Соня Мишина – Лорды Сэйрана. Пустышка с Арригосы (страница 32)
Я вздрогнула и заледенела изнутри. Кайсарн тут же поймал и сжал мою руку, бросив на Гройса суровый взгляд.
— Прекрати. Лере и без того непросто.
— Думаешь, будет проще, когда она увидит перед собой…
— Гройс! — На этот раз его остановил Вейсарн.
Гройс замолчал. Вейс и Кай молчали тоже, напряженно о чем-то размышляя. Я, чтобы не представлять себе, на что будут похожи мои лорды, если их начнет выжигать их собственная пси-энергия, попыталась вспомнить, что рассказывали лорды об Аномалии, без влияния которой не может возникнуть истинный Кристалл Силы.
И ведь вспомнила!
— Кажется, вы говорили, — обратилась я сразу ко всем лордам, — что Аномалия на Сэйране, вероятнее всего, представляет собой нечто вроде маленькой черной дыры?
— Да. Это самая правдоподобная гипотеза из существующих, — подтвердил Кайсарн.
— Но тогда, возможно, истинный Кристалл Силы способен возникнуть и рядом с другой черной дырой? Вам известны черные дыры, расположенные где-то… — я замялась, не зная, как сформулировать идею.
— Я понял твою мысль, Лера, — Гройсарн прищурился, обдумывая мои слова. — ИСИН. Сведения об известных черных дырах, расположенных поблизости от нашего маршрута до Сэйрана.
— Но истинный Кристалл, даже если он образуется, все равно разрушится через некоторое время, если мы отдалимся от черной дыры, которая позволила ему возникнуть, — попытался возразить Гройс.
— И возникнет снова — уже на Сэйране. Или укрепится прежний, если дотянет до момента спуска на планету, — Кай, как и Вейс, был настроен более оптимистично.
— Значит, ищем черную дыру, — постановил Вейсарн.
ИСИН вывел прямо по центру каюты-гостиной голограмму сектора галактики, в котором мы находились. Я уставилась на нее с надеждой.
Ведь не могло такого быть, чтобы в бесконечной вселенной не нашлось способа спасти моих лордов!
Глава 31
Голограмма сектора галактики висела в центре каюты, холодная и безмолвная. Мириады звезд мерцали в темноте, а линия курса к Сэйрану тянулась через пустоту, как тонкая серебряная нить.
Все еще сидя на коленях у Вейсарна, я впилась взглядом в карту, а мои пальцы бессознательно сжали его плечо. Я чувствовала ладонью, как напряжены его мышцы, как учащенно бьется сердце — не от страсти, а от сверхконцентрации.
— ИСИН, — слишком ровным, лишенным эмоций голосом скомандовал Вейсарн. — Наложи на наш маршрут все известные гравитационные аномалии, классифицируемые как черные дыры или квазары, в радиусе двух мерц-переходов.
Голограмма мгновенно преобразилась. Сотни тусклых точек сменились десятком крупных, пульсирующих красным светом маркеров. Большинство из них располагались в стороне от нашего курса. Я подозревала, что они находятся слишком далеко. На расстоянии, преодоление которого съело бы драгоценные часы, которых оставалось так мало.
В груди появилось чувство сосущей пустоты ― такой, будто я сама была готова превратиться в черную дыру и утянуть за собой всю вселенную в бездну темного отчаяния. Но тут мой взгляд уловил один-единственный маркер, висящий почти на самой линии нашего пути. Он был не таким ярким, как другие, и находился чуть в стороне.
— Вот, — прошептала я, указывая пальцем. — Смотрите.
Вейсарн наклонился вперед, его глаза сузились.
— ИСИН, увеличить сектор 7-Гамма. Координаты объекта.
Голограмма сместилась, и крошечная красная точка превратилась в обозначение небольшой черной дыры. Рядом всплыли данные: масса, стабильность, гравитационный радиус, удаленность.
— Она достаточно близко? — спросила я, страшась услышать ответ.
Вейсарн не отвечал несколько секунд. По его лицу пробегали тени — он производил молниеносные расчеты в уме. Кай и Гройс замерли, наблюдая за ним.
— Да, — наконец произнес он, и в его голосе впервые за много часов прозвучала не просто уверенность, а облегчение. — Объект классифицируется как «спящая» черная дыра. Аккреционный диск минимален, радиационный фон в норме. Отклонение от текущего курса… — он сделал паузу, сверяясь с мысленными вычислениями, — составляет менее трех десятых процента. Нам не потребуется дополнительный мерц-прыжок. Хватит оставшихся двух.
— Значит, если мы сумеем провести слияние там, у черной дыры… ― все еще не веря своим глазам, проговорила я.
— Это станет нашим шансом, — подтвердил Вейсарн, целуя меня в висок. — Ты была права, Пери. Мы не просто сможем создать Истинный Кристалл. Мы сможем создать его заранее. До того, как вернемся на Сэйран.
… «Шанс». Одно-единственное слово, которое перевесило тонны нашего страха. Оно вибрировало в воздухе, смешиваясь с гулом систем корабля и прерывистым дыханием Гройса.
Именно Гройс нарушил молчание, поднявшись с дивана с таким видом, будто собирался штурмовать не гравитационную аномалию, а неприступную крепость.
— Тогда чего мы ждем? — Его низкий, чуть хриплый голос прозвучал непривычно требовательно и строго. — Если решено, значит, пора. Сидеть здесь и трястись — только время терять.
Вейсарн кивнул, соглашаясь. Его стратегический ум по-прежнему интенсивно обрабатывал новые данные, выстраивая следующий шаг.
— Гройсарн прав. Нам нужно быть готовыми ко всему в момент выхода из прыжка. Личные каюты для этого не подходят, — сообщил он.
— Но где еще? — спросила я, все еще чувствуя под пальцами неровный пульс Вейса.
Кайсарн, до этого момента молчавший, мягко коснулся моей руки.
— В медицинском отсеке. Там есть изолированные палаты с сенсорным оборудованием. Оно сможет зафиксировать малейшие колебания наших витальных и пси-показателей. И… — он немного запнулся, — там есть препараты для неотложной помощи. На случай, если что-то пойдет не так, и кто-то из нас не выдержит нагрузки.
Его слова повисли в воздухе мрачным напоминанием о риске. Но в них не было страха, лишь холодный практичный расчет. Лорды подумали обо всем. Они готовились к худшему, чтобы дать нам шанс на лучшее.
— Идемте скорее! — Я поспешно соскользнула с колен Вейсарна, встала рядом с Гройсом, и его рука тут же обвила мою талию.
Мои ноги немного дрожали, но я была полна решимости сделать все, чтобы моим мужчинам не понадобилась неотложная помощь.
Мы молча проследовали по коридорам крейсера, словно отряд особого назначения, идущий на решающую операцию. Дверь в медицинский отсек бесшумно отъехала, впустив нас в прохладное стерильное помещение.
В центре одной из палат, свободной от оборудования, для нас уже постелили прямо на пол несколько толстых матов, укрыли их пледами и принесли подушки. Суровая, но практичная импровизация семейного ложа триады.
Мы устроились в центре этого ложа. Вейсарн прислонился к стене, я улеглась между его ног, прижавшись спиной к его груди. Кайсарн сел слева, а Гройс — справа, так, чтобы мы все могли касаться друг друга прямо во время прыжка. Мы были крепостью, живым щитом друг для друга.
Вейсарн отдал последнюю команду ИСИНу, и по кораблю пронеслась автоматическая тревога, оповещающая о немедленном прыжке.
Я закрыла глаза, чувствуя, как ладони Кая и Гройса ложатся поверх моих рук, а дыхание Вейса горячим потоком касается моей шеи.
— Расслабься, Пери, — прошептал Кай, и его голос был безмятежен, как журчание воды в фонтане. — На этот раз мы знаем, куда летим. И мы вместе.
— Мы с тобой, а ты ― с нами, — коротко добавил Гройс, и в этих словах была вся его суть воина, одинаково готового и к смерти, и к победе. Все, чего он хотел, — знать даже перед лицом возможной гибели, что его ждали, что в него верили.
— Да. Я с вами. — Я сделала глубокий вдох, и в следующее мгновение привычные звуки корабля, дыхание лордов, биение их сердец — все это бесследно растворилось в беззвучном вихре прыжка.
…Мы с лордами снова падали в бездну, растягивались, превращались в тонкие, беззвучно дрожащие струны. Но на этот раз мы падали вместе, целенаправленно, держась друг за друга в преддверии бури.
Глава 32
Переживание самого прыжка почти не отличалось от предыдущего опыта. Я снова потерялась во времени и где-то вне пространства. Рядом снова был Кай, который умудрялся передавать мне свои эмоции. И это были эмоции нежности и полного принятия ― то, чего меня лишили на Арригосе сразу же, как выяснилось, что у меня нет Сиа. То, без чего так больно жить.
Благодаря лордам эта рана почти исцелилась. Но на ее месте могла возникнуть новая ― от потери. И я, плавясь в нежности Кайсарна, одновременно готовилась к сражению ― за него же. И за его побратимов.
Так что, когда мир, пару раз мигнув, резко вышвырнул нас в действительность, я почти не растерялась. Едва смогла ощутить свое тело и пошевелить хотя бы пальцем, сразу же открыла глаза, привстала, внимательно осматривая своих мужчин.
Гравитация черной дыры сдавила наш корабль, как яйцо в ладони, заставила его скрипеть и стонать всеми частями конструкции ― от обшивки до последней переборки. Гравитация легла каменной плитой на плечи и вдавилась в барабанные перепонки, вызывая гул в ушах.
Лорды уходили в пси-бурю прямо на моих глазах. По их могучим телам разбегались алые трещины, из которых рвались наружу язычки пламени. Озера алых искр скапливались в глазницах, вокруг запавших от усталости и недосыпа глаз. Лавовые потоки стекали по носогубным складкам, струились по вискам и по бороздкам и впадинам меж мышечных бугров.