Соня Ясминина – Двойная сплошная (страница 4)

Меня ослепил красный свет стоп-сигналов впереди идущей машины. Глупые размышления тут же покинули моё сознание, а вместо них сердце заколотилось с бешеной скоростью, дыхание сбилось, и я не могла думать ни о чём, кроме подступающей к горлу паники. Она липкой тенью подобралась ко мне со спины, обволокла сиденье и моё парализованное тело, хитро улыбнулась и подставила нож к горлу. Одно лишнее движение – и я труп.

– Что за цирк уродов?! – тем временем возмущался Ваня, его взгляд метался от бокового зеркала к лобовому стеклу. – Почему так сложно достать свои глаза из кармана и посмотреть на знаки?! У нас главная, езжай уже!

Машина перед нами плавно тронулась вперёд, после чего Ваня резко переключил передачу и вдавил педаль газа: «Волга» послушно заурчала и обогнала нерасторопного водителя, вслед которому мой личный Аид выкрикнул пару ругательств, от которых даже мне стало не по себе.

– В этом городе ничего не меняется! – словно сам с собой, продолжал парень. Стрелка спидометра тем временем подползала к цифре «100». – Конец декабря, город завалило снегом, какая, твою мать, неожиданность! Ещё и ездить все одновременно разучились!

Я молчала, за всё это время лишь позволив себе нервно сглотнуть. Невидимый нож у моего горла всё ещё сдавливал дыхание.

Впереди, сквозь снежную пелену, показался красный сигнал светофора. Ваня, наконец, отпустил газ.

– Ты собиралась выйти на ближайшем перекрёстке. Приехали.

Только сейчас Ваня перевёл на меня взгляд, остановив «Волгу». Я ничего не ответила, всё ещё сжимая ремень так сильно, что он больно врезался в кожу и наверняка оставил след.

Его недовольство вмиг сменилось чем-то другим – тревогой, вниманием. Он повернулся ко мне всем корпусом и аккуратно дотронулся до моих холодных пальцев.

– Мила?

Я сделала медленный выдох, собрала всю волю в кулак и безжизненным голосом ответила:

– Скажи где, я выйду.

– Это паническая атака или… Чёрт, я же не разбираюсь в этих психологических штуках! Что я должен сделать?

Загорелся зелёный, позади нас послышался нетерпеливый сигнал.

– Для начала не создавать аварийную ситуацию на перекрёстке, – почти шёпотом проговорила я и оторвала одну руку от ремня. Тень позади меня впечатляюще хмыкнула и убрала нож от горла, но продолжила стоять за спиной.

Ваня шумно выдохнул, но меня послушал: проехав пару метров, свернул на обочину и включил «аварийку». «Волга», словно гирлянда, замигала оранжевыми огнями, став заметней на дороге, которую засыпало снегом всё сильнее.

Я окончательно успокоилась, напоследок мысленно заехав локтем по наглой тени, чтобы прогнать её окончательно. И у меня получилось. Сердце возвращалось в привычный ритм, дыхание выравнивалось.

Ваня молча отвернулся к окну, предварительно достав неизменную мятную жвачку. Я слышала, как яростно он жевал – его любимый ритуал в борьбе со стрессом, как шумно выдыхал, так что стекло запотевало. Пальцы забарабанили по рулю, и я отчётливо заметила под ногтями следы грязи и мелкие царапины.

Мне тут же стало ясно: он так и не восстановился в университете, как требовал отец. Его руки совсем не походили на руки будущего хирурга, а скорее говорили о частой работе с грязными, масляными запчастями.

– Успокоилась? – вдруг резко повернулся ко мне парень, предварительно ударив кулаком по рулю.

– Да, сейчас пойду, – я сделала вид, что застёгиваю последнюю пуговицу на пальто, но руки отказывались слушаться.

Ваня как-то грустно улыбнулся и покачал головой:

– Я не пытаюсь тебя высадить. Я спрашиваю, пришла ли ты в себя.

– Если бы я не села в твою машину, моё душевное состояние…

– Ой, прекращай! – перебил он, подняв руку. – Раз язвишь, значит, пришла в себя. Поехали, отвезу тебя до родителей.

– Нет! – я крикнула так громко, что сама испугалась своего голоса. – Я туда не поеду.

Я вдруг представила мамино лицо. Скривившиеся губы: «Опять с этим уголовником связалась, ещё и на весь интернет опозорилась! Ты же в курсе, что на Дашу подписана половина нашей родни? Какой из тебя психолог после такого, говорила же, что кроме ПТУ тебе ничего не светит!». Затем отца, который молча суетится на кухне, никогда не встревая в эти унизительные моменты, списывая всё на воспитательный процесс. Хотя о каком воспитании могла идти речь, если мне уже почти двадцать два и через полгода я получу диплом?

– И что ты предлагаешь? Одну в такую погоду и в это время суток я тебя не отпущу, к Даше ты явно не вернёшься.

Последнюю фразу Ваня произнёс так, словно проверял меня. Видимо, в его голове я была готова простить подругу всегда и абсолютно за всё.

– Я не знаю, – сорвалось у меня. – Но точно не к ним.

Он усмехнулся уголком рта.

– Отличный план, Мила. «Куда‑нибудь, но не туда». Очень по‑взрослому.

Я прикусила язык. Нащупать хоть какой‑то ответ в разбегающихся мыслях оказалось невыполнимой задачей.

– А куда ты ехал? – удивившись собственной наглости, вдруг спросила я, посмотрев Ване прямо в глаза.

Парень громко рассмеялся, запрокинув голову:

– Даже не думай. С твоей паничкой мы и полпути не проедем, а я не намерен плестись девяносто километров в час. И у меня не так много времени осталось.

– До чего? – мне, правда, стало интересно. Или это был просто лёгкий способ переключиться хоть ненадолго от угнетающей реальности, пока я не решила, что делать со своей жизнью дальше.

– И как вообще возможно, что полчаса назад ты боялась садиться в мою машину, а теперь готова ехать хоть на край света с тем, кто когда-то чуть тебя не убил? И что Даша скажет, когда обо всём узнает?

Я не успела ответить: телефон Вани, всё это время прикреплённый к магнитному держателю на панели, звонко сообщил о входящем звонке.

– Да, – парень включил громкую связь и откинулся на спинку сиденья. Его тон мгновенно стал серьёзным, даже строгим.

– Ян, какого хрена? Чего на сообщения не отвечаешь? – без приветствия спросил мужской голос. – У нас всё в силе?

Ян?

– Естественно. Я хоть раз тебя подводил? – грубо бросил Ваня и опустил стекло, чтобы выбросить жвачку.

Порыв холодного ветра со снегом ворвался в салон, и я снова ощутила дрожь.

Ваня, глядя, как я обхватываю себя руками и тру замерзшие пальцы, нахмурился и молча прибавил печку на максимум.

Я бросила на него взгляд, полный благодарности, и подставила ладони под тёплую струю воздуха.

– И когда ты будешь? – спросил незнакомец.

– Слушай, я помню расписание. Ремень у меня, я выезжаю из города, через пару часов буду на месте. Успеем.

– Я на тебя рассчитываю. – Звонок оборвался.

– Ты сменил имя? – не удержалась я от вопроса.

– В моём мире «Иван» звучит как местный дурачок из сказки, – парень всё ещё хмурился, но голос уже не звучал так деловито.

В его мире. Кажется, за эти два года в его жизни событий произошло больше, чем в моей.

– Или Иван Андреевич – известный хирург престижной клиники, – вспомнила я, но от моих слов Ваня дёрнулся, словно его ударило током.

– Пусть в моей семье останется один известный хирург.

«Волга» моргнула поворотником и аккуратно выехала на основную полосу, пробуксовав колёсами в рыхлом снегу.

Я не знала, куда мы едем. И даже не пыталась узнать. Пожалуй, мне было всё равно.

За окном мелькали яркие вывески местных магазинов, круглосуточных аптек; редкие прохожие в пуховиках и знакомая остановка, заваленная снегом. Я часто топталась на ней после пар, ожидая автобус до логова Даши, которое ошибочно считала своим домом.

Я уже приготовилась к долгой, вязкой тишине, когда внезапно увидела впереди знакомые жёлтые арки и букву «М». «Волга» плавно вкатилась на почти пустую парковку «Макдональдса».

– Я не голодна, – зачем-то соврала я.

Желудок тут же издал жалобный стон, напомнив о единственном бутерброде с сыром, съеденном ещё до обеда. После меня так тошнило от волнения перед эфиром, что поужинать я не смогла.

– А я тебя спрашивал? – Ваня одним движением поднял «ручник». – «МакАвто» в такую погоду, конечно, закрыт. В этом городе кто-нибудь вообще умеет нормально работать?

За его спиной хлопнула дверь, запуская в салон новый рой снежинок.

Я провела языком по пересохшим губам. Руки ещё дрожали, но озноб, кажется, отступил. В салоне стало по-настоящему тепло – то ли от подогрева сиденья, который он включил где‑то по пути, то ли я просто перестала, наконец, нервничать.

Ваня вернулся с пакетом уже через пару минут, и в салон ворвался отвратительно-притягательный запах фастфуда. Когда он молча протянул мне один из стаканчиков, я удивлённо вскинула брови.

– Не отравлен, клянусь. Латте с двойным сахаром, тебе сейчас глюкоза не помешает.