Сокол Рита – Заря (страница 7)

– Не… Отстань… – раздалось сбоку.

Рат-Натрува отвлеклась и посмотрела на пьянчугу. Он дёргался во сне, а его стул всё больше склонялся назад, угрожая вот-вот опрокинуться.До чего же добра душа норгасаэля – никогда пьяных сонь не выставляет пока не будут в силах сами уйти. Хоть бы кровать поставил что-ли…

– Эй, проснись. Ты сейчас упадёшь. – сказала Рат-Натрува пьянчуге.

Он не отозвался. Только позже, женщина поняла, что услышала слова не в звуковом диапазоне, а в электромагнитном. Она напрягла коллар и подала мысль:

– Проснись, ты сейчас упадёшь.

– А? Что?

Пьяный гуманоид приподнялся и с трудом открыл глаза. Рукавом вытер губы, а сам немного качался.

Он огляделся и сонно посмотрел на Натруву с широкой улыбкой. Натрува же смотрела на него небрежно, но с долей понимания.

Пьянчуга выглядел как юноша, обликом близкий к человеческому. У него были черные волосы с синим отливом, бледная кожа, вытянутые черты лица и желтые глаза с вертикальными щёлочками, на последних фалангах пальцев что-то среднее между ногтями и когтями. Его прямые непослушные волосы удерживала красная бандана, покрывающая весь лоб. А в остальном из одежды на нём была потасканная куртка, штаны и кроссовки – старая одежда явно куплена в магазине поддержанных товаров, кое-как приведённая в товарный вид и уже пару дней как безвозвратно потерявшая его.

– Вы мне? – Переспросил парень и, взявшись за стойку, придвинулся ближе к ней,– А я не заметил.

Натрува дала такой же неслышный ответ:

– А стоило бы.

Мысли юноши были легки и тонки, но не «качались» как это часто бывает при опьянении. По тону мыслей можно было сказать также много, как о голосе и сейчас Натрува не сомневалась, что перед ней легкомысленная и добрая душа. Её удивило, что контакт получилось наладить достаточно быстро, обычно требуется ряд непонятных мыслеобменов чтобы подстроится под «акцент» собеседника и начать правильно распознавать электромагнитные посылы его мозга.

– Приятно найти собеседника с похожими частотами,– раздавалось от него всё более бодро, – Бармен долго не мог меня понять. На мировом я плохо говорю.

Рат-Натрува отпила ещё глоток. Она была не в настроении общаться и продолжила ознакамливаться с виртуальной доской заказов ФОМа. Юноша же не сводил с женщины глаз и внимательно рассматривал её.

– А вы откуда?

– Я космополит. –не отвлекаясь от объявления о срочной доставке буркнула она.

– О, я тоже! –он приподнялся и улыбнулся, – Я родился под лучами Жарша́га, на границе с балджем. К нам из-за гравитационных перегрузок почти никто не залетает, вот я и решил сам вырваться, – он осмотрел две пустые стопки возле себя и взял в руку третью, опустошённую на половину, – Зовите меня Бо. Выпьете со мной? А то одному так себе…

Рат-Натрува перевела на него взгляд и внимательно осмотрела, приложившись локтем на стойку.Ну, а что? Может быть…

Она улыбнулась.

– Я Рат-Натрува и родилась перед горизонтом событий Глаза бездны,– соврала она на всякий случай.

– О, я знаю эту чёрную дыру! Она же ещё в облаке звёздного газа и окружена голубым кольцом? В рукаве Лириса, кажется.

– Да, она самая, –Натрува подняла бокал и протянула его к своему новому знакомому, – За знакомство!

– Очень рад!

Стеклянные сосуды со звоном восторжествовали это событие.

После этого лишь изредка переходя на смех Натрува и Бо вели приятную бессловную беседу.

Электромагнитные волны распространяются быстрее звуковых, а на их обработку и создание требуется меньше времени, поэтому всего за кит двое космополитов успели хорошо познакомиться и неплохо напиться. Сначала они обсуждали виды пищи, потом долго спорили о том, какие корабли лучше и быстрее, потом затронули обсуждение трёх спорных фильмов. Поговорили о питомцах – Бо жалел, что ему никогда не разрешали завести зверушку, на этих мыслях Натрува решила, что хочет себе кошку и потратила около трёх ме (долгое повествование для электромагнитного диапазона) чтобы в точности передать всю красоту и характерность этих милых убийц.

После бокала «Вспышки», просиявшей после двух «Туманностей королевы» Бармен попросил пару пересесть за свободный столик, где космополиты легко перешли на обсуждение последних спортивных событий и недавней сенсации в мире интерактивных развлечений – кансо – виртуальной реальности с неограниченными ресурсами и полной свободой для воображения, её ещё рекламировали со слоганом «Мир грёз твой – твори его!» и призывом почувствовать себя богом.

Рат-Натруву уже изрядно разморило от алкоголя и, несмотря на то что ноги давно размякли и противились куда-либо ходить, свой разум она решила держать ясным. Поэтому остаток вечера она ограничивалась закусками и «Адским нектаром» – острым безалкогольным напитком, который отлично придерживал умственную дееспособность на месте, периодически подпаливая её вкусовыми ощущениями, сравнимыми с питьём стеклянной крошки в настойке острого перца. Что было странно в этом напитке, пока его пьешь ощущается привкус крепкого чая, а острые вспышки вкуса появляются внезапно в промежутке от нескольких мгновений до половины цикла, такое взбодрит даже если ожидаешь вкусовой взрыв остроты.

– А потом!..

Лицо Бо застыло перед смехом и вздохи вырывались тихим рычанием, едва не перебивая поток повествования.

– А потом я говорю ему – дурак, ты летишь не туда! Ах-ха-х!

Из глотки Рат-Натрувы вырвался хриплый звук, который по происхождению был помесью хрюканья и рёва прочищающегося двигателя – так она засмеялась, едва удержав Адский нектар по внутреннею сторону своих губ, который именно в этот момент выдал «удар остроты».

– Вот глупец… –подумала она «в слух».

– Легендарный! Ах-ха-ха!

Бо оправился от смеха и несколько раз глубоко вздохнул, скрывая ладонью улыбку, что никак не хотела уходить сама по себе.

– Что ж, – Бо поднял бокал, – Я хочу это… Как ты это назвала?

– Поднять тост.

– Именно! Итак, – он подождал, пока Натрува поднимет бокал и глаза на него, – Я поднимаю этот тост за этот замечательный день! Сегодня я попробовал много нового! Узнал то, о чём даже не догадывался. И нашёл отличного собеседника и, надеюсь, будущего друга, – он неумело подмигнул Натруве случайно прикрыв оба глаза вместо одного, – У меня даже в день рождения не было столько впечатлений. Пропасть мироздания… – он осекся,– Да это же и есть мой день рождения! Ах-ха, Натрува, я родился! Сегодня я наконец-то прочувствовал жизнь – родился, понимаешь?

Натрува кратко улыбнулась, решив подыграть его пьяному повествованию:

– Рада, что мне выпала честь присутствовать при столь важном событии, – снисходительно сказала она и добавила искренне, – С днём рождения, Бо!

– С днём рождения меня!

И залпом выпил весь «Огонь Соляриса» которую Натрува советовала ему не брать – Огонь по крепости маячит где-то между медицинским спиртом и ракетным топливом. Бармен обычно не советовал Натруве пить подобное, если та не планировала провести следующие три цикла в мертвенном сне. Впрочем, Бо утверждал, что пил вещи покрепче. Натрува лукаво следила за ним и прикидывала как долго он ещё просидит после такого. Она на миг вывела перед своими глазами экран и засекла время.Делаю ставку, что ещё семь ме он просидит.

Натрува долго думала над тем, что может быть крепче этой звёздной эссенции, но не успела она подвести к итогу свои рассуждения как Бо, с громким стуком поставил стакан на стол и блаженно улыбнулся. Потом кратко вздохнул, замер, его глаза широко раскрылись, а зрачки сузились в тончащие вертикальные иглы. Парень вздрогнул, расслабился и упал на стол.

– Эх, Бо, глупенький Бо… Я была лучшего мнения о твоей стойкости, – вслух подумала она и разочарованно вздохнула.

– Вырубился? – поинтересовался Бармен из-за стойки.

– Беспросветно… – подтвердила она, – По нему сразу было видно, что пить не умеет, вот думала научить, а он упертый, что ваша сингулярность. Скоро голова болеть будет…

– Ничего, пусть отдохнёт, дорогая.

Натрува осмотрелась, потягивая адский коктейль, после вкусовых ощущений которого она уже почти не вздрагивала. Женщина заметила, что кроме их троих в баре больше никого нет.

– Ты уже закрылся?

– Нет, просто посетителей нет, – Бармен бодро ходил между столами и поднимал стулья, вынуждая их подниматься на гравитационных манипуляторах к самому потолку и тем самым освобождая место для уборки – Натрува никогда не понимала стремления Бармена самому убирать помещение, ведь он мог давно купить себе роботов и не парится по этому поводу.

Натрува поймала себя на мысли, что уже почти протрезвела и то, что она видела теперь не могло казаться:

– Кажется, ты хромал, когда я пришла. И с рукой что-то было… Вроде.

– Верно, твой разум ясен, дорогая. Я просто забежал в аптечку пока вы с собеседником были заняты.

– О, правда? Сколько же мы просидели? – она посмотрела на часы и воскликнула, – О, звёзды, я вообще не заметила, как время пролетело.

– Могу ли я считать это комплиментом в свой адрес? – улыбнулся Бармен.

– Да, почему бы и нет, – задумчиво пробормотала она, – Думаю, мне пора, Бармен. Сколько с меня?

– Ни сколько, я же говорил – за счёт заведения, – улыбнулся он и вернулся за стойку; он прибирался под стойкой, переставлял бокалы и бутыли, а сам то и дело поглядывал на Бо.

Натруве странным показался его взгляд, и она тоже перевела свой на Бо. Его рука лежала на столе и запястье, на открытом участке кожи, покрылось редкими чёрными чешуйками. Кроме этого, Бо внешне не изменился, но что-то в нём точно поменялось и это слабое изменение…