Станислав Чернышевич – 1517 (страница 5)

Туда, где внук его топтался,

Всё отрицая непреклонно.

И захотелось Фахр эд-Дину

Махнуть на мальчика рукой,

Коль он предстал опять не винным,

Но вырвалось само собой:

– Действительно, твой вид снаружи

Весьма и милый, и приятный.

Нельзя сказать, что неуклюжий,

Всегда постиран и опрятный.

И наших слуг не обижаешь,

И с поданными вежлив очень,

Но только часто посещаешь

Места, где пьянь гуляет ночью.

Наш род такое осуждает,

Принять такое невозможно,

Никто из нас не понимает,

Зачем ты выбрал путь столь ложный,

Когда есть шанс испить из блюдца

Сполна могущества и славы,

Ну что ж, в Египте разберутся

Ошиблись мы в тебе иль правы.

– А расстоянье до Египта

Не догадались подсчитать? -

Мишель поддел эмира хитро. -

Туда два месяца шагать!

А у ослов ведь шаг короче.

– Так ты и не спеши особо, –

Эмир воскликнул властно очень,

Пугнув всех рядом до озноба.

Задумайся о поведенье,

Зачем родился ты на свет,

Понять своё предназначенье

Пора тебе уж в двадцать лет.

Поразмышляй, вцепившись в вожжи,

Как сделать дел полезных много,

И в этом вот тебе поможет

Как раз та долгая дорога.

Мишель не знал, что и ответить,

Ведь за любую его фразу

Его как будто били плетью

И тут же убеждали сразу,

Что жизнь его сейчас никчёмна,

И ссылка в дальнюю страну

Ему поможет благотворно

Прочувствовать свою вину.

Но, почему категорично

Решенье принято такое?

По сути, это не логично -

Гнать принца из дворца ногою.

Ведь если он погибнет, зверски

Убитый где-то по дороге,

Кто трон займёт потом имперский?

Кто станет старикам подмогой?

– Ты там не подведи в Каире, -

Добавил дед. – Держись прилично,

Решай любые ссоры миром,

Покушав, мой посуду лично.

Когда ведёт беседу старший,

Молчи, пока тебя не спросят,

Не ешь лаваш, на пол упавший,

Не пей того, что с туфель сносит.

В дорогу вот тебе монеты,

Они из золота, а значит,

Их примут в каждой части света,