Соль Решетникоф – В нежных клешнях Рака (страница 9)

ГЛАВА 9. Фиона. Побег с бала

Сердце выпрыгивает из груди, ноги подкашиваются. Карризи?! Выходит, это вовсе не случайная встреча? Он знает, кто я? Но откуда? Кто-то подстроил эту встречу? Лола? Это невозможно! Она до последнего не знала, что я приду к ней. Что он хочет от меня? Хочет ещё и моей гибели? Как он это сделал с Эрикой? Но за что? Что мы ему такого сделали?

Сердце пропустило удар, когда передо мной снова появился его нежный взгляд и то, как он заправил мне за ухо выпавшую прядь. Точно! Его взгляд напоминал мне, что я стала жертвой его первобытных инстинктов, жестоких, полных страсти. Хотя где-то в глубине блики света в его глазах просили меня не оставлять. Может ли вообще быть счастлива с ним женщина? Сомневаюсь!

Я дождалась, пока красавчик удалится. Оглядываясь, спускаюсь вниз. В висках стучит пульс. Только бы побыстрее найти свой плащ! Музыка играет уже чуть тише. Бармену отныне не было до меня дела, он с кем-то разговаривает по телефону. На танцплощадке под какое-то фуфло трясутся несколько подвыпивших пар.

Мне навстречу идёт всё та же официантка – Серена, – которая принесла нам шампанское, и мило улыбается:

– Могу чем-то помочь?

– Ищу свой плащ, Серена. Оставила его где-то у барной стойки.

– Хотите, я узнаю у шефа?

– Нет, что вы! – испугалась я, рыская взглядом по стульям.

К ней подошла ещё одна девушка, одетая также в тёмную униформу, только поменьше ростом, с длинным светлым хвостом, и громким шёпотом сказала:

– Ужас! Хозяин там опять со стариком про ту девушку, что на их фабрике погибла, разговаривал. Мол, зачем её вообще на работу брал? Прикинь, старый пень! Действительно, зачем? Не догадываешься? Семейка ловеласов!

– Ты подслушивала? – шикнула на неё Серена.

– Да нет же! Я-я-я… из-за Рони задержалась, – виновато ответила она.

– А вот и пропажа! – воскликнула я, когда обнаружила, что мой тренч лежал скомканным и одиноким на стойке.

Серена метнула строгий взгляд на девушку, та растворилась в коридоре, и вскоре оттуда пахнуло свежим ветром. Подозреваю, там и есть служебный выход.

– Вы уходите? – спросила официантка, поглядывая на дверь офиса.

– Нет-нет! Только подышать.

– Смотрите не простудитесь. – Серена хитро сощурила глаза, будто раскрывая мои планы.

Я глубоко вздыхаю, иду по коридору, кутаясь в плащ. Самое страшное, что на мне всё ещё его соблазнительный запах, и он не собирался меня покидать, занимал мои чувства, не позволяя рассуждать. От этих воспоминаний зашевелились волоски на коже, смешав стыд и возбуждение в одном коктейле. Пока же как-то предстояло выйти незамеченной из клуба. Двигаясь вслед за второй официанткой. Наконец в нескольких метрах от себя вижу дверь запасного выхода. Пробую толкать, но она не поддаётся. Пробую ещё раз. И ещё. Наконец трое мужчин азиатской внешности в чёрных костюмах её открывают снаружи, входят. Я печально растягиваю губы в улыбке и шмыгаю меж ними в открытую щель. Меня встречает порыв ветра, распахивая полы плаща. Холодно! Надо прибавить шагу.

Пытаюсь совладать с дрожью, бегу прочь, как можно дальше от «Ноева ковчега», оставив в нём свой грех. Только как теперь его смыть с совести? В тот самый день! С тем, кто имеет отношение к гибели моей сестры! От которого мне тоже теперь грозила опасность.

Но с ним так хорошо! Реву. Долго бреду по набережной. Внизу клокочет от порывов осеннего ветра Арно, фонари набережной – печальные свидетели моей тоски – по виду напоминали те, что светили ещё при династии Медичи. Несколько пар, несмотря на плохую погоду, прогуливаются под ручку, воркуют, потом целуются. При их виде я шмыгаю носом и снова принимаюсь отчаянно реветь, размазывая краску, так прилежно нанесённую волшебными руками Лолы.

Когда перехожу дорогу, меня окружают трое молодых людей, похожие на только что сбежавших со школьной вечеринки. Преграждают дорогу. Им лет на пять меньше, чем мне, прилично одетые, но от них ужасно разит алкоголем. Этот вечер никогда не закончится! Я вытираю кулаком слёзы и соображаю, что помимо жемчужных бусиков у меня ничего ценного не осталось.

– Денег у меня всё равно нет.

Один из них любезно протягивает ко мне руки. Его улыбка мне кажется доброжелательной и даже сострадательной. Но его друг с кольцом в носу и бритыми висками встаёт между нами так, что я отворачиваюсь от его алкогольного дыхания.

– А может, мы вовсе не денег от тебя хотим, красотка. Тебя кто обидел? Так мы пожалеем! – вызывающе смеётся он. – Каждый, по очереди. Представляешь, какая утеха?

Под их гогот делаю несколько шагов назад, чтобы пуститься наутёк. Но тут чуть не падаю на что-то, напоминающее мешок, в нос ударяет запах пота и ещё чего-то неприятного. Поднимается собачий лай. Болезненно худой бомж замахивается на парней веслом, первым под раздачу попадает тот, что с кольцом в носу. Он визжит, как резаный поросёнок.

– Дурёха! Тебе что, жизнь не дорога?

– Спасибо, да я бы сама с ними справилась. – Хотя всё ещё до сих пор дрожу от событий этого дня.

– А потом завтра сюда придёт полиция в поисках пропавшей девушки, и тю-тю наш покой. Где живёшь?

– В соседнем городе. Минут пятнадцать на машине.

– Так автобусы уж не ходят давно.

– Знаю. Пешком за пару часиков доберусь.

– По автобану-то? Ну ты даёшь! Жить надоело?

Окидываю взглядом его грязную бежевую шубу женского покроя, из-под которой выглядывают спортивные штаны на несколько размеров больше, спутанные седые сальные волосы до плеч, которые колышутся от холодного октябрьского ветра. Когда до меня доходит, что вряд ли у бродяги может быть телефон, хороню последнюю надежду на помощь близких.

– Хоромы у меня небольшие, но скамейку с пледом могу одолжить тебе на эту ночь. А потом я снова уеду. Но нам с тобой не по пути.

– Спасибо, дедушка, но меня дома уже потеряли.

– Не глупи, ундина. Мы с Лаки будем рады гостям. Домой не собираюсь тебя провожать. Поутру и отправишься восвояси, – он захихикал беззубым ртом. – Ну, что стоишь? Алекс два раза в гости не приглашает.

В общем-то выбора у меня больше не оставалось, я последовала за ним. Неужели мне придётся провести здесь, под мостом, всю ночь?

ГЛАВА 10. Рафаэле. Визит Фань Ли

Глянув в зеркало, не разлохматились ли волосы, предвкушаю продолжение жаркого свидания с шатенкой, когда раздаётся три быстрых удара в дверь. Что случилось?

Мануэле неуверенно входит, а вслед за ним по-свойски Фань Ли в сопровождении своих амбалов-телохранителей. Эдакие «люди в чёрном» с азиатским разрезом глаз. Интересно, зачем он пожаловал в столь позднее время? Я приглашаю их за стол и выхожу, чтобы заказать «Джек Дэниэлс» со льдом – и чтобы не забыли про «тюльпаны»[6]. С сожалением поглядываю в сторону ВИП-зоны. Чем там сейчас занята моя сладкая девочка? Улыбаюсь, на мгновение мысленно возвращаясь в её объятия.

Когда вхожу в кабинет, китаец уже чинно восседает в моём кресле и хитро улыбается. Что он задумал? Однозначно, он мне напоминает странного Джона Леннона, и я уверен, что он сделал всё, чтобы дополнить эту схожесть ещё и удлинённым каре под Битлов. Пятьдесят с небольшим ему даже с натяжкой не дашь.

За его спиной стоят, не моргая, двое крепких парней, одинаковых с виду, как близнецы. Зачем же он всё-таки пожаловал? Теряюсь в догадках и звонко чокаюсь с ним:

– Ганьбэй![7]

– Чин-чин![8] – смеётся он и гладит поручень моего любимого кресла. – Белиссимо[9]! Сколько стоит?

– Это не продаётся, Ли.

– Я хорошо заплачу.

– Не сомневаюсь, но его цена измеряется не в деньгах, – не уступаю я.

– Но буоно[10], – разочарованно-иронично произносит он. – Хотя я здесь не за этим. Послушай, мы были вынуждены установить камеры на фабрике. – Итальянский Фань Ли безупречен, а ведь я ещё помню, каких трудов ему стоило произносить букву «р». – Я вынужден тебя предупредить, что мне не нравится, когда кто-то суёт нос в мои дела. – Улыбка сходит с его лица, и проглядывается сталь характера.

– О чём ты, Ли?

– Мои люди доложили. Что кто-то без ведома снова пробрался в то помещение, которое мы у тебя арендуем. Ты получаешь за него хорошие деньги, в том числе и за то, чтобы гарантировать мою конфиденциальность. Лучше бы ты продал мне фабрику.

– Это какая-то ошибка. С тех пор как мы подписали договор на аренду, моей ноги там не было.

– Я предвидел это. Поэтому решил сам установить камеры. Теперь знаю, какая лиса ворует моих кур. Почему ты не догадался сам это сделать?

Молчу и хитро улыбаюсь, не собираясь перед ним отчитываться. Он допивает виски и поднимается:

– Наверняка ты уже слышал, что через две недели женится мой сын. Ты – среди приглашённых. Можешь прийти со своей девушкой. А вот Луиджи я бы не хотел видеть среди гостей. Придумай ему какую-нибудь убедительную причину.

Киваю, ибо прекрасно знаю о его нежелании общаться с моим отцом, и, пользуясь случаем, интересуюсь:

– Ты представишь нас с Бесси друг другу наконец?

Китаец не сразу отвечает, заинтересованно разглядывая теперь золотой глобус на моём столе, трофей, привезённый из Европы ещё дедом вместо часового механизма.

– Послушай, Рафаэле, несмотря на мой авторитет, Бесси – птица высокого полёта. А те птицы, что высоко летают, – это в основном хищники. У них много ушей и глаз. Они приходят без приглашения и не приходят, когда их приглашают. Ну, ты понял.