Софья Ролдугина – Огни Хафельберга (страница 72)

«Да, Анна, присоединяюсь к комплиментам. Вы сегодня просто обворожительны. Как прошла встреча с братом?».

«Ой…».

Она настолько смутилась, что у нее не сразу вышло собраться с мыслями. Щеки полыхали чахоточным румянцем. — Курт, спасибо! Том уже давно приехал. Харбин его так изменил, он даже разговаривает с акцентом. Хотите, я вас познакомлю? — Конечно, — улыбнулся Шелтон, — и с ним, и с вашим дедом, и со всей семьей. Очень любопытно, какие люди воспитали такую очаровательную девушку, как вы, Анна.

Кстати, как здоровье Гера Линдена? Он уже оправился от происшествия в церкви. — Дедушка Клемент не очень, — вздохнула Анна и как будто невзначай шагнула ближе к Шелтону, чтобы при ходьбе касаться его локтем. — Он плохо спит. Ему постоянно снятся кошмары про тот взрыв. Мы с мамой даже вывозили дедушку в коляске на прогулку, но его там что-то рассердило, и пришлось вернуться.

Похоже, у Гера Линдена непростой характер, — предположил стратег, осторожно отодвигаясь от Анны. — А когда вы отвозили его на прогулку, говорите? — Позавчера днем. Хотели прогуляться до станции, но не получилось. Вздохнула она и скосила на Шелтона взгляд. — Простите, если я не в свое дело вмешиваюсь, но мне показалось, или вы правда прихрамываете? — Правда, — со скорбным лицом ответил стратег.

Ничего особенного. Слегка повредил колено, когда ездил по делам в другой город. Но в танцах я сегодня пас. Анна счастливо улыбнулась. — Регина ужасно расстроится. Ой, то есть я хотела сказать, может, тогда посидите со мной за бокалом вина? То есть я хотела сказать, мне надо вас познакомить с моим братом, он тоже историк, и… Анна окончательно запуталась и сбилась с мысли.

Я с удовольствием воспользуюсь любым вашим предложением. Элегантно пришел на помощь стратег. — А с вашим братом, думаю, интереснее будет поговорить шванку, ведь они оба студенты, верно? — Да, — радостно согласилась Анна, — брат на меня совсем не похож, а вот с Марцелем они точно найдут общий язык. Кстати, мы сделали сегодня заливное из языка, это наш семейный рецепт, обязательно попробуйте.

Фамильное гнездышко Линденов оказалось не слишком-то и просторным. Обычный дом на два этажа, ухоженный сад, уже тронутый ржавчиной осени, гаражи и череда весёленьких зелёных мусорных баков для раздельного сбора отходов. Электрический свет в окнах, приглушённая музыка в стиле ретро, запах кофе, пива и мяса. Совсем как в семейном кафе на площади. На тротуаре были припаркованы в ряд вылезанные до блеска автомобили, но не слишком новые или дорогие.

Видимо, некоторые гости поленились идти пешком через город. Кто-то смеялся, кто-то скучал и ждал возможности напиться, кто-то с пристрастием разглядывал наряд соседки. — Да-да-да, она молодица, но ведь свои пятьдесят не спрячешь, да-да. У кого-то болел живот и стёртые до мозолей пятки, кто-то предвкушал бесплатный банкет и возможность наконец-то хоть на одну ночь остаться не одной.

Марцель потряс головой, чувствуя, что вот-вот поплывёт. — Душно. Собственный голос показался песклявым и жалким. — Но мы же еще даже не вошли, — удивилась Анна. Клаустрофобия в легкой форме. С улыбкой, лишающей самой возможности размышлять здраво и непредвзято, пояснил Шелтон и обернулся к напарнику. — Шванг, вы не могли бы помочь мне подняться по лестнице? Кажется, я переоценил возможности своего колена.

Зато мои возможности ты оценил правильно. — Ага. Обопритесь на мою руку, профессор. — Спасибо. Кивнул благосклонно Шелтон и добавил еле слышно, «Что-то ты в последнее время хронически в плохой форме, Шванг. Может, тебе надо отдохнуть? Мы уже почти закончили здесь, и тебе не обязательно дожидаться окончания дела. Если хочешь, уезжай».

В последней фразе было что-то не то. Мартель почувствовал это позвоночником, как шершавую туго натянутую проволоку, слегка царапнувшую по коже. Вроде бы и не больно, но одно неосторожное движение… — Я не калека! Анна испуганно обернулась на слишком громкий возглас. Стратег крепче стиснул пальцы на локте у Марцеля. — Разумеется, Шванг, но вам следует помнить о своих маленьких слабостях, чтобы не оказаться однажды в больнице с осложнениями.

— И не псих. — Согласен, профессор, но и вам следовало посидеть дома, пока коленка не подживет. Когда лестница закончилась, Марцель отстранился так быстро, как это позволяли приличия. Мысли словно облепила тёплая густая паутина. Жалость. Шелтон жалел его.

Нет, не просто жалел. Видел беспомощным, нестабильным существом, нуждающимся в направлении и опеке. От беспомощности был один вздох до бесполезности. А бесполезных вещей Шелтон рядом не… Мартель обречённо зажмурился и с головой ушёл в мишанину чужих мыслей. Так проще было не думать. Стратега тут же обступила стая местных хищниц, привыкших к поклонению лидирующим позициям в негласном рейтинге, а потому чересчур самоуверенным и надоедливым.

Анна, опьяневшая от собственной смелости, застывшей улыбкой огрызалась на уколы и пробные удары, тщательно замаскированные под обычные комплименты. Шелтон же, изображая смущение от пристального внимания множество незнакомых людей, тянул информацию из всех источников. Кто кому приходится дочерью или сестрой, у кого где живут родственники, какой магазин держит брат Регины Тобиас Кляйн.

Любой кусочек пазла может пригодиться. Или нет? Марцель даже не понял, его это мысль или напарника, и, нахохлившись, побрел к закутку под лестницей, где стоял овальный столик с напитками. Знакомая прохлада обожгла так внезапно, что с языка само собой слетела… Герхард? Ах, да. Вряд ли он будет рад меня видеть. Рад встрече, Шванг. Несчастный полицейский был до того бледен и перепуган, что даже стал в кое-то веке выглядеть на свой возраст.

Больше двадцати двух ему бы сейчас точно никто не дал. И всё порочное очарование типажа а-ля актер-фильма для взрослых куда-то напрочь подевалось. «Да мы же вроде перешли на ты», — широко улыбнулся Марцель, излучая доброжелательность. Слушай, давно хотел поблагодарить, если б ты тогда не довёл меня до дома, честное слово, я б сдох.

Только вот, надеюсь, я никакой эпической хрени не наплёл тогда, а?» С видимой обеспокоенностью поинтересовался Марцель громким шёпотом, стреляя глазами по сторонам. «Нормальные люди несут хрень после трёх-четырёх коктейлей, а я когда болею. В общем, если что, извини, сам-то я всё равно плохо помню, что произошло». Герхард сглотнул и расслабился. — Ничего особенного не случилось.

Но я думаю, что вам, тебе, стоит обратиться к врачу. Однажды такой приступ может закончиться плохо. Мартель поюжился. Скользь брошенная фраза вежливости резонировала с неким глубинным страхом, который даже вслух называть не хотелось. — Ну, все когда-нибудь кончится, — натянуто улыбнулся он. — Как насчет Мартини? «Да вроде это женский напиток».

«Ну тебя, зато вкусно», — хмыкнул Марцель, и Герхард наконец рассмеялся. «Похоже, ты себя не очень комфортно чувствуешь во время подобных мероприятий». «Ага. Типа они для меня слишком шумные. В последнее время». Марцель отпил из бокала и хохотнул, словив картинку из восприятия Герхарда. Фрик в школьном костюме и жизнерадостных круглых оранжевых очках прикусывает черную маслину.

«Ты тоже, вроде как, не особо рад бесплатной кормёжке». «Тут Регина Кляйн», — протяжно вздохнул Герхард, плюхаясь рядом с Марцелем на диван. Себе он взял не мартини, а пиво. «А значит, будет скандал. Всё-таки вечеринка в честь возвращения Тома, а он вряд ли забыл о бомбициях Фройляйн-Кляйн». «А что с ними такое?»

заинтересованно подвинулся Марцель ближе, чтобы ловить не только слова, но и мысли собеседника, частично отключившись от остального мира. В общем, хоре гостей что-то постоянно раздражало, как таракан на стене, которого видишь только боковым зрением, но приглядываться как-то не хотелось. — Ну, расскажи, а? Я могила. Герхард с удовольствием отхлебнул из кружки, наблюдая за тем, как Шелтон с вежливой улыбкой отвечает, облачённой в роскошное алое платье Регине.

Да это, в общем-то, не секрет. — Фройляйн Клайн никак не могла решить, хочет ли она стать фрау Линден или фрау Штернберг. — А-а-а! Марцель на секунду замешкался, вылавливая из мысляных потоков Гирхарда целостные образы. — Хочешь сказать, она и к тебе клеилась? Вот прям на полном серьезе? — Она ушла от дома ко мне, не удосужившись поставить меня в известность.

Пьяно хохотнул Гирхард, и Марцель заподозрил, что что это была уже далеко не первая его кружка пива. — Ты представь, девушка бросает тебя ради школьника-соседа. Хорошая ситуация, да? А если вы еще и приятелями были до диверсии со стороны подружки? — Ну, хреново будет, — согласился Мартель вслух. — Ага. А вот меня бы вообще не удивило, если б моя подружка ушла к Шелтону. — Вот-вот. Поэтому подвое нам троим еще можно встречаться, но если мы собираемся все вместе…

Короче говоря, скандал — дело времени. Люблю шоу. Смотреть? Я тоже. А участвовать уже не особенно». Герхард поставил кружку с пивом на колено и запрокинул голову, упираясь затылком в спинку дивана. На электризованные светлые волосы тут же прилипли к синтетической обивке.

«И чего они ко мне лезут постоянно? — Нашёл, что спросить, — фыркнул Марцель. — Почаще смотри на себя в зеркало, может, поймёшь. У тебя вид жертвы. Меня тоже, кстати, поэтому я кашу под психа. — И как, помогает? — оживился Герхард. Марцель оскалился, глядя поверх съехавших на кончик носа очков.