Станислав Минин – Камень. Книга 2 (страница 10)
– Пошли, покажешь, – надо было выводить его из верноподданнического ступора.
Сашка сначала неуверенно, а потом уже нормально повёл меня по дому, в котором я ориентировался гораздо лучше, чем он. И действительно, дед с Прохором сидели в гостиной и гоняли чаи, неспешно что-то обсуждая.
– Доброе утро! – поприветствовал я их. – Через пятнадцать минут ожидаются Великие княжны и наследник. Мария только что позвонила.
Оба спокойно поставили чашки на блюдца и встали.
– Переодеться всё равно не успеем, – скептически оглядел нас дед. – Так сойдёт! – махнул он рукой, видимо, имея в виду мои джинсы и джемпер. – Пошли встречать.
Уже на крыльце я глазами показал Прохору на Сашку. Понят был правильно, и он отвёл Петрова в сторонку, негромко что-то тому втолковывая. Скоро к нам присоединились и девушки. Если Леся переехала в поместье Пожарских с вещами и успела переодеться в светлый брючный костюм, то Вика просто надела кожаную курточку и собрала волосы в хвост, оставшись в джинсах и водолазке. Минут через пять на дорожке показались два гольфмобиля с двуглавыми орлами на бортах. Когда они приблизились, дед спустился с крыльца.
– Алексей! – обернулся он, давая понять, что мне следует встречать гостей вместе с ним.
Гольфмобилями управляли те две валькирии, которые постоянно сопровождали Марию. На заднем сиденье первого сидел отец с моей младшей сестрой, Елизаветой. Мария с Варварой находились во втором. Когда эти драндулеты остановились, дед поклонился и заговорил:
– Рад приветствовать…
Его речь закончилась, не успев начаться, Лиза выскочила из гольфмобиля и, подбежав ко мне, схватила за руку и заявила со всей детской непосредственностью:
– Здравствуй, братик! А ты мне дом покажешь?
– Здравствуй, Лизонька! – я присел. – Конечно покажу! Только надо сначала всех встретить, познакомить, чаем напоить. А потом мы с тобой и в прятки можем сыграть. Договорились?
– Да, братик! – важно кивнула она. – Только в прятки не буду, я уже большая! Во что-нибудь другое сыграем!
– Договорились. – Я выпрямился, а Елизавета продолжала крепко сжимать мою ладонь.
Романовы и дед с улыбками наблюдали за этой сценой.
– Михаил Николаевич! Сын! – цесаревич пожал нам руки.
Следующими с дедом поздоровались Мария с Варварой. Когда же они подошли ко мне, возникла неловкость – никто из нас троих элементарно не знал, как себя вести в подобной ситуации. Выручил отец:
– Изобразите поцелуй, этого будет достаточно. Всему учить надо!
Пришлось изображать… Когда закончили, и я, и обе мои сестры выдохнули с облегчением – друг к другу надо было ещё привыкать.
– Прошу в дом! – дед начал подниматься по ступенькам.
Вика, наблюдающая за сценой встречи Романовых, всё больше и больше недоумевала: сначала Алексей, в отличие от своего деда, грубо нарушил этикет, не поклонившись членам императорского рода. Потом к нему выскочила великая княжна Елизавета, схватила за руку, и они спокойно начали разговаривать. Князь даже присел, не обращая внимания на остальных Романовых, в том числе и на цесаревича! О чём они говорили, слышно не было, но маленькая Лиза кивнула и с важным видом успокоилась, продолжая держать Алексея за руку. Потом цесаревич поздоровался с молодым князем как со старым знакомым… А Мария с Варварой? Такой поцелуй по этикету допускался лишь между родственниками или очень хорошими знакомыми!
– Леся! Что за ерунда тут происходит?
– Скоро поймёшь, – только усмехнулась та.
Поднявшись по ступеням, мы остановились перед поклонившимися Прохором, Лесей, Викой и Сашкой. Лиза отпустила наконец мою руку и подбежала к Вяземской:
– Вика, здравствуй! Почему ты больше ко мне не приходишь?
– Здравствуйте, Елизавета Александровна! – заулыбалась Вяземская. – Я теперь в другом месте служу.
– А у меня теперь братик старший есть! Алексей! – она указала своим маленьким пальчиком на меня.
Хоть Вика и сумела сохранить лицо, но выражение изумления всё же было заметно. Вот тебе и просьба императора к родичам о сохранении моего инкогнито…
Тут опять вмешался отец:
– Лизонька, подойди! – Моя младшая сестра покорно встала рядом с цесаревичем. – Михаил Николаевич, будьте добры, представьте нам своих гостей.
– Конечно, Александр Николаевич! – кивнул дед и представил цесаревичу и моим сёстрам Алексию с Сашкой Петровым, причём у меня сложилось стойкое ощущение, что отец с Лесей знакомы, а вот мои сёстры видели её в первый раз, но поглядывали на девушку с большим интересом. Это я списал на её медийность.
– Ну, теперь моя очередь, – улыбнулся цесаревич. – Виктория, Алексия, Александр, позвольте вам представить моего сына, великого князя Алексея Александровича Романова.
Все трое поклонись, а мне в очередной раз от этих поклонов стало не по себе. Когда они разогнулись, рот открытым был только у Петрова. Ситуацию разрулил дед:
– Прошу в дом!
Когда мы оказались в гостиной, отец сказал:
– Нам с Михаилом Николаевичем и Прохором надо переговорить. Алексей, остаёшься за главного. – И они вышли.
Подозревал я, что никаких таких дел у них нет, просто тактично оставляют молодёжь пообщаться, так сказать, в неформальной обстановке. Делать было нечего, пришлось оказывать гостеприимство:
– Присаживайтесь, пожалуйста! – я указал на диваны.
Вика, Леся и Сашка дождались, пока на одном из диванов расположатся великие княжны, и только потом устроились сами. Я же занял кресло по центру. Появившейся Наташе все сказали, что будут чай. Одна Лиза пожелала морс из вишнёвого варенья. Когда горничная ушла, Мария переглянулась с Варей и спросила у Леси:
– Алексия, у вас же скоро концертный тур начинается?
– Да, ваше императорское высочество, – кивнула Леся. – На следующей неделе уезжаю.
– Для вас, Алексия, просто Мария, – улыбнулась сестра. – А когда вернётесь, сможете устроить отдельный концерт для нас и наших друзей из лицея? Мы все ваши большие поклонники!
– Да, Алексия, мы в лицее постоянно слушаем ваши песни! – добавила Варя.
– Сочту за честь, ваши императорские высочества! – кивнула девушка.
– Просто Варвара! – заулыбалась моя средняя сестра, а Леся кивнула.
– Скажите, Алексия, а тот ролик… – Маша слегка замялась. – «По ресторанам»… Все говорят, что это было сделано специально… Ну… Перед гастролями…
– Это вам, Мария, надо у его императорского высочества спрашивать. – Леся с улыбкой смотрела на меня. – Он там присутствовал. Да и Александр тоже. – Она кивнула на сидящего рядом Петрова.
Маша с Варей повернулись ко мне, Вика тоже изобразила нетерпение, поближе пересели и две валькирии.
– Алексей, расскажи пожалуйста! – попросила Варвара.
– Хорошо, – кивнул я, и дождался, пока Наталья расставит чайные пары и разольёт по ним чай. – Всё дело в том, что Алексия живёт в соседней квартире. И как-то раз врывается она к нам с Прохором в очень расстроенных чувствах. Оказалось, что наша звезда была очень недовольна своим исполнением «Ехали цыгане». Все ведь знают этот романс? – Присутствующие активно закивали. – Вот Алексия и пришла дать нам послушать запись. Мы, естественно, помочь ничем не смогли, и Прохор предложил съездить в цыганский ресторан, послушать, как они поют. Тут появился Александр Владимирович, который писал по вечерам портрет нашей звезды. Когда они закончили, мы и поехали в этот ресторан. Дальше, мне кажется, Александр расскажет лучше, – решил я немного расшевелить друга, зная, что, когда он разойдётся, лучше рассказчика не найти.
Сашка покраснел и замялся.
– Александр, ну расскажи! – попросила Маша. – Алексей на самом интересном месте закончил!
– Хорошо, – наконец кивнул он. – Приехали мы в этот ресторан. Ничего особенного. Антураж только соответствующий, картины с конями, подкова огромная на потолке, официанты все как на ярмарке выряжены. Натуральный табор на заработках! Столик нам выделили около сцены, лабухи ресторанные в ноты не попадают, даже мне, которому медведь на ухо не только наступил, но и потоптался, это было слышно! Ну, значит, подзывает Прохор официанта и заказывает: нам, мол, самый большой графин водки, гранёные стаканы, а на закуску картошечку с селёдочкой! И с характерным жестом добавляет: «На всех!» – Сашка очень правдоподобно изобразил интонации моего воспитателя и взмах его руки, а слушатели начали тихонько хихикать. – Алексия, конечно, поначалу пыталась отказываться, я не такая, я жду трамвая, не буду водочку под селёдочку, а Прохор как треснул кулаком по столу и заявил нашей звезде: мол, хотела атмосферу почувствовать, вот и не кочевряжься! Искусство требует жертв! В общем, убедил Алексию!
Из дальнейшего повествования разошедшегося Петрова следовало, что водка просто лилась рекой, в которой до кучи плескались селёдка с картошкой. Оправданием происходившего непотребства служила лишь безумная любовь Алексии к искусству, а нам троим – добровольная помощь попавшей в беду девушке… А уж когда самый верный почитатель таланта Алексии, великий князь Алексей Александрович, в тайне от всех через официанта заказал ресторанным лабухам «Ехали цыгане», стало окончательно понятно, что старания Прохора оказались не напрасны – Алексия прониклась атмосферой настолько, что сразу после исполнения романса вышла на сцену и устроила, от переизбытка чувств, настоящее шоу!
– Вот как всё было! Никто не знает, какая дорога ведёт к настоящему искусству! Через водку и селёдку, оказывается, тоже! – гордо закончил Сашка под общий хохот. Смеялась даже Лиза, которая, конечно, ничего не поняла, но поддалась общему веселью.