Стас Самойлов – Иммотал (страница 2)

— Я боюсь не процедуры, — тихо сказал он. — Я боюсь проснуться и не знать, чего я боялся.

Данил вышел из клиники, оставив эти слова висеть в воздухе.

На улице солнце достигло зенита. Город жил своей обычной жизнью. Мимо проходили люди — молодые, красивые, вечные. Данил смотрел на них и пытался угадать, кто из них Полный, кто Накопитель, а кто уже стал Пустышкой.

Пустышек было легко отличить. Они не носили умных костюмов с адаптивной подсветкой, не пользовались сложными интерфейсами. Они сидели на скамейках, смотрели на небо, иногда улыбались каким-то своим, неведомым мыслям. Они помнили слишком мало, чтобы быть полезными обществу, но, кажется, помнили достаточно, чтобы быть счастливыми.

Один из них — мужчина с седыми волосами (странный выбор, седина давно была побочным эффектом, от которого избавлялись в первую очередь), сидел на парапете фонтана и перебирал пальцами воду. Его лицо было безмятежным. На губах играла легкая улыбка.

Данил остановился рядом.

— Извините, — обратился он к Пустышке. — Вы помните, как вас зовут?

Мужчина поднял на него глаза — чистые, ясные, совершенно спокойные.

— Нет, — ответил он просто. — Но это не важно. Вода красивая.

Он снова опустил взгляд на струи фонтана и, кажется, забыл о существовании Данила.

Данил постоял еще минуту, затем развернулся и направился к своему транспорту. По пути он открыл интерфейс и вызвал меню протокола дефрагментации. Экран засветился приветствием: «Подготовка к процедуре очистки памяти. Пожалуйста, ознакомьтесь с условиями».

Он закрыл интерфейс.

У него было три месяца, чтобы решить, кем он хочет проснуться. Архитектором, который построил половину города, но не помнит, ради кого. Или Пустышкой, который помнит только то, что любил, но не может вспомнить, как его зовут.

Данил посмотрел на свои руки — руки, создавшие сотни проектов, начертившие тысячи чертежей, построившие этот мир. Руки, которые когда-то держали чью-то ладонь.

Он попытался вспомнить, чью.

Теплая ладонь. Смех. Голос, произносящий его имя так, как не произносил никто другой.

Данил сжал пальцы в кулак, словно пытаясь удержать это ощущение.

— Я не забуду, — сказал он тихо, обращаясь к городу, к небу, к самому себе. — Я не хочу забывать.

В ответ зажужжал интерфейс, напоминая о записи на следующую диагностику через полгода. Данил отключил уведомление и шагнул в транспорт.

У него было меньше года. И ему предстояло сделать выбор, который определит, останется ли Данил архитектором или станет просто человеком.

Или ни тем, ни другим.

Глава 2: Точка сборки

Навигационная панель квартиры засветилась мягким золотым светом. Данил только что переступил порог, сбросил уличную обувь в дезинфектор, как система вывела на центральную панель календарь.

Сегодня: четырнадцатое апреля.

Напоминание: годовщина. Пятьдесят лет.

Данил замер.

— Отключить звук, — сказал он голосу дома, хотя тот еще не произнес ни слова.

Тишина. Только вентиляция мягко гудела где-то в стенах.

Данил поставил контейнер на стол и прошел в глубь квартиры, туда, где за неприметной панелью скрывался тайник. Он открывал его раз в год.

Панель отъехала в сторону. За ней — старый, физический ларец из темного дерева. Вещь, которую невозможно воспроизвести в цифре, потому что у нее есть вес, запах, температура. Данил провел пальцами по крышке. Дерево было теплым.

Внутри лежали вещи. Выцветшая фотопленка — настоящая, на полимерной основе, которую делали сто лет назад. Маленький локон волос, перевязанный шелковой нитью. И кольцо. Простое титановое кольцо без гравировки, без вставок, без голографической маркировки.

Данил взял кольцо в руки и закрыл глаза.

Девяносто пять лет назад

Город тогда был другим. Не вылизаным до блеска алгоритмами. Он был… сырым. Данилу казалось, что город строят на ходу, что несущие конструкции возводятся быстрее, чем успевают остывать проектные решения, что хаос вот-вот победит порядок.

Он ненавидел этот хаос.

— Данил Аркадьевич, — голос куратора звучал в наушнике сухо и официально, — совет по градостроению одобрил ваш проект сектора «Вертикаль-7». Поздравляю. Это ваш первый самостоятельный сектор.

— Спасибо, — ответил он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Внутри все ликовало. Пять лет упорной работы, сотни отвергнутых эскизов, десятки переделанных конструкций — и вот оно. Его первый сектор. Его башни будут определять силуэт города следующие сто лет, а может, и двести.

— Есть одно условие, — продолжил куратор. — По новым стандартам экологической интеграции, каждый сектор должен включать не менее двенадцати процентов «живых» зон. Озеленение. Биологические фильтры. Вам назначат куратора от департамента биоинженерии. Она прибудет на объект через час.

— Она? — переспросил Данил, но куратор уже отключился.

Строительная площадка сектора «Вертикаль-7» представляла собой идеальный порядок. Лазерные уровни вычерчивали в воздухе голубые линии будущих несущих стен, дроны-сборщики выкладывали каркасы с точностью до микрона, а в голове Данила каждая деталь была продумана, выверена и утверждена.

Он стоял на временной смотровой платформе и вглядывался в чертежи, проецируемые на прозрачный экран перед лицом.

— Вы Данил? — голос раздался сзади, и Данил вздрогнул. Он не слышал шагов.

Данил обернулся.

Девушка была… неправильной. В городе, где каждый подбирал одежду с помощью нейросетей, она носила грубый комбинезон, запачканный землей. В городе, где прически генерировались алгоритмами красоты, ее волосы были стянуты в небрежный узел, и несколько прядей выбивались, падая на лицо. В городе, где все улыбались дежурной, откалиброванной улыбкой, она смотрела на него серьезно, даже хмуро, и в ее глазах цвета теплой глины не было ни капли притворства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.