Соня Лыкова – Мой истинный враг. Академия Стражей. Часть вторая (страница 2)

– А ты не чувствуешь своего партнёра? – осторожно спросила я, когда Дина с кислой миной отодвинула от себя чашку остывшего чая. – Не знаешь, какие эмоции он испытывает?

– Пока нет, – покачала головой подруга. – Говорили, что связь со временем будет становиться глубже, и вот тогда, может быть, я смогу точно знать, как именно Эльдран относится ко мне с точки зрения этого чёртова контракта. Но, знаешь, его поведение сейчас говорит за него. Я думала, что нравлюсь ему. После марш-броска мы довольно много времени проводили вместе.

Конечно, я не могла не заметить, что Дина была увлечена другом Драгоса. Она даже забыла о своей былой симпатии к айсу Корвину, и я даже предостерегала её по этому поводу, потому что для нас, девушек, одна ошибка могла полностью перечеркнуть будущее. Но подруга только беспечно отмахивалась, уверяя, что мне не о чем беспокоиться. А я, похоже, была слишком занята своими переживаниями, чтобы чаще проводить душеспасительные беседы. Да Дина в них, скорее всего, и не нуждалась. Из нас двоих как раз она была более разумной и рассудительной.

Первой парой у нас традиционно стояла физическая подготовка. Мы, уже с утра одетые в форму для тренировок, направлялись на полигон, когда знак истинности у меня на спине запульсировал от боли. Стиснув зубы, я хотела просто переждать, потому что не первый раз уже испытывала неприятные ощущения из-за своей татуировки. Но вместо того, чтобы утихнуть, жжение нарастало, что в конечном итоге заставило меня остановиться. Сосредоточиться на занятиях в таком состоянии я бы всё равно не смогла.

– Ещё немного, и мы опоздаем, – обернувшись, поторопила меня Дина. – Не время сейчас витать в облаках.

Но я никак не могла заставить себя сдвинуться с места. Может, мы с Драгосом не стали идеальными боевыми партнерами, но он был моим истинным, и я точно знала, что в данный момент он испытывал боль.

Про наказания в Академии Стражей нам рассказывали весьма условно. Были лишь угрозы да призрачные намеки, но я ни разу не слышала, чтобы кто-то из адептов действительно сильно провинился. Мне казалось, достаточно было изнурительных ежедневных тренировок, чтобы наставники удовлетворили свою тягу к издевательствам, а адептам не хотелось ничего, кроме как упасть в постель как можно скорее. Однако в случае с Киораном всё обстояло иначе. Со слов Дины я лишь примерно знала, что именно произошло ночью, но не представляла, какая судьба постигла моего истинного.

Я всё же заставила себя сдвинуться с места и дойти до полигона. Даже если с Драгосом прямо в этот момент происходило нечто ужасное, что я, простая адептка, могла для него сделать? С другой стороны, кто ещё мог помочь ему, кроме меня?

– Ты знаешь, куда отвели Драгоса? – спросила я у Дины, оглядываясь в поисках источника жжения под лопаткой.

– Понятия не имею, – она смотрела прямо перед собой, и я не могла с точностью определить выражение её лица. – Стражи увели его, а я осталась с тобой.

А ведь я так и не поблагодарила её за это. Ночь у подруги выдалась беспокойной, но она не сказала мне ни слова упрёка, хотя это мой напарник поднял шум и переполошил всё общежитие.

– Спасибо, – искренне сказала я, заставив Дину удивленно посмотреть на меня. – За то, что была рядом.

– Брось, – она смутилась. – Это меньшее, что я могла для тебя сделать. Жаль, что стражи обезвредили Драгоса до того, как я успела ему врезать. А у меня до сих пор руки чешутся надрать ему зад после того, как он посмел напасть на тебя.

И, похоже, руки чесались не только у Дины. Только кто-то, в отличие от моей подруги, действительно смог добраться до Киорана. Об этом свидетельствовала ноющая боль в области сердца, которая возникла так неожиданно, что могла быть только откликом на боль моего истинного. И единственное, что я в связи с этим знала точно – заниматься в таких условиях у меня вряд ли получится.

– Что-то не так? – проницательно спросила Дина, глядя на меня с каким-то необъяснимым напряжением. – Я понимаю, ты сама не своя из-за этого нападения, но тебе надо собраться, иначе наставник заметит.

– Для наставника у меня есть вполне достоверное объяснение, – отмахнулась я. – Уже вся академия в курсе, что Драгос напал на меня ночью?

– Скорее всего, да. В столовой я слышала пару разговоров, и если на построении о ночном нападении знали только девчонки с нашего этажа, то сейчас только глухой не в курсе. И с каждым новым пересказом история обрастает новыми подробностями, – подруга вдруг развеселилась. – К вечеру, возможно, появится новая версия, гораздо более романтичная.

Щёки Дины заалели, и одному Единому ведомо, о чём она подумала. Я возмущенно фыркнула.

– Только этого мне не хватало, – произнесла я. Что бы ни происходило с Драгосом, это прекратилось, но осталась непрерывная, ноющая боль в груди. И если я чувствовала это так остро, то что же испытывал он? – Знаешь, я всё же должна выяснить, что с ним произошло. Иначе только об этом и буду думать.

– Зачем? – казалось, Дина искренне удивилась. – Его накажут, как он того и заслуживает.

– Вот именно, – кивнула я. – А я через связь боевой пары я почувствую каждое мгновение этого наказания. Что, если его решат выпороть кнутом? Я-то в чём провинилась?

– Ваша связь так быстро стала настолько прочной? – брови подруги хмуро сошлись на переносице. – Не думаю, что ты почувствуешь хоть что-то. Наставник же сказал, что нужно не меньше месяца, чтобы появилось хоть что-то.

Я прикусила язык.

Если бы мы с Киораном были просто боевой двойкой, я бы ничего не почувствовала. Но он оказался моим истинным, только про этот факт я пока не решалась рассказать ни одной живой душе. Не то чтобы я не доверяла Дине, но слишком живо представляла себе, какую драму она раздует из этого факта.

– Прикроешь меня? – попросила я, оглядевшись по сторонам. Почти весь первый курс уже собрался на полигоне, и преподаватель пока не появился. Если у меня и был шанс улизнуть незамеченной, то только сейчас.

– Прикрою, – проворчала Дина. – Но это не значит, что я одобряю твоё решение.

Её взгляд был устремлен в сторону и. Проследив за ним, я увидела Эльдрана, который стоял в окружении нескольких парней, и вид у них всех был крайне хмурый. Словно почувствовав наше внимание, он обернулся, и тут же в его глазах полыхнуло пламя. У моей подруги, похоже, тоже были серьёзные проблемы, и мне не стоило нагружать её ещё и своими.

– Я отпрошусь у наставника, – сказала я, с сочувствием глядя на поникшую Дину. – Скажу, что плохо себя чувствую. Уверена, он меня отпустит.

– Конечно, – немного рассеянно кивнула она. – Иди. Хоть я и не понимаю твоего беспокойства.

Наверное, я бы даже себе не смогла объяснить, почему именно мне так необходимо было убедиться, что с Киораном всё в порядке.

Он же хотел меня убить!

Он пришел ночью, под покровом тьмы, чтобы украсть мою жизнь. И всё из-за того, что Артефакт Зова сделал из нас боевую двойку. Не потому, что я сделала ему что-то дурное, и даже не из-за кровной вражды наших семей. Однако смутное чувство тревоги не давало мне покоя. Что-то не складывалось. И я почти не сомневалась, что при встрече Драгос будет всё отрицать. Если, конечно, окажется в состоянии говорить.

Подойдя к наставнику, я отпросилась у него в больничное крыло. Рассеянно кивнув, мужчина отпустил меня. И я, снова почувствовав нарастающее давление в груди, поспешила прочь с полигона. Туда, где, по моим ощущениям, был мой истинный.

Глава 2

Киоран Драгос

– Жди здесь, – коротко велел айс Хадрек, кивнув на пустующий угол возле двери в кабинет ректора. В приёмной были стулья для ожидающих, но присесть мне никто не предложил.

В этом, конечно, не было никакой необходимости. И дело было не в том, что наставник не проявил какого-то участия: этим жестом он продемонстрировал мне моё место. Только слуг заставляют стоять, ожидая. Только тех, кто не достоин касаться господских вещей. Я это знал, как никто. В доме Драгосов тоже были заведены такие порядки, и порой даже детям не позволяли садиться в присутствии главы рода.

– Ей угрожала опасность, – сухо повторил я, чувствуя, что наставник всё ещё не верит. Но он не удостоил меня даже взглядом. Вошёл в кабинет айса Корвина, и на время всё затихло.

Двое бугаёв – охранники обоих общежитий, которые схватили меня на пороге комнаты Де Арваль, скрестив руки, встали передо мной и смотрели так, словно примерялись, с какой стороны будет интереснее меня прикончить. Я выдохнул и, немного расслабившись, перевёл взгляд на окно, за которым светало.

Когда айс Корвин успел прийти в свой рабочий кабинет, мне не было известно. Разбудили ли его специально для того, чтобы он выдвинул мне официальное наказание, или он не спал вовсе, но я отчётливо слышал его голос из-за двери. Разобрать слов не выходило, даже если бы мне было до того дело. И прошло несколько минут, прежде чем я понял, что именно заставило айса Корвина явиться в свой кабинет в такое время.

Дверь, ведущая из холла в приёмную, вдруг распахнулась, и внутрь шагнул никто иной как мой отец. Я невольно переступил с ноги на ногу и с трудом подавил желание вжаться в стену. Несмотря на то, что я уже несколько лет как вошёл в полную силу и вполне мог бы потягаться даже с ним, присутствие отца по-прежнему вызывало у меня животный страх и трепет. Он никогда не терпел неповиновения и расправлялся с каждым, кто смел ему перечить или вставлять палки в колёса. Из прислуги в доме оставались лишь те, кто преклонялся перед ним и испытывал настоящее благоговение: остальные либо прощались с жизнью, либо… того хуже.