Станислав Сергеев – Дорога в пустоте (страница 36)

– Есть немного.

– Количество, характеристики, места расположения, возможность транспортировки – тоже через «Ушастика», передать на «Мирком». Дальше, данные по всем «пробкам». Будем думать, как все это эффективнее применить.

Увидев, как мой собеседник озабоченно поджал губы, показывая, как ему все это не нравится, я поспешил ему пояснить:

– Полковник, я понимаю, что это все результаты вашего многолетнего труда. Но ситуация такова, что если мы проиграем, то все это будет никому не нужным и рано или поздно противник вас всех начнет зачищать. Вы же кадровый военный, должны понимать.

– Да я понимаю.

– Ну и давайте без обид. Меня вон кентарийские власти в предатели записали и выслали сенатскую комиссию, чтоб по-быстрому арестовать и, наверное, казнить, несмотря на то, что все мои действия санкционированы императором и согласованы с вашим высшим руководством. Теперь понимаете, какая тут каша намешана? Агенты влияния, предатели, саботажники… Причем сами говорили, куда тянутся нити. Так что давайте работать в команде.

Он чуть прищурился и кивнул головой в знак согласия.

– Понятно.

– И еще…

Он уже устало поднял на меня глаза:

– Слушаю.

– Драконы собрали здесь флот из разных кланов, практически выгребли все, что можно. Значит, уровень пилотирования не самый высокий…

Продолжать не стал, он понял.

– Вы хотите найти обломки какого-нибудь корабля и попытаться ознакомиться с картой облака, которая есть у драконов?

– Верно. Копайте, ищите, привлекайте моих десантников, но найдите. У противника серьезный перевес, и, если вляпаемся в открытое сражение, положим здесь весь флот.

– Хорошо, только ваших людей придется пере-одеть в наши скафандры старателей, а то если засветимся, копающиеся во внутренностях старатели это одно, а вот если это будут элитные кентарийские штурмовики или имперские десантники, то тут могут быть большие неприятности.

– Согласен, действуйте.

Через три часа я снова был на «Миркоме». Задержаться, смотаться поближе к драконовским кораблям и выглянуть из-за камушка одним глазком мне никто не позволил – охрана встала на дыбы. Никому не нужный, малоинформативный риск. Все. Быстро собрались, отошли от корабля старателей и так же осторожно вернулись на наш многострадальный крейсер.

Информации было слишком много, поэтому первым делом я уединился в комнате спецсвязи и оформил по всем правилам доклады по полученной информации от разведгруппы конфедератов, ну и, конечно, мои соображения.

Естественно, на слово я верить и не собирался и, по согласованию с Вэлком, по полученной карте туннелей несколько кораблей с усиленной системой маскировки отправились по оговоренным контрольным точкам, чтобы удостовериться в той информации, которую предоставили наши новые союзники.

Один доклад, с общей картиной, отправил дер Тераному, а вот через полковника Морга заслал целую поэму с описанием всей ситуации с артефактами Ушедших, с припиской, конечно, что, насколько это возможно, информация проверяется. Ну и, конечно, под моим личным шифром тактическую картину с размещением разведанных сил драконов в облаке отправил генералу тори Ансельму, чтоб тот знал, что мы тут накопали.

Прошло не более двадцати минут после отправки докладов, как система дважды пиликнула, информируя, что пришли ответы от обоих адресатов. И чуть позже еще раз подала звуковой сигнал о приходе третьего сообщения. Ну, прямо страсти переписки на сайте знакомств.

Первым открыл ответ тори Ансельма – он ближе и соответственно мог сообщить что-то интересное, от чего можно было бы сразу принимать оперативные решения. В принципе ничего особенного важного и нового: воюет, лупит крепости драконов, как я просил, отвел два типа «поврежденных» линкора в тыл и с помощью кораблей РЭБ (радиоэлектронной борьбы) прикрыл их, а заодно пошарил в стороне и после более тщательного анализа нашел притаившиеся в засаде восемь линкоров и около двадцати кораблей сопровождения, за что мне от него большой «гранд мерси» за идею. Пока сильно не рыпался и в рамках изначально разработанного плана, который, наверное, уже был известен противнику, устраивал демонстрационные пострелюшки с полуживыми крепостями в ожидании подхода нашей эскадры «оборотней в погонах».

Потом в порядке возрастания полномочий и власти расшифровал и открыл послание дер Теранома, и вот тут было много чего интересного.

После массированного вброса информации о блестящей победе, с видеозаписями с боевых постов, с кадрами заваленных трупами драконов отсеков захваченных линкоров, с почти поминутной раскладкой, кто, когда и как действовал, где четко прослеживалось, кто реальный герой, а кто потом примазался, в информационном пространстве Кентарийской Республики поднялась настоящая волна. Даже не волна, а цунами такой мощности, что закачалось само здание правительства и сената.

По качеству подачи и полноте информации всем было ясно, что это настоящая сенсация, которую ждало все население Республики, истинная победа в череде кровавых провалов и потерь. И вторая новость о сенатской комиссии, которая сразу примчалась арестовывать и отстранять героев, и расставлять на ключевые должности своих людей, чтоб потом при освобождении Орки прибрать к рукам все, что плохо лежит, вызвала волну негодования.

Генерал дер Тераном в данной ситуации превзошел сам себя. Такого эффекта он сам и не ожидал. На сенатский комитет, который снова возглавлял якобы «очистивший свое честное имя» сенатор Мальдерка, посыпались угрозы, запросы и просто куча сообщений от разгневанных граждан, общественных организаций и трудовых коллективов оборонных предприятий. В штурмовых частях и во флоте на фоне этих новостей началось неприятное брожение, которое было взято под контроль и тут же направлено в нужную сторону.

Дер Тераном же вышел из подполья и через свою пресс-службу выдал сообщение о раскрытии крупной сети агентов и агентов влияния противника, которые чуть ли не прямо со служебных совещаний сливали информацию противнику. И тут же предоставлялись доказательства, против которых даже монстры республиканской политики не решались идти, чтоб окончательно не запачкаться. Группа поддержки сенатора Мальдерки таяла как снег на горячей сковородке. Налицо разворачивался фактически государственный переворот, который был поддержан и гражданским населением, и военными. Но был один большой минус в этой ситуации – волна волной, но из-за этого штаб флота был парализован, и отправить соответствующие распоряжения эскадре, которая согласно последней директиве шла фактически в режиме полного радиомолчания, не успели. Или специально не захотели, тянули время, и что-то в данной ситуации генерал не мог.

Поэтому то, что происходило сейчас в Республике, пока никак не могло повлиять на ситуацию, сложившуюся на подходящей к системе Орка эскадре, которая все еще выдавала опознавательные сигналы драконовских кланов и перла в ловушку, не слушая никого со стороны. Все каналы дальней связи контролировались ставленниками сенатской комиссии. Решение о смене власти само напрашивалось, но оно шло наперекор флотским правилам и традициям, поэтому прежде чем что-то предпринимать, нужно будет посоветоваться с Вэлком.

Закрыв сообщение от дер Теранома, достал Имперскую Офицерскую Рату и с ее помощью открыл сообщение от полковника Морга, но как оказалось, что тут все еще круче – послание было из Канцелярии императора. И это не говорило, а буквально орало с визгом и привываниями о том, что наши местечковые игры закончились и что начинается большая политика, раз на арену выползли такие мастодонты власти.

В двух словах если выразить, то послание было следующим: «Победи. Максимальные полномочия. Не дай артефактам уйти на сторону. Тонна благодарностей заготовлена. В противном случае галактика большая, но наши руки еще длиннее».

Небольшая приписка от Морга, что я все-таки официально гвардеец императора и имею некоторые особенные полномочия, про которые не стоит забывать.

Ладно, скопировав расшифрованное сообщение от дер Теранома на свой носитель, я покинул комнату связи и позвал Вэлка, у которого все зудело в предвкушении новостей. После изучения полученной информации он долго смотрел в пустоту, раскладывая по полочкам все, что произошло, и, наконец-то уразумев, уставился на меня:

– И что мы с этим всем будем делать, а, Максо? Утечка и вся эта новостная шумиха твоих рук дело?

– Наша с дер Тераномом. А как нам было расшевелить всю эту банду и заставить отклониться от основного плана, раз его уже все знают. Если уж после такого слива эти идиоты на линкорах не поменяют транспондеры и не выйдут из режима «Мы драконы, мы свои драконы», то тут уже ничего не поделаешь.

– И что?

– Сам видишь, штаб парализован. Там пока контр-разведка работает, народ не озаботился послать нам сообщение и известить обо всем случившемся. Или специально где-то отключили ретранслятор дальней связи. Хорошо, что мы на этот случай пользуемся имперским каналом связи, про который наши местные заговорщики не знают или не могут просто поставить под контроль.

– Тогда что нам делать? Эскадра через два часа уже будет в зоне местной тактической связи. И мы не сможем просто так сместить полковников и адмиралов, приказы о назначении которых были оформлены по всем правилам и подтверждены директивами из генштаба.