Станислав Зигуненко – 100 великих рекордов военной техники (страница 45)
Вальтер сообразил, что увеличения скорости можно достичь, использовав в подводном положении двигатели внутреннего сгорания. А в качестве окислителя использовать не воздух, которого в подлодке и так не хватает, а перекись водорода.
В 1938–1942 годах на Кильских верфях построили опытную лодку с новой двигательной установкой. На испытаниях корабль показал скорость полного подводного хода в 28 узлов!
В 1943 году прошла испытания и первая боевая подводная лодка с двумя парогазовыми турбинными установками, мощностью по 2500 л.с. каждая. Скорость подводного хода была 22 узла – на 15 узлов больше, чем у немецких дизель-электрических лодок подобного водоизмещения.
Казалось бы, полный успех! Однако жадный до денег Вальтер перехитрил самого себя. Одновременно с флотом он пропагандировал свои работы и в ведомстве Геринга, среди командования Военно-воздушных сил. Энергетические установки с перекисью водорода нашли применение на самолетах конструкции Мессершмитта, в приводах насосов на ракетах «Фау-2» и других видах военной техники. Потребность в перекиси резко возросла. Флот и люфтваффе потянули одеяло каждый на себя. В конце концов предпочтение было отдано ведомству Геринга, а субмарины остались без перекиси.
Так что, несмотря на то что немцы успели построить 11 лодок с ПГТУ, в подводной войне они реального участия не принимали, имели больше пропагандистское значение в качестве очередного вида «сверхоружия».
История лодки-малютки
«Сенсация» эта была создана до войны в Особом техническом бюро под руководством В.И. Бекаури. В разных источниках эта лодка называется по-разному – «радиоуправляемая подвижная лодка с телевидением», «телемеханическая подводная лодка» и даже «телеуправляемый самодвижущийся снаряд». Однако настоящее же ее название – «автономное подводное специальное судно», АПСС. Подлодка была разработана главным конструктором Федором Викторовичем Щукиным при непосредственном участии B. И. Бекаури.
Разница в обозначениях вызвана тем, что существовали разные варианты подлодки. В одном варианте она управлялась человеком, в другом – по радио с надводного корабля или самолета при помощи аппаратуры «Кварц» того же Остехбюро. В варианте с человеком подлодка была вооружена торпедой, в варианте с радиоуправлением имела заряд в 500 кг.
К строительству приступили в 1935 году, в 1936-м начались испытания. К сожалению, дистанционное управление оказалось несовершенным, работало лишь на поверхности воды, и от него пришлось отказаться. И в этом случае, похоже, имела место та же ошибка, что и при создании дистанционно управляемой подлодки конструкции C. К. Джевецкого, созданной им еще в начале ХХ века. Мысль наших конструкторов опередила время, ведь только в наши дни субмарины с дистанционным управлением постепенно начинают внедряться в практику флота.
Тогда же не существовало ни достаточно надежных радиоэлектронных устройств, ни тем более компьютеров, которые могли бы обеспечить управление боевой машиной.
Поняв свою ошибку, Щукин решил создать новую подлодку. Она получила шифр АПЛ (автономная подводная лодка) и название «Пигмей». Вместо автоматов управлял миниатюрной субмариной все-таки экипаж из нескольких человек. Вооружена была мини-подлодка двумя торпедами по 450 мм и одним 7,62-мм пулеметом.
В 1936 году «Пигмей» прошел весь комплекс испытаний. Испытания выявили некоторые недостатки. Но они были вполне устранимы, и руководство ВМС РККА приняло решение о постройке серии из 10 сверхмалых подводных лодок. Сдача всей серии планировалась в 1937 году.
Однако в том же 1937 году Остехбюро прекратило свое существование, а его руководство было репрессировано. В частности, в обвинительном заключении по делу главного конструктора АПСС и АПЛ «Пигмей» Ф.В. Щукина говорилось, что обвиняемый проводил «вредительскую деятельность умышленно неправильным проектированием предназначенных для вооружения РККФ новых типов подводных лодок», в результате чего субмарины оказались не пригодными для вооружения.
Действительно, конструкция оказалась с недостатками, но они объяснялись новизной идеи, неотработанностью конструкции. Все обнаруженные недостатки к началу войны вполне успели бы устранить. Однако следователи рассудили иначе. 20 февраля 1938 года был утвержден обвинительный приговор, а еще через три дня «враг народа» Ф.В. Щукин был расстрелян.
Единственный же экземпляр «Пигмея», похоже, достался итальянцам. Во всяком случае, после их визита он таинственно и бесследно исчез. И кто знает, те лодки-малютки и люди-торпеды, с помощью которых провели свои самые громкие операции боевые пловцы из подразделения князя Боргезе, не ведут ли они свою родословную от подлодки Щукина?
Первые атомоходы
Несмотря на все ухищрения конструкторов, превращение субмарины из «ныряющей» в действительно подводную произошло лишь после того, как на подлодках начали ставить атомные реакторы.
По следам «Наутилуса»
Хорошо было фантасту Жюлю Верну. Он мог позволить себе не особенно заострять внимание на технических вопросах устройства придуманного им «Наутилуса». А вот реальные подводные лодки, скажем, времен Второй мировой войны 80 % времени должны были проводить на поверхности, подзаряжая свои аккумуляторы.
Лишь появление атомного реактора позволило лодкам оставаться в подводном положении сутками, а то и неделями. Так, в 1965 году американская атомная подводная лодка радиолокационного дозора «Тритон» совершила кругосветное подводное плавание через три океана.
В ответ на это в 1966 году два наших атомохода тоже решили обогнуть земной шар в подводном положении. Причем в отличие от американцев это были боевые подлодка. Одна – «К-116», под командованием капитана 2-го ранга В.Т. Виноградова, имела на вооружении крылатые ракеты со специальными боевыми частями, предназначенными для стрельбы по наземным целям и надводным кораблям. Вторая – «К-133», под командованием капитана 2-го ранга Л.Н. Столярова, вооружена торпедами.
Обе подводные лодки шли одним маршрутом с заранее согласованной диспозицией по дистанции и глубине движения. Между обеими лодками были установлены радиосвязь на УКВ-диапазоне, а также ультразвуковая подводная связь (УЗПС).
Причем в отличие от американского атомохода «Тритон», маршрут которого был проложен таким образом, что в случае какой-либо аварии ему могла быть оказана помощь в любой точке маршрута, у наших подводников такой возможности не было. И если американцы дважды всплывали: один раз для тушения пожара, второй – для передачи на подошедший корабль тяжело заболевшего члена экипажа, то наши могли надеяться лишь на взаимовыручку двух экипажей.
Впрочем, в одном, самом опасном месте маршрута, по воспоминаниям участника похода, контр-адмирала В.А. Каневского, страховка у нас все же была. К мысу Горн были отправлены экспедиционное океанографическое судно «Гавриил Сарычев» и танкер «Дунай». На них были размещены на всякий случай, запасные экипажи для каждой подводной лодки.
Встреча с судами произошла в Южной Атлантике, в заранее обусловленном районе. Обе подводные лодки установили связь с «Гавриилом Сарычевым» и танкером «Дунай», и в дальнейшем атомоходы «К-116», следуя за первым судном, а «К-133» – за вторым, получая от них рекомендации по курсу и глубине погружения и маневрируя между айсбергами, подошли непосредственно к проливу Дрейка и форсировали его на глубине 70 метров.
Причем даже на глубине атомоход водоизмещением более 5000 тонн качало так, как будто он шел в надводном положении, вспоминал Каневский.
Следующей каверзной точкой маршрута считался район острова Пасхи. Дело в том, что, согласно заданию главнокомандующего ВМФ СССР С.Г. Горшкова, экипажи должны были подойти к острову как можно ближе и сфотографировать его очертания через перископ, а также исследовать гидрологию океанских вод в этом районе.
Этот остров интересовал наших моряков не с точки зрения экзотики, а как возможное место расположения еще одной военно-морской и авиационной базы США. Однако выполнить это задание полностью не удалось. Неожиданно для экипажа лодка попала в зону аномальной плотности воды и стала быстро проваливаться в пучину.
Лишь благодаря мгновенной реакции командира лодки В.Т. Виноградова и его помощника С.П. Самсонова была вовремя включена система аварийного продувания главного балласта, и подводная лодка, словно пробка, выскочила на поверхность. «Атам бушевал сильнейший шторм, и нам с большим трудом удалось снова уйти на безопасную глубину», – пишет Каневский.
Следующее незапланированное происшествие состояло в том, что на одной подлодке вышло из строя устройство для удаления пласти-катовых контейнеров цилиндрической формы, набиваемых бытовыми отходами. Починить устройство можно было только при постановке лодки в док. И тогда экипаж нашел оригинальный выход из положения – контейнеры стали выстреливать через торпедный аппарат.