Станислав Чернышевич – 1517 ГОД. ПРИКЛЮЧЕНИЯ МИШЕЛЯ И ДИАНЫ (страница 6)

Бейрут исчез за горизонтом,

И впереди лишь даль глухая.

– Какая классная дорога! –

Мишель взял в руки кастаньеты,

Решив развлечь себя средь смога

Дорожной пыли до рассвета.

Ливанский кедр рос повсюду –

Мишеля это привлекло,

Он часто слышал пересуды,

Что ещё время не текло,

А кедр уже в виде диком

Активно цвёл по склонам гор.

А это что? Да то ж, клубника!

В трёх метрах, прям у лисьих нор!

Мишель зажёг огромный факел -

Вот тут кресало помогло.

Он вспомнил, как в ствол долбит дятел,

И также быстро под углом

В кремень стал бить, чтоб искры стружек

С кресала подпалили трут,

Но факел перестал быть нужен –

Вдруг Солнце появилось тут.

Мишель в платок набрал клубники

И щёки полные набил,

И ягодой под птичьи крики

Ослов с ладошки угостил,

А после снова влез в телегу,

Да и разлёгся вольно там,

Любуясь шапками из снега

В горах и прочим чудесам.

И неожиданно для глаз,

Как смелый штрих в однообразье,

Как в лаве розовый топаз,

Как важный смысл в скучной фразе

В телеге появилась птаха

И стала девушкой наружно,

Из-за чего ослы от страха,

Чуть на дыбы не взвились дружно.

Мишель настолько испугался,

Что даже вскрикнул не уместно -

Ведь он с девчонкой оказался

Почти впритык в телеге тесной.

Она же рук его, касаясь,

Спросила: – Можешь подвезти?

Мишель застыл, её стесняясь,

Не зная, как себя вести.

Зато она в персидской пряже

Была пронырливо смела

И как бы нагловато даже

Помадкой брови подвела.

– О, добрый путник, одинокий,

Позволь немного отдохнуть,

В тележке этой невысокой

Найти местечко и вздремнуть.

В пути уже какие сутки

Не ела, да и не спала!

Бегу от дней довольно жутких,

Что с мужем вместе провела.

Я расскажу тебе подробно

Свою историю сейчас,

А ты сиди скале подобно,

И слушай молча мой рассказ.

Однажды мне, принцессе юной

Сказал отец – султан Сеннара,

Что едем свататься мы к Бруно,