Средневековая литература – Песнь о Роланде. Сага о рыцаре и подвигах (страница 4)
Двенадцать слуг у них в услужении,
Ночь до раcсвета они провели там.
Император поднялся рано утром;
Обедню и утреню отслушал король.
Под ель отправился король,
Призвал своих баронов держать с ними совет:
Он хочет действовать лишь заодно с французами.
Император идет под ель,
Зовет он своих баронов к себе на совет;
Тут герцог Ожье, архиепископ Турпин[17],
Ричард Старый и племянник его Генрих[18],
Храбрый Аселин, гасконский граф,
Тебальд Реймский с двоюродным братом Милоном.
Жерье и Жерен тоже здесь,
С ними пришел и граф Роланд,
И благородный и храбрый Оливьер.
Тут собралось более тысячи франков из Франции.
Явился сюда и Ганелон, совершивший измену.
И начался, не к добру, этот злополучный совет.
«Синьоры бароны, – сказал император Карл, —
Король Марсилий прислал мне своих послов.
Он сулит мне дать премного своих богатств:
Медведей, львов, своры борзых,
Семьсот верблюдов, тысячу соколов отлинявших,
Четыреста мулов, навьюченных арабским золотом,
Более пятидесяти нагруженных телег.
Но он мне велит возвратиться во Францию.
Он проследует в Ахен, в мой замок,
Чтобы принять там нашу веру спасительную.
Он станет христианином и от меня примет свои
владенья.
Но таково ли его намерение – не знаю».
Французы говорят: «Нам следует быть настороже!»
Император окончил свою речь.
Граф Роланд, вовсе не согласный с ним,
Поднимается и стоя возражает ему.
Говорит он королю: «Поверить Марсилию было бы
на горе.
Вот уже целых семь лет на исходе, как мы вступили
в Испанию.
Я вам завоевал Нобль и Коммибль[19];
Взял Вальтиерру и землю Пина,
Да Балагуэру, Тюделу и Севилью[20].
Король же Марсил всегда отличался коварством:
Ведь он послал к вам пятнадцать своих язычников,
Каждый нес масличную ветвь,
И держали они вам ту же речь.
Вы так же совещались тогда с французами —
Те одобрили вас по легкомыслию.
Вы отправили к язычникам двух своих графов:
Один из них был Базан, другой – Базилий[21].
Их обезглавили под Галтойской горой.
Ведите войну, как вы начали,
Пошлите вашу армию на Сарагоссу;
Осаждайте город хоть всю свою жизнь
И отмстите за умерщвленных вероломным
Марсилием».
Император поник головой.
Он треплет бороду и дергает ус;
Племяннику не ответил – ни худо, ни ладно.
Все французы молчат, не молчит лишь Ганелон.
Он встает, выступает вред Карлом
И горделиво начинает такую речь; говорит королю:
«Вы были бы неправы, поверив безумцам, —
Другим или же мне, – если вам невыгодно. 
