Станислав Дементьев – Чужестранец в землях мечей (страница 17)

 Но речи Анба не утратил, и заорал в ответ, обращаясь больше скорее к своему начальнику, чем к Оррику:

– Вы рехнулись все?!? Он оборотень!

– Я думал, что в Великом Инзе это ещё не причина для убийства, – громко сказал Оррик.

 И тут на миг онемели уже все, кроме него, даже судья Потому что в левой руке Оррика теперь была маленькая золотая пластинка, а на пластинке горели ярким светом знаки древнего языка, подтверждая, что он владеет ею по праву.

– Откуда у тебя императорская байса? – недоверчиво воскликнул Анба, первым преодолевший изумление.

– А откуда у тебя право задавать такие вопросы? – поинтересовался Оррик.

 Байса попала в руки Оррика самым честным из возможных путей. В этом-то и была проблема. По сути, байса заверяла, что её владелец является доверенным представителем того, кто её выдал. А такие опытные люди как Зандан и Анба должны были знать: реальной власти у молодого императора пока слишком мало, чтобы его доверие могло наделять властью других. Не стоило позволять им догадаться, что байса была выдана без благословения кого-либо из влиятельных министров. Потому Оррик и решил напустить грозной таинственности.

 Да и не до лишних препирательств было сейчас:

– Я посмотрю, что с Чионом. Надеюсь, мне не будут мещать.

 Судья с начальником стражи мешать не стали, а сам Чион просто не мог. Результаты проигранной схватки оставили его в шоке, с ментальной стойкостью хуже чем у обычного человека, а усиленное Вторым Дыханием повеление судьи окончательно оглушило. Он не сопротивлялся, пока Оррик сажал его обратно на стул и проверял его состояние.

 Жуткая рана на левой руке тоже успела покрыться новой кожей. Вывод Анбы был, конечно, правильным. Обычный дваждырождённый ниже Зрелости не мог обладать настолько мощными регенеративными способностями. Если уж быть совсем точным, то воплотитель, нацеливший изменения своего тела на то, чтобы имитировать оборотня, теоретически мог… но Оррик понятия не имел, была бы в случае успеха какая-то разница между таким воплотителем и природным оборотнем.

 Так или иначе, пусть в мире дваждырождённых правила были скорее наборами эмпирических наблюдений, а не твёрдыми законами, пусть почти каждое правило имело исключения, но правила всё же существовали не зря. И одно из правил гласило – у регенеративных способностей низких Ступеней есть жёсткие пределы. По народному поверью любого монстра – оборотня, упыря, тролля – можно убить отсечением головы. В отношении хорошо известных народу монстров это действительно было так. Даже если их регенерацию не останавливали серебро или огонь, она имела серьёзные ограничения по скорости восстановления и, главное, по массе восстанавливаемой плоти. Поэтому можно было просто перегрузить, нанося слишком тяжёлые ранения. Она не могла прирастить новое тело у отлетевшей головы, она не могла восстанавливать потерянные конечности. И, как видно, она не спасала от шока, когда тебя перерубали почти пополам. Судя по крови на одежде и исчезающему шраму, может даже и не «почти», просто куртка, через которую призрачное оружие прошло не коснувшись, удержала нижнюю и верхнюю половины тела вместе достаточно долго, чтобы они начали срастаться. Как минимум, удар наискосок через грудь разрубил сердце и оба лёгких. Неудивительно, что Призрачный Клинок счёл Чиона покойником.

– Воды, – скомандовал Оррик. Один из стражников глянул на судью, увидел, надо думать, утвердительный кивок и устремился на кухню. Тут же вернулся с полным кувшином. Оррик проверил воду – холодная. И без лишних слов выплеснул большую часть кувшина Чиону в лицо.

– А ну очнулся! Ты дваждырождённый герой или кто? Соберись! Хочешь, чтобы сделавший с тобой это, – Оррик грубо ткнул Чиона в грудь, – ушёл себе спокойненько?

 Глаза Чиона разом сфокусировались, губы растянулись в злобном оскале:

– Он и так уже ушёл! Ищи ветра в поле!

– Он ещё вернётся! – Оррик сказал это чисто ради поддержания диалога, но вдруг понял, что это правда. Призрачный Клинок не дожил бы до своих лет, если бы убивал просто так. У него была определённая цель. И этой целью явно не было «выпотрошить случайного бродячего воина». – Кстати, Призрачный Клинок – это «он»?

 Чион пожал плечами:

– Я там в штаны не смотрел. Не до того было. Призрачный Клинок просто налетел из-за угла. Без всяких разговоров. Росту среднего. Может чуток повыше среднего. В чёрном шёлке, одежда свободная, на лице маска, тоже из шёлка. Фигура… да бес его знает. Вроде стройная фигура, плечи узкие, бёдра узкие. Сложновато, знаешь, разглядывать, когда на первом вдохе ты заметил, что вон, кто-то выскочил, а на втором ты уже своими потрохами харкаешь.

– А как насчёт запаха? – вмешался Зандан, который слушал очень внимательно. – Я знаю, что у оборотней даже в человеческом облике нюх острый.

– Не настолько острый! – огрызнулся Чион, но тут же задумался. – Благовониями от него пахло, вот чем. Но их же жгут с утра до ночи в каждом первом храме, да ещё в половине богатых домов, впридачу.

– Не больше чем в десятой части, да и бедные храмы обходятся без них в будние дни, – заметил судья. – Чтобы просто отбить запах – есть средства куда дешевле и надёжнее. Шёлковая одежда и запах благовоний – от бедности Призрачный Клинок не страдает. Вроде мелочь, но уже больше, чем всё, что мы знали о нём до сих пор.

 У Оррика мелькнула в голове мысль: сегодня Призрачный Клинок, возможно, выдал о себе нечто куда более важное. Но об этом требовалось подумать в более спокойной обстановке. А сейчас он сказал:

– Почтенный судья Зандан. Я вижу, что вы человек рассудительный и проницательный. Я вижу, что вы кое-что смыслите в оборотнях. Я думаю, вы должны знать, что если оборотень не ест смертных собственного вида, то обычной пищи ему нужно вдвое больше. Судя по аппетиту Чиона, он ещё никому не вырывал потрохов, кроме, разве что, зверей в лесу.

 Анба смерил Оррика и Чиона взглядом, голоднее, чем у всякого оборотня:

– Оборотням положено заявлять о себе властям, где б они ни жили. И носить особый знак. Не только в городах.

– Сам и носи этот твой «особый знак»! – ощерился Чион. – Если околеть охота! Кто меня с ним хоть на порог-то пустит?

– Тише, тише, – властный голос судьи Зандана пресёк начинающуюся перепалку в зародыше. – Анба, наставления Всепобеждающего Владыки потомкам указывают весьма ясно – Второе Рождение всегда важнее рода и племени смертного, когда речь заходит об определении положения. И раз оборотней мы всё же причисляем к смертным, пусть и страдающим от опасного для окружающих недуга, то и получается, что Чион в первую очередь дваждырождённый, а во вторую – оборотень. И эта логика закона подтверждается практикой. Потому что, как известно, после второго рождения оборотень становится высшим оборотнем и приобретает полный самоконтроль в любой форме. А Чион является дваждырождённым, исходя уже из того, что он выжил после удара Призрачного Клинка, Путь у тебя какой, кстати, Чион?

– Путь Воплощения.

– Облик зверя? Вполне разумно с твоей стороны развивать и усиливать врождённые способности. А звериная форма? Волк?

 Чион только кивнул.

– Понятно. Если ты поможешь нам с поимкой Призрачного Клинка, то не просто получишь часть награды – возможно, я смогу найти тебе место, соответствующее твоим талантам.

 Судья перевёл взгляд на Оррика:

– Почтенный и многоуважаемый слуга императора, если ваша миссия секретна, будет ли мне, по крайней мере, позволено узнать, чему мы обязаны вашей помощью и можем ли мы рассчитывать на эту помощь в дальнейшем?

 Оррик ненадолго задумался. Судья был умён, возможно что-то подозревал. Вопрос его с виду вполне резонный, но при этом цепляющий прямо за противоречие между образом обладателя золотой байсы с секретным поручением и реальными действиями Оррика.

 Но Оррик и сам был не лыком шит:

– Обязаны вы тем, что Призрачный Клинок теперь будоражит всю область. Может я и немного видел в Бугуо, но достаточно, чтобы это понять. А рассчитывать можете ещё на две ночи, не считая нынешней, и три дня.

 Оррик и вправду теперь испытывал вполне искреннее желание изловить этого Призрачного Клинка и посмотреть, что случится с самим убийцей, если его разрубить надвое. Оррика на самом деле не очень сильно волновало, что там будет с областью. Просто ему не нравилось, когда ни за что, ни про что нападают на хороших людей, с которыми он успел немного сдружиться. А вот срок он назвал случайно, исходя из времени, определённого его обетом.

 Вдруг в голове мелькнула ещё одна мысль. Довольно дикая, требующая хорошего обдумывания… Но если догадка верна, то названного им времени может хватить на поимку Призрачного Клинка.

– Почтенный господин судья, – сказал он. – Я думаю, вы уже поняли, что для нас очень важно защитить Чиона. Даже простого расспросив его тщательнее, мы сможем узнать больше о Призрачном Клинке. А если я, с помощью своих скромных способностей, смогу стимулировать его память… кто знает, может быть среди нас окажется дваждырождённый, которому под силу опознать убийцу.

Глава 11. Об убийцах и мятежниках.

– А ты, ну, в самом деле можешь, как ты это там сказал, «стимулировать память»?

Солнце уже высоко стояло в небе. Оррик и Чион сидели в гостевых покоях городской управы Бугуо. Ну, то есть называлось это место городской управой. И действительно выполняло функции управы. Но с виду оно куда больше напоминало цитадель, обнесённую высокой стеной, с казармами, стойлами для фороракосов и арсеналом внутри. Цитадель выглядела новенькой. Доверие к местному населению после недавней смуты прямо било через край.