Станислав Озарнов – Экипаж «Кальдеры-17» (страница 21)

– А что такое звёздная сеть?

– Что-то как раз похожее на человеческий интернет. У большинства звёзд в мирных секторах установлены маяки – передатчики, которые, соответственно, передают данные по всем другим маякам, создавая сеть. Они питаются от энергии звёзд и вполне автономны. Покрытие каждого из них ограничивается десятками тир и, если ты находишься в этом радиусе, то вполне можешь пользоваться космическим интернетом, – на последней фразе он кривовато улыбнулся.

– То есть, оставив свои чипы на таком передатчике, находясь в радиусе покрытия другого передатчика, который может быть на противоположном конце галактики, я всё так же смогу пользоваться своей памятью?

– Если между ними установлена непрерывная сеть маяков, – добавил Римус.

– А как же скорость передачи? Она выше скорости света?

– Передача информации происходит по той же технологии, что и прыжок корабля. Информация, в отличие от вещества, является лишь набором данных, для которых гораздо проще осуществить перенос. Благодаря мгновенной передачи информации от одного передатчика к другому, преодоление столь большого расстояния занимает менее секунды.

– Слабо верится, – пытаясь осмыслить услышанное, сказал парень.

– Ты думаешь об этом как о скорости, – приободрил атконец, – Но скорость этого сигнала не намного превышает скорость обычного земного радиосигнала. Однако ему приходится преодолеть совсем крохотное расстояние: чип – передатчик – сеть других передатчиков – приёмник в твоей голове. Объективно говоря, сигнал проходит расстояние максимум в пару метров. Если пользоваться технологиями четвёртого измерения, то всю галактику можно рассматривать как точку в пространстве, которая не занимает и одного миллиметра.

– Это… сложно осознать.

– Для всех нас это уже обыденное явление, – он обвёл рукой в сторону Альмы и Вейлы, – Но всегда есть что-то, что ещё предстоит познать. Никто из них, к примеру, не сможет понять, как видят эту вселенную стирсы.

– А как они её видят?

– Что ж, я попытаюсь тебе объяснить, – начал Римус, – Ты живёшь в трёхмерном пространстве, но твоё зрение воспринимает лишь двумерные проекции. Например, ты не увидишь, что находится за моей спиной, пока не обойдёшь меня. Если бы твои органы чувств – а это точно не глаза – могли бы воспринимать истинное трёхмерное изображение, ты мог бы видеть всё в своём радиусе обзора. Ты сумеешь рассмотреть любой объект со всех сторон одновременно. Конечно, если он не скрыт за сплошным барьером.

Он сделал короткую паузу, позволяя собеседнику усвоить информацию.

– Четырёхмерное зрение раскрывает саму суть вещей. Ты мог бы увидеть содержимое запечатанной коробки или древнюю окаменелость в породе глубоко под ногами. Но стирсы, – Римус усмехнулся, – стирсы видят куда сложнее. Объекты предстают перед их взором, развёрнутые, как страницы книги. И привычное для тебя «что» и «где» дополняется новым «когда». Каждый лист – это временной промежуток, в котором существует предмет. Первая страница – рождение звезды, последняя – гибель. И они вольны листать эту книгу бытия в том порядке, в котором пожелают.

– Как это работает? – спросил парень, немного сощурившись от бесплодных попыток осознания услышанного.

– Они одновременно живут в каждой временной точке, – пояснил атконец, – Начиная от самого своего зарождения, заканчивая концом своего существования.

– Жутко, наверное, знать время своей смерти.

– Очень сомневаюсь, – скептически сказал Римус, – Для них время имеет совершенно другое значение. Само их существование – это один миг. Вот они появились, а в следующей точке их уже нет. Сложно применять к ним наши примитивные понятия о жизни и смерти, а своими комментариями по поводу этого они делиться не спешат. Мне, например, не говорили, хотя я интересовался, и не раз.

– И они прямо сейчас слышат нас? – с опаской спросил Стас.

– Ну конечно же! – улыбнулся синекожий, – Слышат каждого из нас, слышат любое живое существо в галактике.

– Как же это жутко, – тихо ответил парень.

– Не бойся, мальчик мой, им совершенно нет дела до твоих секретов, до твоих даже самых грязных мыслей, если они, конечно же, не несут угрозы существованию галактики, – на этих словах он рассмеялся своим металлическим голосом. Этот смех легко вселял страх.

Размышления о том, какие мысли могли читать стирсы, приводили в ужас.

«Ты плохо слушаешь, – прозвучало в голове, – Все до единой».

Стас передёрнулся. Снова этот стирс?

«Но зачем вы это делаете?» – ответил он самому себе в голове. До чего же странное чувство.

«Зачем? – в ответ звучал собственный бархатистый голос. – Такова наша природа. Я же не спрашиваю тебя, зачем ты читаешь или разговариваешь, верно?»

«То есть вы постигаете мир через других существ?»

«Да, можно и так сказать».

– Стас, с тобой всё в порядке? – вдруг спросила Альма, косо глядя на парня.

Он сидел чуть бледноватый, с отвисшей челюстью, устремлённым в никуда взглядом и придурковатым выражением лица.

– Не переживай, дорогуша, – лучезарно улыбался Римус, затем улыбнулся. – У нашего друга только что произошёл внутренний диалог.

– Стирс, – неодобрительно покачала головой лиса, – Они и нас легко сведут с ума, не то что таких неопытных…

– Я в порядке, – резко пришёл в себя парень, – Мне лучше, честно.

А краем глаза внимательно поглядывал на атконца. Откуда он мог знать про диалог? Неужели он и вправду… умеет читать мысли?

Римус повернул к нему голову и подмигнул. По спине пробежали мурашки. Надо переставать думать.

– Но я бы на твоём месте не так переживал за эмоциональное состояние, – говорил он скорее Альме, чем человеку, судя по направлению взгляда. – Какой в нём толк, если вскоре ты умрёшь от неизвестной для себя болезни?

Велайн встрепенулась, подскочила с места и куда-то выбежала.

– В… в каком смысле? – испуганно спросил Стас. – Я чем-то болен?

– Ну конечно! Ты несколько суток контактировал с чужеродным созданием. Со своим набором микроорганизмов. И если Аил’Аме заражение не грозит, то твой иммунитет точно не справится с самыми безобидными бактериями с другой планеты.

– Но с этим же можно что-то сделать? – паника только нарастала.

В рубку ввалилась Альма с белым устройством.

– Вот, – нетерпеливо сказала она, демонстрируя подобие медицинского пистолета. – Это «Анарам» – комплекс органических микророботов, поддерживающих организм. Он способен вырабатывать искусственный иммунитет. Так что ни одна болезнь носителю «Анарама» навредить не способна.

– Ого. Вообще ни одна?

– С некоторыми оговорками, – лиса подошла ближе, подготавливая устройство. – Но, в целом, да, ни одна.

– А если это роботы, их что, придётся как-то заряжать?

– Нет, они питаются теми же веществами, что и ты. Становятся полноценной частью твоего тела.

– Жесть. Просто максимально круто. А у тебя тоже такие есть?

– Конечно. Как и у всех, кто часто совершает межпланетные перелёты.

– Круто… Но… если я смог от тебя чем-то заразиться, не значит ли это, что и на Земле после тебя остались какие-то болезни?

– Даже если какие-то бактерии попали в атмосферу с выдыхаемым воздухом или моей кровью на капкане, они быстро рассеются и погибнут. Никто не контактировал с ними так долго, как ты.

Вейла неприязненно усмехнулась и тихо повторила: «Капканы».

– Понятно. Выходит, человечество выживет.

– Выходит, что так.

Во время разговора Альма настраивала инъекцию, что-то вводя в голографическом интерфейсе. Закончив, приставила пистолет к шее землянина и активировала механизм. Боли не было, ничего не было, а инструмент уже убрали. Никаких ощущений после инъекции огромного количества нанороботов.

– Вот и всё. Извини, что забыла сразу это сделать. Мне нечасто приходится контактировать с кем-то без комплекса.

– Да что ты, это тебе спасибо! Знаешь, осознавать, что ты больше не сможешь заболеть… неплохо так, в общем.

– Да, наверное, – сказала лиса с улыбкой и вернулась в кресло. – Орт, готовность расчёта прыжка?

– Осталось девятнадцать секунд, – ответил голос компьютера.

– Конечная точка выхода – Рейле, – громко сказала Альма и инициировала завершающие подготовки.

Снова почувствовалась лёгкая вибрация, удар, и звёзды размылись. Стас уже начал к этому привыкать.

– А сколько прыжков до Рейле? – полюбопытствовал он.

– С моей помощью – пара-тройка, – с ухмылкой ответил Римус. – Но простому кораблю удастся миновать целый Сектор в лучшем случае за неделю.

– Вы можете ускорять прыжки?

– Ускорять зарядку, вести более точные расчёты. В тандеме с Ортом я могу прыгать едва ли не быстрее флотилий.