Станислав Росовецкий – Искатель, 2019 №3 (страница 20)

— Откуда у вас это? — прошептал Завадский.

— Теть Кать, отпечатки! — крикнул Чайкин.

— Пакет мой, а на парике вы отпечатки вряд ли найдете. И на этом тоже.

Вслед за париком Екатерина Андреевна извлекла из пакета черное атласное платье.

— Надо скорее ехать в гостиницу! — Чайкин вскочил и вопросительно посмотрел на Завадского.

— Едем! — ответила за Завадского Екатерина Андреевна.

— Поезжайте, капитан, — сказала Лариса Андреевна, вставая и протягивая руку Завадскому.

Тот резко встал и обхватил своими грубыми пальцами шелковистую ладошку хозяйки дома.

— Я надеюсь, мы еще увидимся? — промурлыкала Горбачева.

— Я… мне… Хм! Возможно.

— Приезжайте в гости, капитан. Я буду вас ждать.

— Благодарю! Но, боюсь…

— Вы меня боитесь?

— Нет, просто у меня мало…

— Времени? — Лариса Ивановна загадочно улыбнулась и томно моргнула. — Или денег?

— И того, и другого, — пробормотал Завадский, и Чайкин впервые в жизни увидел, как его начальник густо покраснел.

— Ну, времени я вам прибавить не могу, а насчет денег… не беспокойтесь. Я ведь приглашаю вас просто так, по-дружески. Это будет мой вам подарок.

— Но мне нечего будет подарить вам в ответ.

— Пригласите меня на ужин.

— Хорошо! Простите, нам пора, — пробормотал уже вконец сконфуженный капитан Завадский и, не глядя на Чайкина, а тем более на его ехидно улыбающуюся двоюродную бабушку, бросился вон из квартиры.

— Где ваша стажерка? — грозно спросила Екатерина Андреевна и для пущей важности хлопнула ладонью по стойке администратора.

— А вы, собственно, кто такие? — подозрительно глядя на странную троицу: гиперактивную старуху, угрюмого мужика и взъерошенного юнца — поинтересовался худощавый темноволосый администратор, молодой мужчина с зализанной прической и тонкими усиками.

Екатерина Андреевна помнила этого субчика, это от него она давеча вынуждена была скрываться, после того как напугала стажерку и та, видимо, пожаловалась старшим коллегам.

— А мы, собственно, из полиции! — в тон администратору ответил взъерошенный юнец, он же лейтенант Чайкин, и стукнул о стойку раскрытыми «корочками».

Завадский молча продемонстрировал администратору свои.

— Хм! — только и сказал администратор.

— Что «хм», молодой человек? — еще более грозным голосом произнесла Екатерина Андреевна. — Где она? Как ее имя?

— Я должен сообщить руководству.

— Некогда! — рявкнул Завадский, заставив администратора вздрогнуть.

— Она… уволилась, — бледнея, пролепетал тот.

— Как уволилась? — воскликнул Завадский. — Когда?

— Сегодня. Часа два назад.

— И где теперь ее искать? — сокрушенно воскликнул Чайкин.

— Я н-не знаю.

— А имя? — напомнила Екатерина Андреевна.

— Марина Столярова.

Все трое переглянулись.

— Адрес! — зарычал Завадский.

— У вас там, в системе, анкеты работников есть? — со знанием дела спросил Чайкин, кивая на компьютер.

— К-конечно.

— Ну так распечатай.

— И побыстрее! — добавил Завадский.

— В трех экземплярах, — уточнила Екатерина Андреевна.

Через минуту все трое держали в руках по листку бумаги с портретом Марины Столяровой, контактным телефоном, адресом в Старом Осколе и адресом съемной квартиры в Москве, той, где Чайкин с Екатериной Андреевной уже побывали.

— Телефон отключен, — сказала Екатерина Андреевна, отнимая от уха трубку мобильника. — Андрей, а ты узнал адрес квартиры, которую купила ее сестра?

— Какой еще квартиры? — грозно спросил Завадский. — Почему я ничего не знаю?

— Сан Саныч, я думал, это к делу отношения не имеет, — стал оправдываться Чайкин.

— В нашем деле все имеет отношение к делу!

— Я думал, что Марина давно уехала, сразу после похорон сестры. Вы же тоже так думали, Сан Саныч.

— Ближе к делу, Чайкин!.

— Вера Столярова незадолго до смерти купила квартиру в ипотеку. После ее смерти Марина должна была что-то с этим сделать.

— Ну и?

— По всей видимости, все это время Марина жила именно в этой квартире. Тетя Катя посоветовала проверить в реестре недвижимости, и…

— Чайкин, не томи!

— В реестре зарегистрировано оформление права собственности на имя Марины Столяровой на основании подтвержденного наследства, а потом продажа этой квартиры.

— Когда зарегистрирована продажа?

— Вчера.

— Так чего мы ждем? — воскликнула Екатерина Андреевна. — Поехали скорее, вдруг она еще не успела съехать.

— Чайкин! Адрес! — рявкнул Завадский.

Дверь никто не открывал. Екатерина Андреевна продолжала давить на кнопку звонка, Завадский стучал кулаком, Чайкин пинал ногой.

Дверь соседской квартиры приоткрылась, из нее выглянула старушечья физиономия в платке и низким голосом проворчала:

— Ходють и фулюганють! Ходють и фулюганють!

— Эй, бабуля! — крикнул Завадский, бросаясь к ней, но старуха захлопнула дверь у него перед самым носом.

В это время из квартиры напротив выглянула девица с шарфом на шее, в рваных джинсах и розовом топе, оголяющем пупок, украшенный здоровенным кольцом. На лице, покрытом вызывающим макияжем, тоже поблескивали бесконечные колечки: в ушах, на бровях, на носу, — а над и под губами торчали разнокалиберные шарики. Из-за спины у девицы выглядывал лохматый пес.

— Ну, и чего мы ломимся?