Средневековая литература – Песнь о Роланде. Сага о рыцаре и подвигах (страница 12)
Они и заведут с ними первый бой;
Французское племя будет тут уязвлено и поблекнет;
Не поручусь, чтоб не разгромили и ваших.
Но дайте им и вторую битву:
Роланду не ускользнуть из той или другой.
Вы совершите богатырский подвиг,
И не будет уже вам войны во всю жизнь».
«Если кто-нибудь сможет убить там Роланда —
Карл в нем утратит свою правую руку.
Конец чудесным полкам!
Карлу не собрать уже таких сил,
Он не украсит своего чела золотой короной,
Великая страна пребудет в покое».
Марсилий, выслушав Ганелона, поцеловал его в шею,
Затем начал открывать свои сокровища.
И сказал Марсилий: «К чему переговоры?
Неладен совет, если нет доверия:
Поклянитесь мне тотчас в смерти Роланда
И что я найду его в арьергарде.
А я за то поклянусь вам своей верой,
Что с ним сражусь, если встречу».
И Ганелон ответствовал: «Пусть будет по-вашему!»
На святынях меча Мюрглейса[38]
Он клянется изменить. Свершилось вероломство.
Кресло слоновой кости стояло там,
Под оливковым деревом, на белом щите.
Марсилий приказал принести туда книгу:
В ней написан закон Магомета и Тервагана[39].
Испанский сарацин клянется над нею:
Если в арьергарде будет Отряд Роланда,
Он нападет на него со всей своей ратью.
Если возможно, тот будет убит.
Двенадцати пэрам тоже произнесен смертный
приговор.
Ганелон отвечает: «Да сбудется наш договор!»
Вот подходит язычник Вальдабрун —
Он был восприемником короля Марсилия[40].
Ясный, смеясь, он сказал Ганелону:
«Возьмите мой меч – лучшего нет ни у кого.
Рукоять стоит более тысячи мангонов[41].
Даю его вам, сир, по дружбе.
Помогите только нам управиться с бароном
Роландом
И сделайте так, чтобы нам найти его в арьергарде».
«Будет исполнено! – ответил граф Ганелон. —
Ручаюсь, что мы с ним справимся,
И обещаю, что мы его убьем».
Затем они облобызались в щеку и подбородок.
Потом подходит язычник Климборин,
Ясный, смеясь, говорит Ганелону:
«Возьмите мой шлем: не бывало лучшего.
Драгоценный карбункул блестит там над
наносницей[42].
Помогите только нам против маркиза Роланда —
Каким бы средством его обеcчестить».
«Будет исполнено», – граф Ганелон отвечает.
Затем они облобызались в щеку и в уста.
И вот выходит королева Брамимунда[43].
«Я весьма вас люблю, сир, – сказала она графу, —
Ибо мой повелитель и весь его народ весьма вас
чтут.
Вашей жене пошлю я пару запястий;
Они из золота, аметистов и рубинов
И стоят дороже всех сокровищ Рима.
Ваш император не имел таких. 
