Станислав Чернышевич – 1517 ГОД. ПРИКЛЮЧЕНИЯ МИШЕЛЯ И ДИАНЫ (страница 10)

Сейчас сидел он с ртом открытым

Чудесной дамой впечатлён.

– А дама стоила вниманья –

Изящный вид и впрямь ухожен.

Красивое лицо! В желаньях

Скромна, да и умна похоже.

С ней даже можно лезть в нюансы

Всего, что обсуждают в мире

Во время романтичных странствий

От войн до цифр на транспортире, -

Вот так Мишель о ней подумал,

Не зная, как стать интересным,

Ведь все её слова и думы -

О Бруно, с кем ей мир стал тесным.

Она могла бы стать моделью

Для лучших жанровых полотен,

Как жаль, что нету акварели,

Запечатлеть желанья плоти.

– Меня зовут Мишель, красотка! -

Пролепетал ливанец ей,

Не смело вроде и не робко

Направив свои губы к ней.

И здесь уста их в поцелуе

Сомкнуться вроде бы должны,

Но оказалось всё впустую,

Всё это были – только сны!

А потому что съел он свиху –

Мясную выпечку с лепёшкой,

И парня укачало тихо,

Вот он и прикорнул немножко,

А рядом лес шумел красивый -

Дубы, каштаны, кипарисы,

И два осла махали гривой

В мечтах о паре вёдер риса.

– Да, что ж такое, встретишь даму -

По виду светскую красотку,

И дама вроде тебе рада

И ты уже плывёшь с ней в лодке

Навстречу счастью, как романтик,

А после приоткрыв глаза,

Ты видишь только красный бантик

На ухе своего осла. -

Вот так Мишель сказал, очнувшись,

Поняв, что просто крепко спал.

Он сел, опять всерьёз надувшись

На тех, кто в путь его послал,

Но вдруг склонились к лесу тучи,

И начался сильнейший град,

И молний стрелы били кучно

Под сильный громовой раскат.

И подпалив вблизи корягу,

Вслед разожгли они пожар.

Мишель укрыл ливанским флагом

Себя, завидев тот кошмар,

А лес горел, и даже тонны,

Упавшей на него воды,

К пожару были благосклонны,

Не чувствуя к нему вражды.

ГЛАВА III. ДИАНА

Телега с ужасом скрипела -

Дождь вымыл смазку из осей,

Дорога от воды просела,

Грунт мягкий мокнул всё сильней,

А рядом кинулся за зайцем

Медведь клыкастый, но не смог