реклама
Бургер менюБургер меню

Соня Ясминина – Карточный домик (страница 26)

18

Не выдержав, я яростно откинула одеяло в сторону и схватила мобильный в

руки. «Позвони мне». «Нам нужно поговорить». «Это срочно». «Очень срочно». «Я

знаю, что ты не спишь». «Жду тебя на Бейкер Стрит».

Удержав себя от желания отправить Шерлоку язвительное СМС в ответ, я

отключила на мобильном звук и, наслаждаясь тишиной, крепко заснула.

Но сон был недолгим – в дверь моего номера кто-то стучал, причём так

настойчиво и сильно, что если бы я сейчас её не открыла, она с треском

выскочила бы из петель.

Вспоминая все ругательства, которые мне только были известны, я вскочила

с кровати и, в спешке накинув поверх сорочки халат, открыла дверь.

– Почему ты не приехала? Я послал тебе СМС уже полчаса назад, – Шерлок

быстро прошагал мимо меня в номер, даже не взглянув. А зря – я смотрела на

детектива так, что, если бы взглядом можно было убивать, он бы давно уже

умер. В муках. Корчась от боли на полу и умоляя о пощаде.

– Привет, – потирая глаза и сжимая в руках фирменный стаканчик

«Starbucks», в комнату медленно вошёл Джон.

– Я не единственная, кого Холмс сегодня так рано вытащил из постели?

– Как видишь, – Джон слабо улыбнулся и неуверенно прошёл вперёд.

Конечно, он не хотел здесь находиться. Точнее, он не хотел иметь абсолютно

ничего общего со мной и вчера ясно дал это понять. Джон не доверял мне и не

понимал Шерлока, который так быстро согласился встать на мою сторону и

сотрудничать с сестрой Мориарти. И с каждым разом мне было всё труднее

находится рядом с доктором – он избегал меня и был холоден в общении, а

подобрать слова даже для самой элементарной беседы становилось настоящим

испытанием.

Как, например, и сейчас: Холмс вышел на балкон, оставив нас с Ватсоном

наедине. Наступило неловкое молчание.

Джон неуверенно прошёлся по комнате и опустился в одно из кресел. Отпив

кофе, он сделал вид, что с огромным интересом рассматривает мой номер. Его

пальцы нервно барабанили по подлокотнику. Это-то его и выдавало.

Наконец я не выдержала:

– Слушай, я не хотела, чтобы так вышло. Мне, правда, жаль, что я…

– Что ты оказалась не журналисткой, а профессиональной убийцей, да ещё и

сестрой самого опасного человека в Лондоне? Брось, это пустяки. Подумаешь, с

кем не бывает, – язвительно ответил он, и его пальцы сжались в кулак.

Я присела на край кровати так, чтобы быть напротив Ватсона и видеть его

глаза. Я старалась подбирать слова.

– Джон, ну подумай сам, – медленно начала я и, встретившись с Ватсоном

взглядом, продолжила: – Если бы у тебя был заклятый враг, и вдруг появилась

возможность… обыграть его? Стать на шаг впереди, узнать наперёд его мысли и

действия и в конце концов уничтожить его – неужели ты бы ею не

воспользовался?

41/276

– Я прекрасно понимаю, почему Шерлок решил сотрудничать с тобой, Кейт, –

спокойно ответил Джон, но, немного подумав, шёпотом добавил: – Только я тебе

не доверяю. Какие бы отношения у вас с Мориарти не были, и сколько бы

ненависти друг к другу вы не испытывали, он был и остаётся твоим братом.

Дверь на балкон распахнулась – в комнату вернулся Шерлок.

– Что с твоими волосами? – он открыл шкаф, становясь ко мне спиной, и

принялся что-то искать, быстро раздвигая вешалки с моей одеждой. Пара из них

упала на пол, но я этого не заметила: последние слова Джона никак не

выходили из моей головы. Я даже не сразу осознала, что вопрос адресован мне.

– Что, прости?

– Я спросил, что с твоими волосами, – Шерлок бросил на меня полный

недовольства взгляд и, оставив шкаф в покое, подошёл к небольшому комоду, стоящему рядом с кроватью.

– А что с ними не так?

– Они вьются, – выдвинув верхний ящик комода, Холмс продолжил поиски

непонятно чего, но, задумавшись, добавил: – Это была идея Мориарти –

заставить тебя выпрямлять волосы?

– Допустим, – задумчиво протянула я, с ужасом глядя на то, как аккуратно

уложенные вещи превращаются в одну сплошную кучу. У Джона выражение

лица было примерно такое же.

Холмс ухмыльнулся и открыл второй ящик. Ну уж нет!

– Шерлок, прекрати! – я подбежала к мужчине, схватив его за запястье. Но

уже было поздно – моё нижнее бельё теперь могли лицезреть все