Соня Стонн – Адом (страница 29)

Время шло, Моруну исполнилось шестнадцать лет – время для тестов. Он продолжал ходить в школу, но значение их интерпретировал по-своему и с каждым днём всё меньше сил прикладывал к обучению. В их скромный город прибыло немного людей с Орбиты – не могли похвастаться своей значимостью. Морун не верил в удачу и, даже если бы повезло, не собирался лететь на Орбиту, хотя его родные, и в особенности мама, очень настаивали на этом решении, без остановки превознося важность и правильность этого выбора. Он впервые видел вживую «другого» человека, и пока остальные ребята из его класса восхищённо и трепетно следили за ними, лелея каждое действие, Морун лишь подмечал нарастающий градус надменности, жадно питающийся радостными возгласами малолеток. В процессе недолгой церемонии проведения тестов его чуть не забыли. Результаты были скудные, каждый последующий ученик показывал ещё более бедный генный запас, и к Моруну приступили с некоторой неохотой. Нелогичная череда неудач, отнимающая время у важных и не особо господ, сподвигла их отстраниться на свои корабли преждевременно. Ожидая результата Моруна, остался нервный мужчина, косо выбритый и с опаской глядящий, а в помощниках у него были двое низкорослых людей в серых, ужасных кепи, приблизительно таких же как он. Результаты не заставили долго ждать: увидев ярко горящий табель с одиннадцатью реакциями, он прям-таки завизжал, а после, что-то нашептав помощникам и главному руководителю школы, сказал, что забирает Моруна сегодня же на Орбиту.

Морун, что было для него в новинку, длительное время пребывал в аффекте, подчиняясь настоятельным, «добродушным» приказам всех вокруг. Мать была в восторге – радость заполонила её разум за сына. Отец не сдержал эмоций и впервые уронил две-три редких слезинки на плечо Моруна, обнимая его. Редкие друзья равнодушно поддерживали, пытаясь то скрыть, то свалить с ног своей завистью.

Ситуация действительно воодушевляющая, но население Земли было чрезвычайно мало информировано о смысле яредных реакций, особенно одиннадцатой, значение которой даже сама Орбита точно не могла определить. Морун, смотря на удаляющуюся Землю, не до конца понимал, что с ним происходит. События разворачивались стремительно, словно ветер поднял страницы книги и начал спешно перелистывать их, не давая чтецу уловить смысл. И когда ветер прекратился, а чтец взялся разбирать слова на остановившейся странице, Морун смог уловить смысл происходящего.

На его душу и тело претендовала ничтожно малая корпорация, собиравшаяся тайно ввести вещество и использовать Моруна, после «благоприятного» исхода, в своих эгоистичных целях. Морун решил, что худшее, что он мог бы сделать, это противиться взятой над ним власти, потому что всё, что ему было известно и хоть немного родно, здесь не имело никакого смысла; всё было продано за бесценок.

Мероприятие по введению вещества носило нелегальный, подпольный характер: многие требования не были соблюдены, а базовые правила и вовсе забыты. Как и следовало ожидать, Морун одиннадцать минут пугал своим бессознательным состоянием наивных подопечных. Ему пришлось за это время прожить миллионы лет и столкнуться с калечащим знанием. Морун, по своей воле, задержался "там" дольше обычного, выискивая нужное ему в безграничных библиотеках, но, вернувшись обратно, всё забыл. Его молодой ум принял суровые, пессимистичные заключения, и Морун, заметив свидетелей, инициировал свою смерть: разорвал тело и уничтожил все следы своего здешнего пребывания. Глава корпорации, побледнев от страха, немедленно приказал стереть из всех возможных источников на Орбите всю информацию по этому делу, в котором явно прослеживался его след.

Морун же, мгновенно освоив нынешнюю форму, страстно желал вернуться к прежней жизни, когда в детстве он, зная только язык ощущений и материнской любви, смотрел на мир наивным, полным добра и нежности взглядом. Но суровая правда резала его душу: лучший исход оказался финальной точкой на надгробии его прежней жизни. Вернувшись на Землю и интуитивно отыскав своё прежнее пристанище, он, воссоздав по образу и подобию былое тело, обнаружил, что ему здесь не очень-то и рады. В историю о том, что ему вводили вещество и что было после, не поверили, не поверили и в то, что он вообще улетал на Орбиту, говоря: «Свидетелей-то не было» (всё происходило в такой спешке). В семью-то приняли, но не приняли его настоящего. Морун постоянно подмечал в матери, что она до сих пор тоскует по улетевшему за светлым будущим сыну на Орбиту, а отца даже ловил на придумывании ложных историй, будто его талантливый сын хвалится своими достижениями в присланных ему письмах.

Морун очень старался влиться в семейную идиллию, которая безупречно держалась и без него. Судьба рьяно портила ему жизнь с каждым днём: каждая его попытка сблизиться заканчивалась всеобщим отрицанием его личности и пассивным угнетением его нынешних желаний и мотивов. Его не видели, не слышали, не понимали, а иногда в открытую презирали, говоря, что надо было делать по-другому.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.