Станислав Дарков – Железное Сердце (страница 78)

Когда я подошёл к усадьбе, на какое-то мгновение показалось, что она изменилась. Тёмные окна, дверь, казавшаяся тяжелее обычного. Я толкнул её, и она скрипнула, словно протестуя. Щелчок замка — и я оказался внутри.

Холод. Пустота. Ни звука. Ни служанок. Ни Лорена. Ни даже случайного шума из кухни. Только мои шаги по деревянному полу и слабое эхо. Я почти почувствовал облегчение. Один. Наконец-то.

Но стоило сделать несколько шагов внутрь, как я понял — я не один.

Шёпот. Он снова был здесь. Но не тот, что приглушённый, тонкий. Этот был... ближе. Громче.

Скоро...

Я замер.

— Кто здесь? — произнёс я. Голос сорвался, звучал как чужой.

Ты знаешь меня, — прозвучало у меня в голове, но с таким отчётливым эхом, будто кто-то прошептал это за моей спиной.

— Нет... Нет, чёрт побери, не знаю. Кто ты такой?

Я — твоя Тень.

По спине прошёл холод, как будто кто-то пролил воду. В груди стало тесно, словно воздух утратил плотность.

Ты впустил меня тогда, когда умерла Амелия. Когда боль стала больше, чем ты сам. Когда ты позволил себе сломаться. А потом... потом ты убил Дракса. В тот момент мы с тобой заключили договор.

Я пошатнулся. Не физически — ментально. Как будто под ногами качнулась земля. Я не помнил ничего подобного. Не было никакого контракта. Не было выбора.

— Я не... Я не подписывал никаких договоров.

Но ты и не отказывался. Ты позволил мне быть рядом. Ты звал меня. Я не просил. Ты сам позвал. И я пришёл.

Голос звучал спокойно. Не как угроза — как факт. Бесстрастно. Неотвратимо. Я чувствовал, как он резонирует внутри черепа.

— Что тебе нужно?

Всё просто. Я даю тебе силу. Поддержку. Ты это уже ощутил. В бою. В ярости. В решениях, которые ты боялся принять. Я не требую многого. Я лишь прошу позволения остаться. Жить в тебе. До тех пор, пока не найду другого носителя.

— И если я откажусь?

Тогда будет борьба. Настоящая. Кто-то исчезнет. Возможно, ты. Возможно, я. Но стоит ли нам тратить силы на войну, которую мы оба можем избежать?

Мои ладони сжались в кулаки. Пот стекал по спине. Я пытался дышать глубже, медленнее, но сердце билось слишком громко.

Мне нужно совсем немного. Иногда — выйти наружу. Вкусить мир. Запах крови, шум боя, ветер на коже. А ты — ты получишь всё, что хочешь. Я стану твоей тенью. А ты — моим телом.

— Кто ты на самом деле?

Я из Интерариума. Из той границы, что разделяет твой мир и тот, что ты называешь невозможным. Там, где материальное заканчивается. Где всё, что ты считал мифом, — правда. Где дух и материя сливаются в одно.

Интерариум. Я слышал это слово один раз. Кажется Веларий упоминал это в одном из наших бесчисленных разговоров.

— Почему ты здесь? Почему — во мне?

Потому что ты позвал меня. Ты был ранен, слаб, готов сломаться. И ты открылся. И теперь мы вместе. До тех пор, пока ты не откажешься... или пока я не найду кого-то лучше.

Я стоял в холле своей усадьбы, в окружении тишины, что больше походила на крик. Я чувствовал, как мир сдвинулся.

Я был готов задать Тени ещё десятки вопросов — о природе Интерариума, о других носителях, о границах между мирами. Её голос только начал звучать вновь, когда в дверь резко и громко постучали. Нет — даже не постучали, а забарабанили, как будто времени на вежливость не было.

Я не успел сделать и шага, как дверь распахнулась сама. Без приглашения, без предупреждения. В усадьбу вбежала целая группа людей, и привычная тишина моего дома тут же сменилась гулом голосов и быстрых шагов.

Лорен. Ректор Академии. Юна. Принцесса Ева со своими телохранителями, которые явно были готовы в любой момент вытащить мечи. Все они выглядели напряжёнными, обеспокоенными — как будто пришли прямиком с поля битвы.

— Максимус! — воскликнул ректор первым. — Господин Айронхарт, прошу вас! Прошу вас отозвать вызов! Прошло меньше часа, а уже весь Тиарин знает: вы вызвали Альберта Ланверна на дуэль. Это может привести к последствиям, которых мы не сможем контролировать!

Я посмотрел на него спокойно. Ни раздражения, ни страха. И ни малейшего желания уступать.

— Я действовал согласно законам, — сказал я. — Вызов был сделан официально. Я готов его отозвать, но только при определённых условиях.

Ректор явно предчувствовал, что будет дальше. Он сжал губы и кивнул, словно позволяя продолжить.

— Ланверн может избежать поединка двумя способами, — сказал я. — Первый: он публично извинится. На коленях. Передо мной и перед принцессой Евой. Без оправданий и насмешек. Второй: он отрежет себе язык и вручит его мне. Любой из этих двух вариантов — и я отзову вызов. В противном случае — дуэль.

На мгновение в комнате воцарилась тишина. Даже охранники Евы ослабили хватку на рукоятках мечей.

Я перевёл взгляд на Лорена.

— Лорен Дагвелл, поздравляю с победой, — произнёс я. — Прошу вас, окажите мне честь и станьте моим секундантом.

Лорен выпрямился, словно эта просьба была для него важнее всех титулов. Он кивнул твёрдо.

— Считайте, что это уже решено, Максимус.

Я повернулся к ректору.

— Все вопросы, касающиеся дуэли, теперь идут через Лорена. А сейчас, господин ректор, пожалуйста, покиньте мой дом.

Ректор колебался, хотел что-то сказать, но сдержался. Он развернулся и вышел, его шаги гулко отдавались по полу.

Жалок... — прозвучал у меня в голове голос Тени. Я проигнорировал, хотя уголки губ чуть дрогнули. Сам не понял, от злости или от усмешки.

Ко мне подошла Ева. Юна хотела было сказать что-то, но Лорен аккуратно дотронулся до её локтя и мягко увёл в сторону. Я проводил их взглядом и повернулся к принцессе.

Мы прошли в кабинет — небольшую комнату с книжными полками и письменным столом, где обычно сидел Эндрю. Здесь всегда пахло бумагой и чернилами. Сейчас — напряжённой тишиной.

Ева молча смотрела на меня. В её глазах не было страха. Только непонимание и лёгкое разочарование.

Я нарушил молчание первым.

— Я не мог иначе.

— А я не просила спасения, — сказала она тихо. — Я могла бы постоять за себя. Ты своей импульсивностью подставил под угрозу отношения между Элдорией и Алханроэлем. Сам вызов ещё можно объяснить. Но ты собираешься убить его. А он — единственный наследник своего рода.

— Я поступил по чести, — ответил я, стараясь сохранять спокойствие.

Она усмехнулась. Не весело.

— По чести? По чести было бы просто ответить ему тем же. Тогда он бы вызвал тебя, и если бы ты убил его — это была бы его вина. А теперь вся ответственность на тебе. Все последствия — на тебе.

Я не ответил. В голове было много слов, но ни одно не подходило.

— С уважением, принцесса, — сказал я наконец, — мне нужно побыть одному. Завтра всё решится.

Она смотрела на меня ещё несколько секунд, будто надеялась услышать что-то другое. Потом кивнула.

— Хорошего вечера, Максимус.

Когда дверь за ней закрылась, тишина снова вернулась. И голос внутри тут же ожил — с лёгкой ухмылкой, будто только этого и ждал.

А твоя принцесса — горячая штучка…

— Заткнись… — прошипел я с раздражением.

Когда я вышел в коридор, Лорен и Юна уже ждали меня у входа. Я шёл к ним медленно, будто каждое движение требовало усилий. В голове пульсировали обрывки мыслей, обрывки голоса Тени, и всё казалось каким-то неестественно тихим.

— Ты ведь не собираешься действительно убивать его? — первой заговорила Юна. В её голосе была тревога и что-то, похожее на отчаяние. — Максимус, я понимаю, что он перешёл все границы. Но убийство… это уже не честь. Это месть.

— Он заслуживает пощады? — спросил я.

— Он не заслуживает ничего, — вмешался Лорен. — Ланверн — законченный мерзавец. Но ты — не он. Марать руки об такого, как он... это не победа. Ты уже поставил его на колени. Дальше — дело за тобой.