Станислав Дементьев – Чужестранец и чудовища (страница 8)

 Но больше всего Оррика заинтересовало существо у дальней стены. Он его увидел, как только сумел повернуть голову влево. Вот только не сразу признал в нём существо. На первый взгляд оно показалось каким-то большим, бесформенным мешком, висящим на цепях из белого металла, покрытых мерцающими рунами. Мешок пронзали многочисленные серебряные стержни, словно его истыкали стрелами. И лишь на второй взгляд, Оррик заметил, что из «мешка» торчит большая, уродливая голова, отдалённо напоминающая человеческую, но заметно крупнее, с иссохшей серо-зелёной кожей, волосами как тёмные верёвки и кривыми рогами изо лба. В голову было воткнуто такое множество длинных игл, что в полумраке её можно было принять скорее за увеличенное подобие подушечки для булавок, чем за часть живого существа.

 Впрочем, сейчас это существо не двигалось и казалось мёртвым, обратившимся в мумию. Но мертвых не обездвиживают с такой тщательностью.  Интересно, его, Оррика, тоже будут здесь держать, пока он не усохнет и не станет твёрдым как деревяшка? Нет, вряд ли. При всей сверхчеловеческой живучести дваждырождённого, он помрёт раньше. Если рогатая тварь висела здесь долго, она должна была обладать чудовищной регенеративной силой, позволяющей жить несмотря на все стержни с иглами. Оррик догадывался, что это за тварь. И почему её держат на почётном месте в лаборатории Амаредеса – вероятно, главной лаборатории.

 От мыслей об этом Оррика отвлёк звук лёгких, торопливых шагов. Женских? Он не стал делать вид, что лежит без сознания. Но увидеть женщину сумел лишь когда та подошла и оказалась сбоку от него.

– Ленли?

– Тсссс! – она приложила палец к губам. Выглядела рабыня сейчас куда хуже, чем при жизни хозяина. Волосы были растрёпаны, лицо расцарапано, под левым глазом наливался огромный синяк. Ничего удивительного. Раньше она, наверное, входила в число любимых рабов Амаредеса, от которых скрывали готовящуюся измену. Сейчас, когда она лишилась защиты господина, стражники могли без помех пустить её по кругу. Или другие рабыни могли поквитаться с бывшей фавориткой. Или и то, и другое.

– Держи рот на замке! – прошептала Ленли, склонившись к Оррику. – Не вся стража перепилась! Терпи молча!

 Что предполагается терпеть – стало ясно тут же, когда Ленли взялась за одну из обездвиживающих игл и плавным, но решительным движением потянула её из тела Оррика. Оживающие нервы вспыхнули болью. Ленли такая боль, может, и казалась сильной, но Оррик за свою жизнь получил без счёта ужасных ран. Ему не пришлось даже стискивать зубы.

 Пару минут спустя, иглы были аккуратно сложены на краю каменного стола, а Оррик восстановил подвижность в достаточной мере, чтобы сесть.

– Господин мне однажды показал тайный ход, – чтобы произнести эти слова Ленли склонилась к нему так близко, что в другой ситуации это стало бы волнующим. – Начинается там, в том углу. Стража о нём не знает. Но…

– Но ты ещё ни разу не выходила из дворца и не представляешь, что делать снаружи?

 Ленли кивнула.

– Не волнуйся. Ты мне жизнь спасла, я тебя не брошу. Вот только… – Оррик потряс кандалами на руках. – Ты подумала, что делать с этим? Ключ есть?

 Кандалы с кровь-камнем были слишком дорогим товаром, чтобы просто заклёпывать их на очередном пленнике. Оррик успел убедиться, что они закрывались с помощью незамысловатых, но прочных замков.

Ленли помотала головой:

– Не знаю, у кого ключ. Как бы не у самого Гулруха. Попробую открыть этим.

 Она показала Оррику пару толстых стальных шпилек для волос.

– Приподними ноги.

 Оррик владел многими искусствами, которые люди считали воровскими. Но искусство взлома замков в их число не попало. Слишком уж редко ему в жизни встречались ситуации, когда дверь нельзя было с тем же успехом просто выбить Оставалось положиться на умения Ленли.

К счастью, Ленли знала что делает. Не прошло и минуты, как замок на ножных кандалах со щелчком раскрылся. Похоже, Амаредес действительно учил её на шпионку. Недоучил? Забыл преподать способы выживания вне дворца? Или наоборот, выучил слишком хорошо, так что она правильно оценила свои шансы без сильного дваждырождённого покровителя?

 Ленли только взялась за кандалы на руках Оррика, как со стороны двери снова послышались шаги. На этот раз совсем не женские – тяжеловесные, неуклюжие, словно шёл человек в подпитии.

– Куда это ты тут пошла, красноглазая шлюха? Спрятаться думаешь?

Показавшийся в дверях стражник был настоящей горой в запятнанных белых одеждах. Лицо, теперь не скрытое маской, пылало багровым румянцем. Там, где кожу не покрывали роговые пластины. Маленькие, глубоко посаженные глаза были замутнены алкоголем. Но прояснились и вспыхнули гневом, едва он увидел, что происходит в зале.

– Ах ты тварь!

– Открывай ход! – Оррик вскочил на ноги, толкнул Ленли позади себя. Девушка кое-что умела, возможно была обучена драться, скорее всего её тело было усилено искусствами Амаредеса – но она оставалась единождырождённой. В отличие от всех без исключения стражников чародея.

Горопобный стражник счёл ниже своего достоинства бежать за подмогой. Он выхватил саблю и бросился вперёд.

Оррик легко разделался бы с этим бугаём голыми руками. Дваждырождённый на Детстве, не выше? Даже с изменённым телом, он ещё почти что человек, куда ему в одиночку переть против Оррика. Да, разделался бы – не блокируй висящие на руках кандалы Второе Дыхание. Но и безо всяких сверхъестественных приёмов, Оррик оставался крепким орешком.

 Удар! Искры полетели снопом, когда он заблокировал саблю стражника цепью от кандалов. Стражник потерял полмгновения, сообразив, что едва не перерубил цепь и не высвободил противнику руки – Оррик воспользовался этим, проворно зажал лезвие сабли между железными браслетами кандалов, выкрутил его из рук противника. И тут же отлетел прочь от удара бугая, врезавшись в ближайшую полку. На камень с грохотом и звоном посыпались стеклянные сосуды. Кислотный запах разлитой алхимической дряни ударил в нос, глаза разом заслезились. Оррик попытался отскочить –острый осколок впился ему в голую ступню, заставил споткнуться. Стражник не стал тратить времени, подбирая саблю, он налетел на Оррика, навалился всей массой. С диким грохотом, они вместе протаранили очередную полку. Один из падающих сосудов ударил стражника прямо по макушке. Тот ахнул, его хватка чуть ослабла. Оррик что есть силы боднул его в нос – словно в каменную стену головой ударил.

 Человек-гора взревел, отшвырнул Оррика прочь как ребёнка. Оррик приложился поясницей о край одного из каменных столов и всё тело прострелило такой болью, какая парализовала бы обычного человека. Даже Оррик света невзвидел на пару вдохов. Боги на небесах, только бы не перелом позвоночника!

 Едва Оррик успел это подумать, как на его шее сомкнулись две огромные ручищи. Просто хватать за горло спереди – самый неправильный способ удушения. Всё равно, что просить противника: "ударь меня". У стражника, похоже, ещё вино из головы до конца не выветрилось. Оррик не упустил своего шанса, ткнул прямо в горло, сложив пальцы правой руки щепотью. И лишь оцарапал кожу, вместо того, чтобы проткнуть гортань! Связывающая запястья цепь помешала чётко выполнить удар, а главное – в отчаянный момент Оррик забыл, насколько он слабее без Второго Дыхания. Толстые пальцы сдавили его горло. Что-то грохотало в стороне – Ленли ещё освобождала путь к потайному ходу, не замечая, что бегство сейчас станет неактуально? В глазах Оррика стремительно темнело. Он отчаянно ударил снова, целясь в глаз – и уже не увидел, пришёлся ли удар в цель. Неужели вот на этом убогом противнике и закончится его путь?

Глава 6. Чудовища.

Хватка на шее Оррика вдруг ослабла. В глазах прояснилось, и он увидел, как громила-стражник держится одной рукой за лицо. Между пальцев обильно текла кровь. Оррик отчаянно ударил врага, а когда тот отшатнулся, со всей силы пихнул в живот здоровой ногой. Он не мог разобрать, насколько ранен этот бугай, хотелось только спастись из его хватки и броситься к забытой на полу сабле.

 Но этого не понадобилось. Отброшенный стражник налетел спиной на чёрный пьедестал с чёрным шаром. То ли они были опасны сами по себе, то ли их окружало охранное заклинание – но от поверхности шара вдруг разошлись извивающиеся белые молнии. Стражник забился в судорогах, подвал мгновенно наполнился запахом жареного мяса. А спустя ещё миг помещение наполнилось гулом пламени – один из электрических разрядов хлестнул про разлившейся смеси из колдовских жидкостей и та вспыхнула живее всякого масла.

– Боги на небесах! – прохрипел Оррик, скатываясь с каменного стола подальше от огня. Неужели его запас невезения на сегодня ещё не исчерпан? По крайней мере, ему оказалось под силу скатиться и встать. В пояснице пульсировала боль, но позвоночник остался целым.

 За время короткой схватки, Ленли успела сдвинуть в сторону один из шкафов. В стене позади него уже открылось отверстие потайного хода. Оррик сперва подумал, что именно Ленли запустила чем-то в громилу. Но изумление и страх, с которыми она смотрела в сторону от Оррика, на чудовище, подвешенное у стены, не решаясь шагу сделать от открывшейся двери, тут же убедили его в обратном. Да и не было у неё оружия, максимум припрятанный нож – а рукояти ножа из лица мёртвого врага не торчало.