Соня Лыкова – Мой истинный враг. Академия Стражей. Часть вторая (страница 4)

– Вы ведь знаете, что задача нашей академии – создать наиболее сильную армию из всех возможных, – заметил айс Корвин. – И Артефакт Зова настроен так, чтобы найти каждому пару, которая максимально раскроет потенциал каждого из вас. Возможно, пришло время вашей вражде послужить на благо королевства. Однако, вы преступили закон. И теперь будете наказаны по всей строгости.

С этими словами он дал знак охранникам, и они, вдвоём схватившись за ручку двери, потянули её на себя, пока та не поддалась и не закрылась, оставив меня в кромешной тьме.

Я тихо рассмеялся, когда вокруг начало разгораться пламя. Для обычного огня здесь не хватило бы кислорода, и он бы быстро затух, а я бы погиб от угарного газа прежде, чем кто-нибудь открыл дверь. Это было пламя, по природе сходное с пламенем Де Арваль. Оно не дымило, не требовало ни кислорода, ни топлива. Оно полыхало, подпитываясь магией из источника, что проходил под землёй, но всё ещё обжигало, загоняя меня в самый центр. Лишь небольшой клочок земли под ногами не охватило пламя, и я вынужден был стоять ровно, чувствуя жар окружающего пламени.

Дышать было сложно. Воздуха не хватало, но я всё равно старался делать вдохи медленными и спокойными, чтобы не переводить зазря кислород. А чтобы отвлечься, пытался в подробностях вспомнить, что видел и слышал там, в Сомнариуме, чтобы найти хоть какой-то намёк на убийцу.

Но вместо этого снова и снова вспоминал то время, что мы провели вместе в овраге. И поцелуй, и её хрупкое тело у меня на руках, и её безмятежное выражение лица, и волосы, что растрепались на моей подушке…

Той ночью я так и не смог уснуть. Сидел на подоконнике и смотрел в окно, то и дело оборачиваясь на спящую Лиару. Это имя так мягко перекатывалось на языке, и даже просто произносить его вслух было до смешного приятно. Уже тогда, той ночью, слушая её дыхание и наблюдая размеренно поднимающуюся с каждым вдохом грудь, я понял, что предал и своего отца, и весь свой род.

Предал, привязавшись к той, кого они не без оснований считали врагом. Предал, позволив себе полюбить дочь рода Де Арваль. Предал, спасая её жизнь. Предал, когда начал ревновать её, когда не дал ей покинуть академию, когда сделал её своим союзником.

Нет, я не прикоснулся к ней и не позволил себе лишнего. Не стал даже раздевать её, чтобы не провоцировать себя на ещё более глупые поступки. Но что-то во мне отчаянно сжималось при мысли о том, что ей грозит опасность. И ещё – при мысли о том, что я обречён жаждать близости со своим кровным врагом.

Момент, когда Артефакт Зова сделал свой выбор, стал для меня облегчением: теперь, пока я жив, ничто не грозило Лиаре. И как же я чертовски ошибался! И ещё больше ошибся, когда решил, что наша связь её спасёт.

Нет.

Всё было ровно наоборот.

Вернее, может, эта связь и стала бы спасительной, если бы она не оказалась моей истинной. Но всё стало ясно, когда меня затянуло за ней в Сомнариум. И теперь, если наша связь откроется… если мы сблизимся хоть на мгновение, это станет для неё смертным приговором. А для меня – той раной, которая окончательно превратит меня в того, кем стал мой отец.

Мне не нужно было слушать лекцию о проклятии рода Драгос, чтобы знать о возможных последствиях. Все мои предки, дальние и близкие родственники, которые были потомками Драгосов, теряли своих истинных, как только обретали их. Мой отец своими руками казнил Верону Столькхарт, и в тот же миг осознал связь, которую уничтожил навсегда, выполнив приказ короля. Моя мать потеряла своего истинного в пожаре. Её сестра – встретила свою пару в Долине Теней, и как только сблизилась с тем, кто был ей предназначен, он погиб во время очередного прорыва.

И так было с каждым.

Мне повезло узнать про связь до того, как мы оказались достаточно близки. В моих руках было хотя бы сохранить ей жизнь. Для этого нужно было лишь одно: не давать волю своим чувствам. И ни за что не сближаться с девчонкой Де Арваль.

Я должен был спасти её. Должен был обойти проклятье. В отличие от отца, я успел осознать связь до того, как стало слишком поздно. И если это возможно, то теперь должен сделать всё, чтобы непоправимого не случилось.

Даже если это означало навсегда оставить в душе эту жгучую боль.

Пламя то и дело облизывало меня, прожигая ткань и оставляя ожоги на коже. Пот, что ручьями стекал по всему телу, щипал свежие раны, усиливая боль. Дышать стало почти невозможно. От нехватки кислорода кружилась голова, и я, закрыв глаза, использовал остатки сил, чтобы не упасть на колени, чтобы не оказаться прямо внутри этого пламени.

Силы были на пределе.

И, как только дверь распахнулась, сознание окончатель покинуло меня, заставив упасть прямо на расклённый каменный пол.

Глава 3

Лиара Де Арваль

Я не знала, где в академии содержали провинившихся адептов, зато прекрасно запомнила расположение кабинета ректора. Боль, которую испытывал Киоран, жгла меня подобно раскалённому железу, и это мешало сосредоточиться. Но я просто не представляла, что можно было бы поступить иначе. Скорее всего, за побег с занятий мне тоже грозило какое-то взыскание, но это было последнее, о чём я думала, стремительно шагая по административному крылу в центральном корпусе. Но, едва поднявшись по лестнице на нужный этаж, я остановилась как вкопанная.

У кабинета айса Корвина, заливаясь слезами, стояла Селеста Торн.

– Прошу вас, господин ректор, – хриплым от слёз голосом произнесла она. – Позвольте мне с ним увидеться. Вы, возможно, ещё не в курсе, но Киоран Драгос – мой истинный. И наказывая его, вы наказываете меня.

Интересно, действительно ли она чувствовала хотя бы часть того, что пришлось испытывать мне? Скорее всего, нет, ведь у драконов не бывает двух истинных пар, и я своими глазами видела, что метка этой девицы не настоящая.

– Только глухой в этой академии не слышал об этом, – проворчал айс Корвин. Дверь в его кабинет была открыта, и ректор стоял в проёме, полностью перегораживая вход, словно боялся, что Селеста каким-то образом просочится внутрь. – Но правила есть правила. Я не стану отменять наказание эйсина Драгоса только потому, что он чей-то истинный.

– Но вы причиняете мне боль, – Селеста, нужно отдать ей должное, была хорошей актрисой. Она вполне натурально всхлипывала и заламывала руки, словно действительно испытывала что-то, похожее на муки. – А я ничем этого не заслужила!

– Не вы ли пытались разорвать связь с эйсином Нолоном? – ректор прищурился, разглядывая стоявшую перед ним адептку. – Причём весьма радикальным способом.

– Потому что я должна быть в паре с Киораном! – топнула ногой девушка. – И это второй вопрос, который я хочу с вами обсудить. Кто защитит воина лучше, чем его истинная пара? Вы должны немедленно разорвать его связь с этой Де Арваль, пока не стало слишком поздно.

– Должен? – обманчиво мягко поинтересовался ректор, и Селеста невольно отшатнулась. Похоже, она поняла, что немного перегнула палку, и попыталась сгладить ситуацию.

– Поймите мое беспокойство, айс Корвин. Мой истинный оказался в руках своего злейшего врага. Все знают, что Де Арвали люто ненавидят Драгосов. Вы думаете, она станет его защищать? Я вот сильно сомневаюсь. Артефакт Зова что-то напутал, связав меня с Нолоном, но в ваших силах исправить это недоразумение.

Внутри меня медленно поднималась злость.

Я многое могла понять, только не такую откровенную клевету в мой адрес.

Это я-то подвергну Драгоса опасности? А разве этой ночью всё не произошло в точности наоборот? Это он вломился ко мне в комнату и попытался оборвать мою жизнь. Кстати, я так и не выяснила, каким способом. На мне не было ни единого синяка, хотя в первую очередь я осматривала шею, и это невольно наводило на мысль, что убийцей Драгос был весьма искусным.

– Эйсина Торн, – голос ректора был усталым и раздражённым. – Мой вам совет – возвращайтесь на занятия. Как только адепт Драгос отбудет своё наказание, он непременно вернётся.

– У меня дурное предчувствие, – не сдавалась Селеста. – Скажите хотя бы, где он. Я должна убедиться, что с ним всё в порядке.

Но с ним точно не было всё в порядке. И, не в силах больше оставаться в стороне, я тоже шагнула в коридор с лестничной площадки, где всё это время скрывалась.

– Добрый день, айс Корвин, – поздоровалась я, как только ректор меня заметил. – Я присоединяюсь к просьбе Селесты. Мне необходимо увидеться с Киораном Драгосом.

– Да что ты… – начала было эта лжеистинная, но ректор остановил её взмахом руки и окинул меня внимательным, оценивающим взглядом.

– По какой причине, эйсина Де Арваль? – спросил он холодно. – Хотите отомстить за события прошедшей ночи?

– Хочу разобраться, – честно ответила я.

У меня было время подумать и взвесить все факты и домыслы, вот только делиться ими в присутствии Селесты я не стала. С неё станется разнести по всей академии ложную информацию и ещё больше очернить меня в глазах других адептов. Сторонники Драгоса и без того косились на меня враждебно, уверенные, что я заслужила всё, что произошло со мной ночью.

Несколько мгновений ректор разглядывал меня, склонив голову набок, словно принимал какое-то непростое для себя решение.

– Я отвечу вам так же, как и эйсине Торн, – наконец, ответил он. – Как только Киоран отбудет заслуженное наказание, вы с ним обязательно обо всём поговорите. А сейчас я попрошу вас покинуть этот коридор, пока мне не пришло в голову, что вы, возможно, прогуливаете занятия. Насколько мне известно, учебный день ещё не завершен.