Сокол Рита – Список кораблей: Мрайсикая (страница 7)

Груммпир тем временем посмотрел на коммуникатор:

– Хо-о-о!!! Если его через ме не будет, начнём без него. Вечно опаздывает! – возмущенно пробормотал мюллистриг.

– А вот-с опоздания Шра’аха тебя так не беспокоят… – протянула дранкаса, запрокинув голову на изголовье и дёрнув хвостом.

– Харда, при всём уважении, – начал возмущаться Груммпир, – у Шра’Ха профиль сложный! Если он опаздывает, то я не сомневаюсь, что причина была веская!

– Да-да-с, – протянула дранкаса и глянула на вторую разумницу, – Эй, Касарай, сядь уже.

Но разумница не сдвинулась с места. Только неотрывно смотрела на Солнце. Её колени едва заметно подрагивали. Она боится? Солнце виновато отвёл взгляд.

– Касарай! – крикнула дранкаса и махнула перед ней рукой; та подпрыгнула на месте и посмотрела на дранкасу, прижав пластины на голове, – Садись, говорю, – тише сказала дранкаса, показав ей жестом на кресло.

Только после этого бледная разумница села.

– Ну, так и? – лениво протянула дранкаса, глянув на Солнце, – Как зовут?

– Солнце. – ответил тот.

– Значит, маленькая красная звезда, – деловито добавил Грумппир, – Конкретная звезда, хо-хо, это её название.

– О, как мило, как бы я жила без этого важного с-сведения, – с неприкрытым сарказмом протянула дранкаса и снова посмотрела на Солнце, – Я Харда. Это Касарай, – она кивнула на разумницу в кресле, – Представляю её, потому что она сама тебе не скажет. С Грумппиром ты знаком, а остальные сами представятся.

– Если только мы их дождёмся, – сердито процедил Грумппир, – Ещё пять ванов!

– Кха-душнила склизкая… – едва различимо прокашляла Харда.

Касарай робко усмехнулась.

– Солнце, хо, начнём по порядку. Что тебе нужно? – спросил Грумппир, явно не расслышав слова Харды.

– Вы о чём?

– Что ешь, хо, чем дышишь? Может воды? – спросил Грумппир и поднял щупальце.

По воздуху к Солнцу подлетел стакан с водой. Он схватил его и залил в рот так быстро, что только на втором глотке осознал с какой жаждой в него вцепился. Осёкся и отпил остаток медленнее, но там уже оставалось на самом донышке. Воды для него было мало и это только пробудило в нём жажду. За время, что он был в космосе вода в его теле проходила полный цикл и использовалась организмом по нескольку раз, но всё равно потихоньку испарялась вместе с теплом. Солнце замечал жажду меньше всех остальных своих ощущений и теперь, когда эта смешная порция воды оказалась принята, жажда пробудилась с невероятной силой. Его глотка пересохла так, что начала вязать всё от основания языка до самого желудка скрипучей сухостью, и это несмотря на выпитый стакан.

Солнце убрал стакан от губ, натянуто приподнял их уголки, справляясь с усилившимся чувством:

– Спасибо.

– Ещё, хо? – спросил Грумппир.

– Да, прошу.

Стакан в руке Солнце поддался в сторону, и он отпустил его, сосуд снова полетел над кофейным столиком к Грумппиру.

– Да ты-с измотан… – улыбнулась Харда частыми треугольными зубами.

– Может быть, – скупо ответил Солнце.

– Хо, буквально час назад Солнце отрезал себе щупальце, когда в том проросла Плесень, – сказал Грумппир, наполняя стакан.

– Что-о? – с хищной улыбкой протянула Харда и оживилась, – Что прям, взял и отрезал?

– Они всё равно мешают в условиях гравитации… – скромно пояснил Солнце.

– Да-с ты псих, звездочка! – задорно отрезала Харда, – Мало того, что носился от яспригаев как резанный, так ещё и в нору Плесени залетел. Я уж думала ты кончился! А вы посмотрите на него – стоит воды просит, как ни в чем не бывало, ха! – улыбнулась она, – Я такое уважаю.

– Вы меня видели? – нахмурился Солнце, принимая подлетевший стакан с водой.

– А кто ш не видел! – усмехнулась Харда, – Энергии, конечно, не так много, чтобы питать все системы, но почти все камеры у нас работают и бортовые в том числе. А вот-с наружные турели нет, так что не обижайся, что огонь не открыли.

– Не опасно ли оставлять турели отключёнными когда рядом столько яспригаев?

– Не-с, – махнула рукой Харда, – ещё не нашлось такого яспригая, что прокусил бы корпус. К тому же они тут редко появляются из-за Плесени, – она встала с дивана, размяла спину, – От кого действительно нужно держать оборону, так это от ошгариков. Пойдём-с покажу, – она махнула ему рукой в подзывающем жесте и подошла к окну.

Солнце прошёл через гостиную к окну и заметил, как Касарай сжалась глубже в кресло, когда он проходил мимо. Её немигающий и пристальный взгляд начинал его напрягать…

Харда посмотрела в окно и кивнула Солнцу на просвет между щелями. С окна открывался пейзаж на сизо-зелёные кроны деревьев, они лежали пышным ковром длинной чуть ли не с километр, а над ними нависал стеклянный колпак, по которому не так давно пробегался Солнце, уходя от яспригаев.

– Вон они, – сердито процедила Харда, – Праздник в твою честь устроили…

Среди крон деревьев просматривалась небольшая поляна, на которой горел костёр. Вокруг него двойным хороводом кружили гуманоиды, Солнцу было сложно определить их вид, но они были небольшие.

– Хо-о, у ошгаров, что не новый пейзаж над колпаком, то праздник, – скупо ответил Грумппир, – Но пока они там веселятся на виду, мы можем быть спокойны, хо-хо, – и добавил сердито, – и наконец собраться с полной явкой!

– Они не с вами? – удивился Солнце, – Они же тоже разумники, почему от них нужно защищаться?

– О да-с, с удовольствием заглянула бы к ним на ужин, – пояснила Харда так, что сама прижала уши от яда в своих словах, – в качестве основного блюда.

– Солнце, племя Ошгар сформировалась из трёх разумников, которые также как и ты заявились сюда за помощью, хо, а потом увидели деревья, изобилие воды и пищи, и начали стремительно плодиться… – печально пояснил Грумппир, – Их генофонд изрядно попортился многочисленными кровосмешениями, так что теперь их сложно назвать разумными, произошли непоправимые мутации, хо, о-о… Да, они также используют орудия труда и владеют речью, но в их обществе преобладают, хо… Достаточно противоречивые обычаи и правила. Они рассматривают всех остальных как источник пищи. Так что не удивляйся, что они попробуют напасть, как только заметят.

– Понял, – кивнул Солнце, следя за гипнотическим движением хороводов.

– А ещё они поклоняются Плесени и портят всё до чего дотянутся, особенно технику, – добавила Харда в этот раз без сарказма, – Они слишком помешаны на своём культе чтобы понять, что то, что они разрушают спасает их от вакуума, – и процедила сердито, – Дикари… – окинула взглядом Солнце, остановила его на одном из щупалец, и коснулась металлического обруча, – Милая вещица.

– Не трогай! – отпрянул Солнце и развернулся к ней, слегка развернув щупальца, готовя их действию.

– Ой, какой нежный, – с азартной улыбкой протянула Харда и наигранно подняла руки, но уши всё-таки прижала, признавая ошибку, – Тебе говорили, что подобные щупальца весьма привлекательны в некотором плане?

Солнце уставился на неё, чуть наклонив голову, и пытался понять, что это может значить. И не понял.

– Харда, ну хватит, хо! – вмешался Грумппир, – У создания шок, а ты лезешь со своими намеками!

– Брось, просто шучу! – усмехнулась она.

Солнце отвёл взгляд.

С закрытой двери коридора послышались тяжёлые быстрые шаги и глухой недовольный крик:

– С какой бездны тут всё провоняло дохлой тварью! – дверь распахнулась и впустила говорящего.

В дверях стоял огромный гумманоид, вид также был для Солнца незнакомым. Весь он порос плотным тёмным мехом, а вот макушка и морда остались лысыми, Солнцу было сложно назвать переднюю часть его головы лицом, скорее обезьянья морда. Челюсть сильно выпирает вперёд и возглавлена широкими пухлыми ноздрями, по бокам от которой блестели пучки вибриссов. Рыжий глаз один под центром лба, уши короткие и отдалённо напоминают человеческие. На коже много пигментных пятен, глубокие морщины и рельефный шрам вдоль скулы, тянулся к кончику носа. На нём куртка с многочисленными карманами и плотные штаны, на поясе висит меч в ножнах. Ростом он почти с Солнце, а вот в ширь в два раза больше. Стопы больше напоминали кисти рук и одеты в плотные перчатки вместо обуви. Он передвигался тяжело, а воздух в его присутствии стремительно набирал вес.

Взгляд «циклопа» полон ярости, он застыл в открытом проёме с оскалом, демонстрируя изогнутые звериные клыки. Увидел Солнце и выпрямился. Тяжёлым мерным шагов вошёл в гостиную и чем дальше, тем больше Солнце чувствовал, насколько циклоп силён.

– Это что за чудище? – сердито спросил циклоп, принюхался, – От него несёт как от яспригая!

– А-а, ты тоже заметил? – протяжно удивилась Харда, не придав никакого значение его злости, – А я всё думаю, на что похож его запах…

– Должно быть это из-за кожи… – подумал в слух Солнце, что его нынешняя тёмная кожа была создана по подобию шкуры яспригая.

– Кожи? – изогнул единственную бровь циклоп и подошёл ближе, – Так ты у нас монстр?

– Нет, с чего вдруг? – равнодушно спросил Солнце.

Циклоп нарушил личное пространство Солнца, остановился вплотную и заглянул в глаза. Солнце чувствовал с какой яростью проносятся электромагнитные волны в его мозгу и этот нервный шум пробуждал в нём скрытую силу, но в то же время ослаблял и делал воздух тяжелее. Солнце чувствовал, как горячо горело в циклопе желание его убить и оно обжигало… Солнце не отвёл глаз и нахмурился, борясь с дрожью в ногах и в который раз заметил, как сильно они устали.