Станислав Шпак – Нет больше "Я" (страница 6)

— Произошла рокировка! — истерично гоготнул я, в ответ на что получил визги, вопли и мириады ударов маленькими кулачками о деревянную дверь. Не нужно владеть гоблинским языком, чтобы понимать, в каком гробу они видели меня и всю мою родословную до пра—пра—пра—...пра-прадедушки и бабушки. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в довольно узком тоннеле. Моя камера находилась в его конце, а значит раздумывать, куда пойти, мне не придется. Оставляя позади разъяренную троицу, я выдвинулся вперед, навстречу неизвестности.

Глава 4

Лишь сейчас я обратил внимание на то, что источниками света являются вовсе не факелы, а специфическая растительность и светящиеся корни. Я протянул руку к одному из светящихся корней. Он был тёплым, почти горячим на ощупь, и под пальцами пульсировал, будто живой. Когда я отдёрнул руку, на коже остался слабый светящийся след — словно иней, только зеленоватый. Он исчез через пару секунд, но ощущение чужого прикосновения осталось. До этого мне не приходилось наблюдать такую красоту, внушающую одним своим видом спокойствие и умиротворение. Там, наверху, все суетятся, куда-то бегают, нервничают, разгорячая своим пышущим напряжением воздух. Под землей же жизнь ощущается куда размереннее, настоящий миг растягивается в вечность. Хотелось мне так думать, если бы не нависающее дамокловым мечом чувство опасности и тревоги перед тем фактом, что очутился я в логове врага. Воздух в пещере был настолько густым, что его хотелось выплюнуть. Он пах застарелой мочой, гнилым мясом и сыростью, от которой одежда мгновенно становилась тяжелой и липкой. С потолка капало, но это была не чистая вода, а склизкая жижа, мерзкая во всей своей сути.

А вот и помещение, в котором сидели ныне заточенные гоблины. Кроме вонючих подстилок и разбросанного мусора ничего путного найти мне не посчастливилось, и я двинулся дальше. Шагая какое-то время прямо по отлогому вверх тоннелю, я заметил впереди поворот направо, аккуратно выглянув из за которого, я обнаружил расширение, образующее собой комнату. В ней расположилось пару столов, один из которых отличался по своей величине. За последним активно орудовал мясницким тесаком по туше какого-то зверя рослый гоблин, отделяя куски мяса и органов от остальных частей тела. Благодать! Здоровяк стоял ко мне спиной, совсем не обращая внимания на то, что творится позади него, периодически что-то бубня себе под нос. Взглянув на обломок кости, который я все еще держал в руке, я прикинул различные варианты, как мне поступить в этой ситуации. Можно подкрасться к нему вплотную и попытаться вонзить острую кость ему в шею, однако от одной только мысли об этом начинали трястись руки и прошибало холодным потом. Перед глазами всплывал тот самый силуэт с поляны. Не годится. Разве что… в самом крайнем случае… Подождать, пока он закончит с работой, и проскользнуть вслед за ним? Эта мысль тут же улетучилась при виде еще двух лежащих рядом с ним туш, напоминавших оленьи. Пока дождусь — заключенная троица выломает двери из темницы и поспешит воздать мне по самые помидоры. Кстати, отсюда даже не слышно их рева. Вероятно, он просто до сюда не доходил, а может они уже на всех парах мчатся сюда… Нельзя медлить! Внезапно попавшаяся на глаза массивная дубина, мирно прислоненная у стены и не попадающая в поле зрения гоблина, ясно дала мне понять, что делать. Убивать я его не хочу, но вырубить — другое дело! Благо силёнок у меня хватает — многолетний стаж работы по вырубке и обработке деревьев с отцом не прошли даром. Держа в голове хитрый умысел, я подобно тени покрался к намеченной палочке-выручалочке, не выпуская из поля зрения мясника, который с явным наслаждением и вовлеченностью занимался свежеванием дичи. Дубина казалось большой сравнительно с самими гоблинами, однако в моих руках она не отличалась особой массивностью. Моя цель — аккуратно вырубить этого здоровяка. С этюдом замысла покончено, осталась финальная часть. Хищно вцепившись взглядом в здоровенного гоблина, я медленно скользил к нему со спины, держа спасительный инструмент возмездия наготове. Чем ближе я подходил, тем больше начинали трястись ноги и руки, сердце колотилось с бешеной частотой, холодный пот тонкими струйками стекал со лба, орошая собой подземные просторы пещеры. Меня и цель разделяло примерно пять шагов, я задержал дыхание и сжал дубину покрепче, но левый глаз внезапно защипал от попавшей в него соленой капли, отчего я по привычке вскинул левую руку чтобы его протереть, ногой споткнувшись при этом о небольшой булыжник. Внутри неожиданно стало кристально чисто, все мысли разом покинули её, оставив лишь единственную мысль о белом и пушистом писце. Во время падения я ощутил, что вытянутая правая рука с дубиной об что-то ударилась, после чего послышался хлюпкий звук. Как только моё тело приземлилось, я тотчас же перегруппировался и мигом очутился на своих двоих, готовясь к неминуемой схватке с противником. Однако, битву удалось мне миновать — по глубоко вошедших в глазницы здоровяка оленьих рог из отделенной от остального тела головы активно струилась алая кровь, а на затылке у мясника красовалась добротная ссадина. Внезапно я почувствовал, как моё тело заполняется огнём. Не жгучим — нет, это было странное, пульсирующее тепло, которое разливалось от живота к груди, к рукам, к ногам. Кожа горела, но не больно, а... щекотно, что ли? Будто тысячи мелких иголочек впивались в меня изнутри, расширяя, распирая, заставляя дышать чаще.

Я приподнял рубашку и увидел руну. Она светилась багровым, и я чувствовал, как этот свет пульсирует в такт моему сердцу. Тук — вспышка. Тук — вспышка. Будто у меня внутри зажглось второе сердце. Только оно было горячим. Очень горячим.

Что за чертовщина со мной… Оборвав все мои мысли, руна полыхнула огнем, и передо мной предстала в воздухе та самая книга, однако на обложке её уже пылала такая же руна, что была у меня на животе.

—Приветствую тебя вновь, мой юный убийца! — раздалось из нее знакомым раздражающе мерзким голосом. — Спешу тебя обрадовать, и замотивировать! Расправившись с тем недалеким существом ты поглотил его душу, подняв при этом уровень своей, открыв для НАС новые возможности. Ну как, понравилось чувство? Хи-хи-хи. Давным-давно, еще будучи в своём прекрасном обличии демона, я верой и правдой служил Повелителю Преисподней, земля ему пеплом, занимаясь изучением всевозможной магии, не зацикливаясь на той, которую обычно используют демоны, что часто вызывало недовольство со стороны других демонов, имеющих весьма консервативные взгляды на бытие. Все изученные заклинания, а их было крайне много, я записывал в этот вот фолиант, который ты видишь сейчас перед собой. Но жажда к познанию обернулась мне погибелью. Правда перед смертью я успел расколоть свою душу на несколько частей, бо́льшую поместив в фолиант, а остальные, в виде кристаллических осколков, телепортировал на ваши земли, человек, потому что в Преисподней их бы быстро отыскали и уничтожили. Тебе, хи-хи, посчастливилось найти этот фолиант, который уже успешно стал частью тебя, что явилось одновременно даром и проклятием для тебя, мой маленький друг. Сейчас в твоем арсенале находится столько разношерстных заклятий, что любой ваш архимаг душу продаст лишь бы заполучить хотя бы часть из них. Жаль, правда, что уровень твоей души слишком мал, поэтому нам доступна лишь маленькая капля самых слабых заклятий из бескрайнего океана волшебного могущества. Думаю, ты прекрасно понимаешь, что нужно делать для того, чтобы увеличить наши колдовские возможности. С другой же стороны, жить, как раньше, у тебя больше не получится. Большая сила требует жертв. Фолианту всегда нужна подпитка духовной энергией, источником которой является твоя душа. Не будешь увеличивать ресурсы своей души — фолиант постепенно высосет из тебя всю энергию. Что произойдет в этом случае? Всё просто — ты умрешь. Есть, правда, еще парочку занятных моментиков. Магия фолианта, вследствие нахождения в ней расколотой души, а также из-за духовной скупости твоей, весьма нестабильна — вместо использования одного заклятья может активироваться совсем другое. Например, захотел ты испепелить надоедливого гоблина, однако вместо этого превратил самого себя в беспомощную овечку. Звучит не очень. Как это исправить? Я подскажу где отыскать оставшиеся осколки моей души, они придадут нам сил. Один из них, кстати, попал в лапы тому, кто ответственен за ситуацию, связанную с твоей любимой мамочкой. Хи-хи-хи.

Я все еще не мог свыкнуться с этим. Вся моя жизнь отличалась спокойствием, размеренностью, каждый день был похож на предыдущий, и всё меня полностью устраивало. Однако сейчас… Демоны? Говорящая книга? Волшебство? Убийства? Я пару раз попытался себя ущипнуть чтобы точно удостовериться, что не сплю. Я не спал.

Руки дрожали. Не от страха — от того, что я только что сделал. Этот хруст, когда дубина встретилась с его затылком… я слышал его до сих пор. Мясник даже не понял, что умер. А я? Я понял. Я убил живое существо. Снова.

— Он бы тебя не пожалел, — прошелестел Бельдамеш.

— Знаю, — прошептал я. — Но я не он. Я не хочу превращаться в чудовище.

— Слишком поздно, щенок. Ты уже начал. Вопрос только в том, когда остановишься.