Софья Ролдугина – Огни Хафельберга (страница 59)

Ещё шире отсклабился Марцель и, откровенно провоцируя агрессию, резко прыгнул вперёд. Мужчины среагировали мгновенно. Турист подался назад первым, за ним с небольшой задержкой отступил и фермер. «Или мозги вам перетряхнуть, чтобы они на место встали, а?» Разозлился он по-настоящему. «Да что же вы такие закрытые, детки?» Или… Марцелю стало смешно. «Или вам кто-то слил дизу про медитации?

Типа, если помедитировать подольше, то телепату зацепиться не за что будет. А молчите и прессуете вы, потому что концентрации у меня нарушаете. Ну, посмотрим, кто у кого концентрации нарушит». Приготовившись упасть на землю за поваленную сосну, Ну, Марцель наотмашь ударил по ним жутковато сюрреалистическим образом, подцепленным из снов ульрики. Гротескная человеческая фигура с искажёнными пропорциями, нависающая над полыхающим городом.

Турист не выдержал. Неуловимым для глаза движением достал из сумки пистолет и наставил его на Марцеля. В мыслях колотилась паническая «не работает, не работает, не работает», но фермера атака явно впечатлило меньше. Он просто увеличил расстояние ещё метра на два, оставив напарника на растерзание телепату. — Значит, главный у нас этот, в рубашке. А второй то ли пушечное мясо, то ли наказание отбывает за провинность.

Слабое звено. — Ага, с глушителем, — радостно констатировал Марцель и уставился туристу прямо в глаза. Тот и бровью не повёл, по-прежнему не понимая, как влип. Фермер отступил ещё на полшага назад, и в голове у него мелькнуло что-то на тему критического расстояния для воздействия и пределы для одновременных воздействий. «Так вы все-таки от Блау?» «Конечно! От кого же еще?»

«Ну, и чем я провинился?» Марцель спрашивал, но уже знал ответ. «Проверка лояльности, для меня, и проверка адекватности». «Господин Шванг, вам следует пройти с нами», — произнес наконец фермер, мгновенно обменявшись взглядами с напарником и подав ему знак выжидать. Не пытайтесь воспользоваться своими возможностями. Ситуация находится полностью под нашим контролем.

Но если вы будете в точности выполнять указания, вам ничего не угрожает. Гер Блау по-прежнему крайне заинтересован в сотрудничестве с вами. Мы просто хотим узнать кое-что о господине-стратеге, так как ход расследования вызывает у Гера Блау вопросы. Выжать из Шелтона информацию, устранить его, забрать телепата с собой. Это промелькнуло в чужом разуме за долю секунды, и этого оказалось достаточно, чтобы Марцель принял решение.

Инстинкты вскинулись на дыбы. Марцель, удерживая взгляд туриста, коротко хмыкнул. — Зря надеешься на правила двадцати метров. Ты уже мой. Убийца на секунду испугался, по-настоящему, да и коты, и пусть сразу задавил этот позорный приступ, но разум дал слабину. Марцель ухватила. Фермер успел что-то понять и попытаться защититься, выхватил пистолет, выстрелил, но турист марионеткой на веревочках шатнулся вбок, закрывая марцеля от пули.

Рефлексы одного боевика сыграли против другого. По белой-белой футболке растеклось красное пятно. Второй выстрел фермер сделать не успел. Турист резко вывернул ему руку с холодной жестокостью человека, терять которому нечего, и всей массой прижал к земле. — А вы, правда, профессионалы, — поморщился Марцель, массируя виски. Ощущение лёгкости и всемогущества пока ещё плескалось в крови, но он знал, что это ненадолго.

Две-три минуты, потом неизбежный приступ мигрени. — О чём ты думаешь, а? — он присел на корточке и заглянул фермеру в лицо. — А-а-а, устойчивость к гипнозу, и напарник, который подстраховывает, правила двадцати метров, медитация. «Поплачьте, ребята, вам слили дизу. И скажите спасибо Блау за хорошую подготовку.

Да, кстати, идея увезти меня куда-то силой или угрозами — фуфло. Телепатые зверьки свободолюбивые, мы куда-то насильно транспортируемся только в виде трупов, ну или под наркотой». «Я запомню», — прохрипел фермер. «Я не позволю», — ласково улыбнулся Марцель и вытянул руки. Одну подсунул под живот туристу, раздирая рану, а другую положил на лоб фермеру.

Ты ведь недолюбливал своего напарника, да? Ого! Даже Блау просил дать тебе другого человечка. И сейчас подставил его. Думал, он умрет один? Не-а. Ты будешь слушать его смерть, — зловеще прошептал Марцель, делая страшные глаза. — Ты ведь убийца, да? А убийца должен знать, что чувствуют люди, когда умирают.

Ага. А пока ты будешь в шоке от избытка впечатлений, я тихонько выпотрошу твои якобы натренированные мозги. И никакая концентрация не поможет. Первые шестнадцать секунд фермер стоически терпел. Потом у него посинели и задрожали губы, потом закатились глаза, стали видны одни белки. А когда турист обмяк, сознание наконец-то не выдержало. «А ты как думал, дружок?»

пробормотал Марцель, машинально вытирая испачканную кровью руку об джинсы. Горло подкатывала тошнота, но сейчас это было нормально. Обычная реакция на слишком глубокое сопереживание чужой смерти. Хотелось болтать безумолку, чтобы заполнить вакуум внутри. И неважно, что один из противников был мёртв, другой в глубоком обмороке, арут могла только сильнее испугаться и натворить глупостей. Умирать очень страшно и очень пусто.

Не волнуйся, в первый раз я тоже отключился, наверное. Воздух звенел от тишины, волнами накатывала головная боль. — Рут! — тихонько окликнул Марцель, подавляя желание сжаться в комок и забиться куда-нибудь в темный угол. Информация, вытащенная из мозгов фермера, словно распирала череп. — Рут! Ты мне нужна! — Да. Подойди, пожалуйста. — Пруд.

Из-за вражка монахиня выползла на четвереньках, но быстро совладала с собой и встала на ноги. Платок так и остался где-то в кустах. Черные от страха глаза, белое лицо. — Ты не бойся, — улыбнулся Марцель и убрал с лица мешающую прядь. Щеку захолодило. На пальцах еще оставалась кровь. Марцель лихорадочно потер лицо по долам футболки, но сделал только хуже. Футболка тоже была перепачкана.

Ну, что ты смотришь так, как на монстра? Они меня убить хотели. То есть, не меня и не сразу убить, но потом задание… Он запнулся и подполз крут, глядя снизу вверх. — Пожалуйста, сходи в город и позови Шелтона. Он дома у Вальцев, на втором этаже. Только никому ничего не говори. — Ой, ты же молчишь. Не зови полицию, в общем.

Иначе нас потом точно устранят. Пожалуйста, Рут! Лиза! Настоящее имя подействовало на нее, как ушат холодной воды. Рут подобрала полое одеяние и опромятью кинулась по тропе. — Не обращайся к посторонним! Найди Шелтона! — крикнул Марцель в догонку и откинулся на траву. Голова у туриста была повернута на бок, и светлые глаза слепо глядели в пространство.

Зрачок, с игольную точку, на губах что-то белое. Смерть стерла с лица напускную холодность, сдернула маску человека без возраста и души. Боевик из шельдерской группировки стал двадцатилетним мальчишкой. Мертвым мальчишкой. — Смотришь? — Марцель протянул руку и положил ладонь ему на шею. Кожа была еще теплая и слегка липкая от пота. — Ну и смотри. Меня даже совесть не мучает.

Как же вы меня напугали, сволочи! Он тыкнул мертвецу в щеку пальцем и рассмеялся. В глазах двоилось. — Шелтон, пожалуйста, приходи быстрее. Время вытягивалось, как тянется липучая смола, запахом кедров с гор, запахом гаря от города, белесовато синим небом, в которое хотелось упасть, с трёхотом и полоумевших цикад, колкостью из сокшей травы под затылком и под ладонями, чувством стянутости на левой щеке и болью, свербящей под черепом.

Хотелось закрыть глаза и раствориться в безмолвии, исчезнуть, но это бы означало остаться одному. Марцель хрипло выдохнул и перевалился навок. Немного впереди, на тропинке, было влажное кровяное пятно. Сейчас вокруг него копошились рыжеватые лесные муравьи. Кто-то кружил у границы, кто-то забирался в самую середину и увязал.

Если прикрыть глаза, это становилось похожим на копошение людей в овощном ряду супермаркетов в день распродажи. Марцель подул, но только зря. Сор взметнулся, а муравьи как суетились, так и продолжали суетиться. Потом от края леса повеяло прохладой. Телепат инстинктивно запрокинул голову, ловя порыв ветра, и только спустя секунд тридцать осознал, что это не физическое ощущение.

Когда Шелтон показался из-за поворота тропы, напряженный, как свернутая пружина, Марцель уже не жалко валялся рядом с трупом, а вполне прилично сидел, привалившись к сосне и покусывая отломанную травинку. — Долго ты, — выдохнул он. Пришлось позаботиться о монахине. У нее случилась истерика. Пожал плечами Шилтон и склонился, разглядывая неудачливых киллеров. — Не переживай, Рут сейчас просто спит в нашей комнате.

О-о-о, знаю этих парней. Тот, что сверху и определенно мертв, Рой. — А второй Хавок? Он жив, я надеюсь? — Должен быть. Поморщился Марселл и сплюнул травинку на землю. Во рту было кисло. Типа в глубокой отключке. Слушай, я тут у него в мозгах покопался.

В общем, какой-то чувак, с которого ты исцеживаешь информацию по текучему положению дел в группировке, стучит на тебя блау. Так что тот почти уверен, что ты работаешь на кого-то левого. Вот, даже послал этих ребят, чтобы они меня разговорили на тему твоей лояльности. — Тебя убрать собирались? Не сейчас. Только я психанул, потому что не разобрался, и вот, видишь… Ну, глупо на самом деле вышло, мы же не нашли ещё Штайна, значит, ты пока в безопасности был, а я всё испортил.