Станислав Белковский – Эра Водолея (страница 28)
Осязаемых подтверждений этому комплекту идей мы пока тоже не видим.
У меня нет иной версии, т. к. свечку я не держал. Хотя вполне допускаю, что историю про зверские теракты катализировало пьянство чьих-то военных. Как и, например, желание руководства Крыма – премьер-министра Сергея Аксенова и ведущих местных силовиков – вскоре после скоропостижной ликвидации Крымского федерального округа, встревожившей полуостровные элиты, напомнить о своей нужности. И, скажем, получить дополнительное финансирование на обеспечение безопасности и без того предельно милитаризованного полуострова.
Но мы нынче не об этом.
Я дерзнул бы обобщить происходящее в контексте общих приоритетов нашего лидера Владимира Путина.
Как мы знаем, с весны 2014 года президент РФ проводит операцию по принуждению Запада – США и Евросоюза – к любви. Цель операции – закрепление фиксированных сфер влияния крупных государств, включая Россию, в современном мире. По Ялтинско-Потсдамскому образцу 1945 года. Отсюда, кстати, и мощное обострение в минувшие два с половиной года культа Победы СССР во Второй мировой войне.
На американо-европейском фронте операция существенных успехов пока не принесла. Скорее, наоборот. Хотя немалая часть европейских бизнес-элит и определенный сегмент политических элит, особенно в южных евространах, от Испании до Греции, симпатизируют идее примирения с Россией, включая признание новой принадлежности Крыма, эта линия в ЕС пока что не стала преобладающей. Неформальный начальник Европы – Германия во главе с Ангелой Меркель – против.
Но это не значит, что логика принуждения к любви должна была Путина совсем разочаровать. Ведь, если мы заметили, одну весьма успешную операцию такого рода он только что осуществил: Турция.
Реджеп Тайип Эрдоган извинился перед Москвой и, с трудом скрывая скупую исламскую слезу, припал к маскулинной груди северного владыки. После чего из вероломного убийцы наших военных и спонсора ИГИЛ вновь превратился в дорогого, любимого друга. Морально-политический успех хозяина Кремля в данном случае очевиден: Турция первой пошла на попятную, а не мы.
Что позволило Путину добиться успеха в локальном противостоянии, начавшемся в ноябре 2015-го? Каковы, выражаясь пошлыми терминами, слагаемые успеха?
Во-первых, терпение. У ВВП, в отличие от его зарубежных «партнеров», в запасе вечность. У него нет серьезных внутриполитических проблем. У власти он останется столько, сколько сам захочет.
Во-вторых, ухудшение международных позиций объекта принуждательной операции. С осени 2015-го Эрдоган дополнительно обострил свои, и без того непростые, отношения с Западом. Точкой перегиба стало 10 июня 2016 года – похороны Мохаммеда Али в Луисвилле, штат Кентукки, США, куда турецкий президент приехал, но не получил слова и вообще был вытеснен (проще говоря, изгнан прочь) сотрудниками американской Секретной службы. Вы скажете, что это мелкое событие? Однако именно такие события часто несут в себе огромный заряд обид, ревности, негодования, порождающий большие политические последствия.
В-третьих, обострение внутриполитических проблем объекта. Здесь пиковая дата – 16 июля 2016 года, ночь незадачливого военного переворота в Турции. Не думаю, что Эрдоган организовал его сам, но заранее о чем-то знал точно, по разведывательным и иным каналам. Отсюда и превентивно изготовленные списки десятков тысяч людей, попавших далее под репрессии.
В-четвертых, возможность России влиять на ситуацию на объекте. Теория, согласно которой Кремль мог неофициально, но масштабно поддерживать всевозможные курдские движения, враждебные Эрдогану, имеет право на существование.
Путин по способу мышления индуктивист. Он склонен верить, что технология, когда-то успешно сработавшая, удачно повторит себя и в настоящем, и в будущем. Принудили Турцию – принудим и Запад.
Веха – 4–5 сентября 2016 года, саммит G20 в китайском Ханчжоу. Там был вредно-противный Барак Обама, который уклонялся от глубоких разговоров с российским лидером о судьбах Вселенной. Разве угроза полномасштабной войны на Украине не была причиной перестать выкобениваться и начать-таки диалог с единственным человеком, который способен в корне решить проблему, – Владимиром Путиным?
Тем паче объявлено: «нормандский формат» Кремль больше не устраивает. Ангела Меркель и Франсуа Олланд отныне не выглядят достаточно солидно: не смогли предотвратить кровавый марш-бросок инфернальных водителя и прораба. Только Америка достойна того, чтобы ВВП поговорил с нею о предотвращении великой крови.
Показательно, что из уст представителя РФ при ООН Виталия Чуркина звучало сакраментальное выражение «нож в спину». Так говорили про Эрдогана после уничтожения нашего мирного Су-24. Так теперь говорят про Украину с ее непрофессиональной ДРГ в Крыму. Мы-то, дескать, всецело хотели воплощения Минских соглашений, а они нам тут… Не случайно ведь и диверсионный прорыв поспел к преддверию саммита.
Увы. Полного принуждения Запада к любви по индуктивному путинскому сценарию не будет. Потому что в дивном новом мире возможно всё, но только не возвращение к Ялтинско-Потсдамскому мироустройству.
Смягчение антироссийских санкций ЕС, действительно, возможно. Но 10 августа вероятность такого развития снизилась, а не возросла. Ибо, по преимуществу, не верит Запад в официальную российскую версию, хоть ты тресни. И раздражен он будет всем происходящим скорее, чем умилен.
И здесь мы возвращаемся к главному. К оценке действий г-на Путина с точки зрения Зигмунда Фрейда и Сабины Шпильрейн. «По ту сторону принципа удовольствия». Синдром навязчивого повторения.
Будучи охранителем вверенной его попечению системы, будь то Дом советской культуры в Дрездене, питерская мэрия Анатолия Собчака или оставленная в наследство Борисом Ельциным Российская Федерация, ВВП всегда драматически выгодоприобретал на распаде своей же системы. Сознательно он – жесткий охранитель. Бессознательно – нечто совсем иное.
Доживем пока до Ханчжоу.
Апология Невзорова
Важное правило русского публициста: если ты исписался или кончились сюжеты, а писать по каким-то причинам все равно надо, делай это о В. В. Путине. Хуже не будет.
Но я могу написать еще о великом А. Г. Невзорове, чье влияние на воспаленные русские умы сопоставимо с властью г-на Путина над верноподданным народом РФ.
С любопытством – пополам с трепетом – я посмотрел, наверное, последним в этой стране, видеоблог А. Г. «Антенна веры». Позволю себе напомнить читателям ее основные идеи:
• у всякого верующего человека или общины верующих должен быть свой канал двусторонней связи с божеством или божествами;
• этот канал – некий материальный предмет;
• в авраамических религиях такой предмет – мужской половой член;
• непонятно, зачем такой член нужен Иисусу Христу, который сам, согласно христианской доктрине, есть истинный Бог и потому едва ли нуждается в канале связи с Самим Собою.
Бесспорно, А. Г. Невзоров – большой ученый, в нейрофизиологии познавший толк. Однако же я рискну для начала подвергнуть дружеской критике его позицию по большинству вышеприведенных пунктов. Хотя основной мой посыл, как вы, дорогой читатель, убедитесь чуть ниже и позже, отнюдь не в этой критике.
Итак.
1. Разумеется, взаимодействие с божеством любому верующему необходимо. Однако важно понимать, что для верующего такое взаимодействие: а) всегда реально и дано в ощущении, в том числе в мистическом опыте; б) зачастую есть предпосылка веры и основание для прихода к Господу, а не наоборот.
2. Предлагаемая Александром Глебовичем наивно-фетишистская доктрина сакральной коммуникации имеет мало отношения к истинно духовному пути богообщения, как оно понимается большинством доминирующих религий, совершенно не обязательно монотеистических.
Каналом связи с Божеством не может быть предмет, будь то кольцо в носу, жреческий посох или пенис. Канал связи с высшей силой – это ритуал, обряд, таинство. Границы между этими тремя понятиями весьма размыты, но подробные комментарии по такому поводу оставим другому тексту. Диалог с Божеством есть прежде всего система духовных практик, интегрирующая – или нет – и некоторые материальные предметы, временно, в рамках ритуала/обряда/таинства, способные приобретать особую силу. Точно так же вовсе не пластмассовая коробочка «мобильный телефон» обеспечивает сотовую связь, хотя упрощающему сознанию, может, и хочется думать, что коробочка.
Потому половой член в «Антенне веры» – хорошая (?) шутка, не более и не менее того.
3. Независимо от религиозной организации и системы обрядов, монотеистические, т. е. подразумевающие наличие единого Бога, религии также подразумевают наличие и сугубо индивидуального общения с Господом как с Личностью. К числу приоритетных относятся молитва и сон.
Молитва совершенно не обязательно берется из какой-нибудь книжки, а вполне за милую душу сочиняется самостоятельно – по существу излагаемых вопросов. Поскольку, как известно (Мф, 6:6–6:8), Господь и так знает вашу нацеленность прежде вашего прошения у него, самое важное в молитве:
а) определить ее истинный мотив, исходя из полной уверенности, что обмануть Господа невозможно, а лучше не обманывать и себя;