Станислав Минин – Камень. Книга пятая (страница 7)

Через десяток секунд остался стоять только седой, да и то с моей рукой на шее. Чуйка молчала – я хоть и видел кучу всякого опасного народа на разных этажах зданий, но нападать им с помощью стихий явно было не с руки, начальник в моих руках, да и стены Бутырки можно было повредить вплоть до обрушения…

– Веди меня к Пафнутьеву, старик! – я хорошенько его встряхнул и даванул гневом.

– Хорошо-хорошо… – захрипел он. – Туда…

Он провел меня в тот самый вход, на который указал первый провожающий. Потом был унылый коридор со скудным освещением, снесенная решетка, лестница, второй коридор, аналогичный первому, третий, опять снесенная дверь и пара охранников в закутке, которые поставили перед собой воздушный щит.

– Детский сад у тебя, старик, а не тюрьма. – Я все это время тащил его на вытянутой руке, благо дедка держал доспех. – Если государь меня за сегодняшнее не казнит, так и быть, приеду к тебе с разгромной инспекцией. Где Пафнутьев, службист ты наш?

– Он там, ваше императорское высочество! – Седой указал на продолжавший висеть воздушный щит.

Щелчок плетью, и тот распался на отдельные воздушные завихрения.

– Открывайте двери, чего застыли! – рявкнул я на двух «черных» и добавил гнева. – В темпе вальса, служивые!

Через несколько секунд массивная железная створка с глазком и кормушкой распахнулась.

– Заходим, господа. – Я указал им на проход.

Продолжая держать седого, вслед за охранниками зашел в камеру с одним-единственным маленьким зарешеченным оконцем. Из темпа выходить не собирался и продолжал отслеживать складывающуюся в пределах видимости ситуацию. Когда же глаза привыкли к сумраку, рассмотрел в углу койку с лежащим с закрытыми глазами Пафнутьевым, который на нас никак не реагировал.

– Старик, бл@дь, вы с ним что сделали, твари? – встряхнул я седого.

– Врачи утром были… – прохрипел тот. – По приказу государя. Что-то там вкололи и уехали. Сказали, к вечеру должен отойти…

– Как раз к моменту казни, тварь?

– К-какой казни? Т-такого п-приказа не п-поступало! – задергался седой, и я чуть ослабил хватку. – Вы что такое говорите, ваше императорское высочество? – выдохнул он. – Виталий Борисович у нас просто временно отдыхает в качестве клиента от делов праведных! Вон, у него и апартаменты одни из лучших и комфортабельных среди имеющихся!

– Если соврал, старик, обязательно вернусь и тебя кончу! – пообещал я и повернулся к охранникам. – Чего застыли? Кто-нибудь из вас аккуратно поднимает господина Пафнутьева с койки и кладет другому на спину. Уроните – покалечу.

Проследив, чтоб Виталия Борисовича нормально разместили на спине, скомандовал:

– Вперед!

Минуты через три быстрого бега по коридорам и лестницам Бутырки, не встретив никакого сопротивления, мы оказались перед «Волгами». Со стороны охраны никаких провокаций так и не последовало, но чуйка сообщала, что в фокусе внимания мы находились постоянно, не изменилось это и сейчас.

– Принимайте, – скомандовал я своим дворцовым. – В свою «Волгу» грузите, только аккуратно. Двое остаются со мной, остальные быстро везут Пафнутьева в особняк. По дороге вызовите врачей из Кремлевки, скажите, что ему утром что-то ширнули, якобы к вечеру должен очухаться. Выполнять!

Старший моей охраны просто показал пальцем на двух своих подчиненных, те кивнули, пристроили на заднее сиденье машины Пафнутьева, сели рядом, хлопнули дверьми, и «Волга» рванула с места. А я наконец разжал пальцы и отпустил седого:

– Прошу прощения на незваный визит, старик, – начал извиняться я и замер от пришедшей в голову мысли…

Слишком просто у меня получилось вызволить Пафнутьева «из кровавых застенков»! А этот укол? Отсутствие толкового сопротивления канцелярских? А то, что все внезапно расхотели со мной общаться?

– Старик, ты ведь знал, что я за Пафнутьевым приду?

Седой какое-то время меня разглядывал, а потом ответил:

– Я вас не понимаю, ваше императорское высочество.

– Все ты понимаешь! – я поморщился, развернулся и направился к «Волге».

Уже когда я отрыл дверь машины, обернулся к седому. Старик же мне глубоко поклонился. Вслед за ним согнулись и два его подчиненных.

– Будем считать, что это «да»… – пробормотал я.

Разместившись на сиденье, достал телефон – мне из родичей так никто и не перезвонил, они даже сообщения прочитать не удосужились. Да и хрен с ними!

– Куда, Алексей Александрович? – обернулся ко мне Дима.

– Родственников своих хочу навестить, которых Дашковыми кличут… – осклабился я. – Так их увидеть после Бутырки хочется, аж зубы сводит! Тем более, меня туда так старательно отправляют. Адрес Дашковых знаешь?

– Да, Брюсов переулок.

– Вот и езжай туда побыстрее… – я ухмыльнулся. – «Люстру» включать не надо, как и «крякалку», сюрприз родичам и родственничкам сделать хочу. А точный адрес конечной точки маршрута я тебе чуть попозже сообщу, только с картой разберусь.

– Как скажите, Алексей Александрович.

А я, прежде чем приступить к изучению карты, решил позвонить и успокоить Алексию…

– Как тебе обещанный спектакль, Машенька? – поинтересовался император. – Впечатляет?

Они с женой сидели перед мониторами, установленными технарями канцелярии в особняке Дашковых.

Императрица только поморщилась.

– А это Бутырка, Машенька, особо охраняемый объект, а не какой-то там особняк одного из родов! – продолжил император с довольным видом. – А теперь представь, что твой внучок с любым другим менее укрепленным местом может сделать, где нет в полу и стенах плит дорогущего сплава делория? И заметь, без всякого там пошлого применения стихий. А трупов в Бутырке Лешка не оставил только потому, моя дорогая, что ему там только свои встречались, это которые канцелярские. При любом другом раскладе… Ну, ты поняла. Я тебе потом отчеты Белобородова дам из Афганистана почитать, ты должна впечатлиться размерами Лешкиного личного кладбища, которое внучок там старательно расширял. А ему еще и восемнадцати нет…

– Да, Коля, я достаточно впечатлилась, – скучающим тоном ответила императрица. – И что дальше?

– Как что, дорогая? – усмехнулся император. – Внук девицу-красавицу, если так Витальку в этой ситуации можно назвать, из темницы вызволил, а теперь с драконом придёт поквитаться. Фролушка, дружище, ты готов к визиту благородного лыцаря в сверкающем доспехе? – Николай повернулся к деверю.

Князь Дашков, скромно сидевший в уголке комнаты, чуть побледнел, как и императрица, но улыбнуться все же себя заставил:

– Все шутишь, Коля?

– Какие уж тут шутки, Фролушка? – Император продолжал веселиться. – Благородный лыцарь в сверкающем доспехе после Бутырки по всем раскладам сюда должен заявиться. Я же тебе говорил, что это якобы по твоей инициативе Пафнутьева казнить собирались, мстительный ты наш…

Князь Дашков совсем спал с лица, но улыбаться продолжал:

– Твои же люди встретят… благородного лыцаря?

– Конечно, Фролушка, куда ж мы денемся… Род Романовых несправедливого беспредела не допустит. Особенно, когда дело касается наших родственников…

Так, Пафнутьев в безопасности, Леся успокоена, а что делать с дедовской провокацией? Может, сделать вид, что я ничего не понял, и шугануть Дашковых по полной программе? Мол, чего вы хотели, я действительно думал, что они, твари, вытребовали у вас голову Виталия Борисовича? А если сейчас у Дашковых в особняке меня поджидает папаша с Прохором? Тут уже сложнее, но сделать чего-нибудь этакое все равно надо, в следующий раз думать будут, прежде чем затевать подобные интриги. Да и бабке надо напомнить о своем существовании, а то от нее в последнее время ни слуху, ни духу, за исключением наряда Марии и Варвары. Как там говорится, держи друзей близко, а врагов еще ближе? Вот и передам ей через Дашковых пламенный привет…

Вздохнув, я хлопнул Диму по плечу:

– Рули на пересечение Большой Никитской и Хлыновского тупика. С Тверской, на всякий случай, съезжать не будем.

– Понял, Алексей Александрович.

Когда мы добрались до указанного перекрестка, я приказал:

– Сидите в машине и не отсвечивайте. Не нравится мне здесь. – Даже не переходя на темп, я чуял чужое рассеянное внимание. – Похоже, меня здесь ждут.

– Кто ждет? – возбудился сидящий рядом Виктор.

А под его подчиненным, повернувшимся к нам с переднего сиденья, жалобно заскрипело кресло – он явно перешел на темп.

– Как кто, Виктор? – расстроился я, похоже, моим планам чуть закошмарить Дашковых не суждено сбыться. – Такое в Москве у нас может себе позволить только наш с тобой род Романовых, и никто другой. На личное присутствие его императорского величества в особняке Дашковых я не рассчитываю, но вот наличие пары его императорских высочеств могу гарантировать. Про сотрудников Тайной канцелярии, которые фонят в округе, вообще умолчу. Думаю, меня и Прохор там ждет не дождется…

Старший охраны вылупился на меня непонимающе:

– Прошу прощения, но я несколько не…

– Забей, Виктор, – вздохнул я. – Меня только одно теперь волнует, на хрена они Пафнутьева химией накачали? Чтобы он меня от визита к Дашковым не отговаривал? – начал рассуждать я вслух. – Как вариант… И чего дед добивается, не пойму? Ладно, в особняке Дашковых все и узнаю, после того как им тут маленькую войнушку устрою.

– Алексей Александрович, – возбудился Виктор, – может как-то?..

– От машины далеко не отходите, – приказал я, открыл дверь и вышел.