Станислав Чернышевич – 1517 ГОД. ПРИКЛЮЧЕНИЯ МИШЕЛЯ И ДИАНЫ (страница 9)

Меня женой он назовёт,

Ну а потом, султану папе

Уже, как тестю, кисть пожмёт.

Гудела свадьба и плясала,

Лютнист играл на вилуэле,

А во дворе толпа гуляла

И хором серенады пела.

Друг жениха, напившись сильно,

Стал бить по окнам в доме стулом,

Но в целом праздник шёл наш стильно,

И мне понравился мой Бруно.

Жених он верный, между прочим,

Но почему-то так пуглив,

Что связывает каждой ночью,

На грудь коленкой надавив.

– За что такие пытки право? -

Ты спросишь у меня тревожно. –

Не то чтоб, не пришлась по нраву,

Хотя подумать это можно.

Ему мерещится, что ночью

Я становлюсь быстра, как мышь,

И рву людей клыками в клочья,

А после, – говорит. – Летишь

По дому, слуг моих пугая,

Кругами прям под потолком,

А иногда, ты дорогая

Идёшь вниз головой пешком.

Ещё он говорит, что кровью

Я наполняю свой бокал

И пью её, а я не помню

Всё то, что он мне рассказал,

Вообще, не помню, просыпаясь,

В кого я превращаюсь там,

И вот однажды, не прощаясь,

Сбежала прочь я по дворам.

Милан ко мне был добрым очень,

И здесь я счастье обрести

Хотела честно, между прочим,

Но странно начал муж вести,

Доказывая, что на крыльях

Я начинаю в ночь летать,

И вот разубеждать усилья

Мне надоело прилагать.

– Но ты, действительно, летела,

Пока в телегу не упала, -

Сказал Мишель оторопело,

Но гостья жёстко отрицала:

– Да что вы, с Бруно, сговорились,

Как две пчелы, направив жало,

Мне прямо в спину обе впились

– Что было дальше, как сбежала?

– Так он вдогонку бросил стражу,

Я путала свои следы,

То луком ступни ног обмажу,

То шла по дну речной воды,

Чтоб сбить собакам нюх немного,

В итоге удалось удрать,

И вот, теперь, устав с дороги,

Я очень сильно хочу спать!

Я не описывал Абея -

Он был высок, и волос русый,

Природной силою владея

Он мог скакать весьма искусно.

Большие плечи, чуть не бритый,

Задирист, дерзкий и умён,