Станислава Углева – Алёна, дар забытой крови 2 (страница 4)
– В чём дело? – не поняла я
И тут раздался грохот. Мы, не сговариваясь, бросились на звук, забыв и о чае, и о разговоре.
2 глава
Спустя несколько секунд мы уже были на втором этаже. Из открытых дверей, которые вели на чердак, летело облако пыли, штукатурки и извёстки. На полу валялись мелкие щепки.
– Они там… – в испуге я прикрыла рот рукой, боясь даже закончить фразу.
Раздавшаяся ругань немного меня успокоила. Когда послышались шаги, я и вовсе выдохнула. Первым к нам вышел главный гном. Про себя я его называла бригадиром. Он был весь грязный, в паутине и снегу.
– Что случилось? – подскочила я к нему с расспросами.
– Ничего непоправимого, – отмахнулся мужчина, потирая бок.
– Там все живы? – обеспокоенно спросили в один голос мы с Матрёной.
– Живы, хозяюшка, – услышали мы голос Аксиния. – Так только чуток ударились.
Через несколько минут, грязные, в запыленной одежде, к нам присоединились остальные члены бригады. Синекожий, оглядев себя, сделан непонятный пасс рукой. Его одежда вновь стала чистой. Примеру коллеги последовали остальные. От удивления я даже рот приоткрыла.
«Ну ты и дурында, рот-то чего раззявила? Я тебе, как раз об этом и говорил», – раздался в голове Басок. Закрыв рот, мысленно «выдохнув», ответила: «Ещё раз назовёшь дурындой – выброшу на улицу».
«Ладно, ладно», – примирительно ответил он. – «Больше не буду. Но ты хоть поняла, что это – бытовое заклинание?»
«Поняла, – также мысленно ответила ему. – Вот только думаю: у тебя что-то со слухом? Он никаких слов не говорил. Молча пальцами покрутил – и всё», – съехидничала я.
«А ты что думаешь, все заклинания надо в слух произносить?» – пробасил с насмешкой он.
«Думала, да», – растерялась я.
«Говорю же, ты ду…» – договорить не дала.
«Только попробуй, знаешь, что будет», – прошипела мысленно.
Пока мы общались с Крусьем, мужчины привели себя в порядок.
– Косма, ты всё записал? – спросил синекожего гном бригадир.
– Записал, – пробормотал он.
В этот момент один из строителей неудачно облокотился на перила лестницы, ведущей на чердак. Раздался хруст ломающегося дерева, и их часть упала вместе с гномом. Странное ругательство вырвалось у лежащего на полу парня. Ну а как можно понять слова «кырыш паратыш»? Для меня это был набор непонятных слов, звуков. Для местных, наверняка, это была непристойность. Ведь после такого высказывания «говорун», получив подзатыльник от бригадира, стал извиняться передо мной.
Пока упавший вновь приводил себя в порядок, главный обратился к друду:
– И это запиши, – потребовал он, пристально рассматривая обломки.
Косма, кажется, так его назвал бригадир, вынул из кармана перо с прикреплённой к нему на цепочке серебристой сферой. Отцепив шарик, он подбросил его в воздух, как раз над сломавшейся частью перил. Тот завис в воздухе. Из него вышел жёлтый луч, в мгновение ока преобразовавшийся в светящуюся сетку. Медленно она опустилась вниз, создавая 3D-модель недостающей части конструкции.
«Ух ты, как в компьютерной игре», – подумала я, наблюдая за происходящим.
«Точно», – подтвердил мои мысли Тошка.
Созданная сферой конструкция продержалась буквально пару секунд. Свет погас. Шарик вздрогнул и, плавно подлетев к перу, сам присоединился к цепочке. И уже в следующую секунду перо стало что-то усердно записывать в блокнот, который держал синекожий. Я не смогла сдержать своего любопытства. Даже шею вытянула, заглядывая в книжечку. Заметив, как у друда растянулись губы в улыбке, выпрямилась и, указав на предмет, спросила:
– Что это такое?
Гном гордо вскинул голову, выпятил грудь, и, хмыкнув, сообщил:
– Это уникальный артефакт. – При этом ещё и палец вверх поднял, красуясь. – Он оценивает площадь работ. Составляет не только чертёж того, что нужно восстановить, но и полную смету объекта. Мы за него семь сотен самьенов отдали.
Это его: «семь сотен сальенов» – прозвучало так, будто миллион отвалили. Хотя кто его знает, может, по их ценам это и есть бешеные деньги.
– «Расчётчик», – продолжал он важно, – редчайшая и самая новая разработка артефакторов. Таких всего шесть на всю страну, – закончил он.
На его слова я угукнула, как мне казалось, с умным видом. Надеюсь, это и со стороны выглядело так же, как и в моём воображении. Мысленно сделав пометку «узнать о местных деньгах и ценах», продолжила слушать бригадира.
Как только перо закончило записывать и легло на бумагу, мы спустились на первый этаж. Везде царила разруха. Косма ещё не раз прибегал к помощи своего артефакта, и я, каждый раз, как ребёнок, не могла оторвать взгляд от этого чуда.
Закончив, строители, откланявшись, направились на выход.
В холле мы увидели Эсфирь. Она выглядела шикарно: голубое пальто с меховой оторочкой подчёркивало достоинства её фигуры. Длинные косы женщина спрятала под меховую кокетливую шляпку. В руках она держала элегантную сумку-клатч, украшенную вышивкой из бисера, янтаря и жемчуга.
«Её Матрёна пустила», – сдал домовичку красный пушистик. Я ничего не ответила, глядя на происходящее с удивлением. А посмотреть было на что:
Появление гномки вызвало бурю восторга среди мужчин. Их губы расплылись в широкой улыбке. Первым к гостье подошёл бригадир, стараясь привлечь её внимание.
– О-о-о, прелестная Эсфирь, – прошептал он с придыханием и нежно коснулся губами протянутой руки гномки. – Я счастлив встречать вас вновь!
Эсфирь одарила мужчину ласковым взглядом, вызвавшим у него чувство эйфории. Ну а как ещё можно оценить мечтательно-глупую улыбку, появившуюся на его лице?
Остальные члены бригады поспешили присоединиться к начальнику, почтительно выражая своё уважение женщине.
– Доброго вам дня, госпожа, – дружно поздоровались они, стараясь привлечь внимание гостьи.
Один особенно ретивый гном бросился вперёд, но бригадир молниеносно преградил ему путь, незаметно наступив коллеге на ногу. Тот скорчил страдальческое выражение на лице, однако промолчал и, прихрамывая, отошёл в сторону.
– Чем обязан вашему визиту? – непринуждённо продолжил разговор бригадир, словно ничего не произошло, а гномка пришла лично к нему.
Заметив этот манёвр, дама игриво улыбнулась.
– Захотелось взглянуть, как тут наша мисси, проверить, как продвигается ремонт дома.
– Значит, вы лично знаете новую владелицу? – удивлённо приподнял брови мужчина.
– Разумеется, – легкомысленно откликнулась Эсфирь.
Посмотрев на меня, она тепло улыбнулась, кивнув, подняв ладонь в приветственном жесте.
– Рада вас видеть, – улыбнулась в ответ я, подходя ближе.
– Ну и как идут дела? – полюбопытствовала женщина, внимательно изучая помещение.
– Пока всё печально, – вздохнула я, неопределённо махнув рукой.
Обведя взглядом комнату, гномка тихонько пробормотала себе под нос:
– Впервые вижу это место… – Затем встряхнулась, будто стряхивая невидимую пыль, весело посмотрела на меня и сказала: – Не унывай, Альёна! Эти молодцы быстро сделают всё как надо. Правда ведь? – обратилась она к бригадиру.
Мужчина выпрямился, гордо погладил усики и чинно согласился:
– Только дождёмся подписи мэра на смете, и дело пойдёт быстрее. Управимся за неделю, – заявил бригадир.
Подчинённые живо закивали, выражая полное согласие.
– Неделя?! – жеманно воскликнула Эсфирь.
Меня охватило замешательство, лишив дара речи. Мысли метались хаотично: «Где я проведу эти семь суток?» – вертелось в голове.
«Почему именно семь?» – неожиданно хмыкнул басок. «Ой, точно, ещё предстоит дождаться одобрения мэра!» – мрачно напомнила сама себе.
Но крусь не унимался: «Вообще-то неделя длится восемь дней», – уточнил он. «А решение примут оперативно, пара недель – и готово».
– Издеваешься? – прошипела я себе под нос.
«Если только чуть-чуть», – хихикнул он в моей голове.
«Хозяйка, давай я его укушу», – ворвался в наш мысленный диалог Тошка.