откинутым стареньким, но слишком удобным, дабы менять на современное, одеялом. Она с измальства не любила особо укрываться, поскольку кровь настолько горячая, что и без всяких укрываний грела не хуже. Даже зимой нечасто укутывалась. У неё и мама такая же.
В сей избе ложились довольно рано – в двадцать один ноль ноль, плюс-минус полчаса, оттого электрический свет нигде не горел. Родители уж точно разглядывают сновидения, бабушка ушла сразу после отъезда Коли, – и лишь ей не спалось, сон упорно не желал укутывать её мягкой пуховой периной. Лада вспоминала – как бы вновь проживала – часы, проведённые в обществе нового знакомца. За короткие часы этот высокий мужчина атлетического телосложения успел запасть ей в душу и занять обстоятельно мысли. Что Николай для этого сделал? Ровным счётом, никаких преднамерений. Попросту был самим собой, натуральным, не стараясь казаться лучше того, кем является. То же заметили мама с папой. А батька отметил с искренним почтением, что собственные руки не маленькие и не изнеженные, но Колины заметно больше и рукопожатие настоящее, богатырское! И как бы между прочим: любая девонька была бы за его спиной, как за каменной стеной. Лада оценила присущие ему плюсы по достоинству, а собственное тело реагировало на него странно и непривычно.
Глава 2. Лада и рысь
Мысли о Коле долго не уходили из головы, они откровенно мешали заснуть и обрести привычное душевное равновесие. Подобное с ней уже случалось, как говорилось выше, раз, однако ж не с первого свидания! Да и так не бывает! Что происходит с Ладушкой? Почему стремительно теряется покой? Откуда усиливающееся смятение? Почему серо-синие глаза даже сейчас заставляют чаще биться глупенькое сердечко?
Помнится, мамуля рассказывала, что она сама в девичестве была гордой неприступной красавицей. Об её кремень сломали зубы великое множество парнишек. А Матюша покорил её грубоватой неуклюжей напористостью и упёртой неотступностью. Отец не сдавался и не умел этого делать, потому через четыре месяца непоколебимая крепость начала сдаваться. После знакового момента Матвею потребовалось ещё полгода осады, прежде чем над крепостными стенами был поднят белый флаг и открылись ворота, беспрепятственно впуская победителя. С тех пор они живут душа в душу.
Все считают, что и Лада такой же кремень. Включая её саму до сегодняшнего вечера. Как оказалось, все ошиблись – всего лишь не встречались на пути настоящие взрослые мужчины: всё какие-то инфантильные несерьёзные парни, живущие одним днём и ни на буквицу не задумывающиеся о будущем. Глупо и опасно связывать с подобными себя.
Николай отличается от прочих, как небо и земля, словно он из другой вселенной. Причём, сиё не только Лада заметила. Вот уж с кем прожила бы весь отпущенный срок. Даже батька на это благословил бы.
«Лада, ты ли это?» – возмущённо поднялся на дыбы внутренний голос. – «Что на тебя нашло? Жила себе спокойно-благостно – и живи дальше! Хотя бы несколько месяцев попроверяй его на надёжность. А то сейчас поцелуйчики, обнимашки, трепет, счастье, а через год – у разбитого корыта с шестым месяцем под сердцем!»
Ещё немного подумав, взвесив за и против, соглашается с последним доводом второго «я». Как-то же жила двадцать три года в одиночестве!
После достижения внутреннего согласия, перевернувшись на спину, девушка незаметно уснула.
… И провалилась в объятия вечернего знакомца. Только в новом мире они уже муж и жена, живущие в его яйском доме, недалеко от одноимённой реки.
– Ты наша берегиня, – любил говорить нежно ей в ушко Коленька, оглаживая могучей ладонью начавший проявляться животик на удивление ласково.
Ладушка действительно являлась берегиней – оберегала их семейный очаг от всего дурного, что могло его погасить. Она с величайшим удовольствием заботилась о любимом, не считала чем-то зазорным готовить, мыть посуду или производить иные женские дела, к коим не подпускала Колю, как бы тот не порывался ей помочь. Не гоже женскую работу делать мужчине, а мужскую – женщине. Иначе получится упразднение женских и мужских начал.
Николай – добытчик, обеспечивающий необходимыми ресурсами покамест маленькую семью. Друзья не считали их богатыми: и впрямь не были миллионерами. Однако собственное мнение на сто восемьдесят градусов отличалось от большинства в окружении. На самом же деле богат не тот, у кого доходы составляют миллионы или миллиарды, а тот, кому хватает сполна имеющихся. У
Есть крыша над головой, пусть старенькая, но полностью функциональная, машина, не голодают, не замерзают, жизненный уклад разнообразен, огромнейшая свобода выбора в действиях. А через четыре с половиной месяца они станут счастливыми родителями для крохотной Алисы. Что ещё нужно в жизни? Разве что дом, полнящийся многоголосым детским смехом! И то обязательно будет со временем – не всё сразу, в одночасье…
Девушке так не хотелось просыпаться и вставать, но переполненный мочевой пузырь не спрашивал хозяйку, чего она желает: за общими разговорами, вечером, выпито было больше обычного травяного чая.