Софья Мироедова – Прилив (страница 6)

Лес свай вдоль дороги рос, вскоре путь перестал быть таким напряженным: столбы выглядели обнадеживающими препятствиями на краю бездны.

– Считайте, мы на месте! Наш посёлок, как вы уже поняли, располагается на скале посреди залива. Обычно высота воды тут не больше 100 метров, но все постройки начинаются на отметке трёхсот, на случай непредвиденных штормов. Хотя на моей памяти такого не было ещё ни разу.

– А это? – спросила Алла, заметив небольшую площадку на сваях, уставленную рыболовецкой утварью.

– Ох, это местный рыбный эксперт. Не обращайте внимания, рано или поздно его смоет приливной волной. Его же питомцы его и съедят. Хотя не уверен, что хоть одна из его рыбок смогла выжить тут.

Машина взбиралась наверх уже легче – дорога сначала расширилась, а после грунтовка сменилась обычной брусчатой. Вокруг начали появляться маленькие домики, почти как в городе, только стоявшие на массивных сваях. Практически к каждому зданию сбоку была прикреплена лодка. Кое-где вдоль узеньких улочек стала выглядывать зелень. Ближе к вершине поселок вовсе утонул в пальмах, фикусах и пышных цветущих кустах.

– Добро пожаловать на Дахабский Маяк! – Саид расслабился и сел поудобнее. – Теперь осталось добраться до виллы, и вы дома.

Через пять минут вездеход подъехал к маяку. Рядом с ним было двухэтажное здание. Сиреневые окна второго этажа светились среди густой растительности, отражая вечернее небо. Вдоль выложенной плиткой дорожки к воротам стояли кадки с кактусами, алоэ и какими-то цветами.

Алла и Виктор вышли из машины, вынули чемоданы и остановились у входа, разминая затёкшие тела.

– Вот вы и дома, можете заходить, – беспечно протянул Саид. Он уже стоял на тротуаре и скручивал новую самокрутку.

Алла пошла вперёд по узкой мощёной тропинке к высокой ограде. Остановившись возле ворот, помедлила – она уже привыкла, что здесь всё иначе, чем на Земле, возможно, была специальная панель, к которой нужно было приложить руку. Оглядев всё вокруг и не найдя ничего похожего на дисплей, девушка просто толкнула рукой металлическую ограду, и та поддалась.

– Ах да, – спохватился Саид, догнав её. – Вот ключи, – он протянул ей колечко с двумя металлическими стержнями.

– Ключи? – удивилась Алла.

– Дай-ка я, – Виктор взял ключи и, опередив жену, зашёл во внутренний двор.

Сада был выложен расписанной плиткой, повсюду были клумбы с цветами и деревьями, в центре белела пустая ванна бассейна, по краям которой стояли лежаки, садовый покосившийся столик и два стула. По стене дома на крышу взбирались тонкие стебли дикого винограда.

– Как будто в прошлое попали, правда? – Саид похлопал Виктора по плечу.

– И правда, – ответил тот и медленно направился к входной двери, спрятавшейся в пальмовых зарослях.

– Растений тут раньше не было, это всё моя жена, у неё мания озеленять всё на своем пути. Тэви из азиатских колонистов, скучает по тропикам. Она будет заходить раз в два-три дня, поливать цветы. Если доконает, скажите мне, разберусь.

– Нет, что вы! – воскликнула Алла. – Здесь невероятно красиво! Как во сне!

– Ага!

Виктор тем временем открыл дверь виллы и зашёл во тьму гостиной. Жена последовала за ним.

– Свет тут, – Саид щёлкнул выключателем рядом с дверью, и комната наполнилась приятным тёплым светом.

Посреди просторной гостиной громоздились коробки, ящики, контейнеры и чемоданы. Комната была чистой, пахла цветами.

– Мы тут прибрались перед вашим приездом, багаж вот занесли. Хотел спросить, – их гостеприимный гид подошёл к длинному металлическому кейсу. – Вы что, сёрфингом занимаетесь?

– Да, я катаю, – засунув руки в карманы шортов, кивнул Виктор.

– Неужели? – брови Саида взметнулись по его высокому морщинистому лбу к самой резинке красной шапочки.

– Да, лет десять уже.

– Классика?

– Да всё подряд, в зависимости от условий.

– Что привёз?

– Несколько досок для классики и пару комплектов для кайта.

– А паруса?

– Пока решил не торопиться с ними.

– И правильно! Тут не принято об этом говорить, но я раньше катал на виндсёрфе, но с возрастом бросил. Хотя с ветрами у нас всё в порядке.

– Не принято говорить?

– Ну, мало кто из местных принимает морские ванны. Хотя никаких постановлений от правительства на этот счёт нет. Судоходство тоже у нас плохо развито. Меня это мало волнует, я родился на Шаи, меня не напугать! Так что под парусом хожу спокойно.

– На чём сейчас?

– Когда как, иногда со змеем, иногда на борде. Честно говоря, спина шалить начала, думаю вот яхту построить.

– Яхту?!

Пока мужчины обсуждали высоту волн и силу ветра, Алла продолжила осмотр дома. Кроме гостиной и кухни, совмещенной со столовой, на первом этаже был только санузел. На втором оказалась спальня, три комнаты без обстановки, пара ванных и выход на террасу. Двери были открыты и прозрачные занавески танцевали на ветру. Алла отодвинула одну и вышла на воздух. Терраса была широкой, там стояла пара стульев, стол, барбекю, в углу были набросаны подушки. Девушка подошла к перилам: перед ней лежала зеркальная гладь залива. Вдали виднелись сиреневые горы, устремившиеся пиками в розовеющее небо. Там, где скалы исчезали, небо и водная гладь смыкались, а граница горизонта растворялась в акварели опускающихся сумерек. Над головой начинали появляться яркие звёзды, чужие звёзды. На западе всходила одна из лун Шаи.

– Где ещё увидишь такую красоту, а? – сзади послышались шаги мужчин. Саид подошёл к перилам. Виктор обнял жену за талию. – Вон поднимается Ях, вы знали, что первые колонисты дали названия всем значимым объектам в честь древнеегипетских богов? Вот Ях – бог луны. Тут он сам, можно сказать, стал луной. Это больший из двоих спутников Шаи. Меньший, Нут, в честь богини неба, взойдет уже на рассвете, – загорелый мужчина с горбатым носом и впалыми щеками, подёрнувшимися седой щетиной, водил рукой по небу, указывая на появлявшиеся звёзды.

Виктор посмотрел вниз на посёлок – там жались друг к другу маленькие белые домишки, чьи балконы были уставлены цветочными горшками. Крыши были устланы солнечными панелями, которые, точно зеркала, отражали сиявшее звёздами небо, на одной из них паслась коза. На узкой платформе, зажатая между двумя домами, ютилась мечеть. На её шпиле сверкали, отражая свет вечернего неба, два горизонтальных лунных серпа.

– Завтра всё вам покажу, – прервал тишину Саид, оттолкнувшись от перил. – Если что, я живу ярусом ниже в похожем доме. В смысле, остальные дома хотя бы видно, наш уже совсем зарос. Будут вопросы, заходите. Сегодня местная связь, скорее всего, будет со сбоями, какие-то работы. Слышал, запускают новый спутник, ваш?

– Наверное, – кивнула Алла.

– Вот и замечательно! – невысокая, сухопарая фигура их соседа направилась к выходу с балкона. – Видел, вы купили продукты? Это хорошо, хотя мы тоже оставили вам кое-что на кухне. Питьевая вода в больших бутылях, не вздумайте пить водопроводную, она идёт прямиком из океана. Вы, конечно, не отравитесь, она чистейшая. Но что-то с ней не так… Ну ладно, об этом уже завтра. Отдыхайте, я захлопну дверь!

– Спасибо, до завтра!

– Счастливо!

Саид прикрыл двери террасы и скрылся в темноте дома. Виктор развернул Аллу к себе лицом:

– Вот мы и дома! – он улыбался.

– Дома, – повторила она и обняла мужа, стараясь скрыть необъяснимо дрожь, тронувшую её плечи после слов старожила об океане.

3. Океан

В ушах свистело, узкая доска резала водную гладь как топлёное масло. Виктор резко дернул на себя левый край планки, и кайт взмыл в небо петлей, утянув его за собой ввысь. Нагретый послеполуденным солнцем воздух обнял его, точно тёплое течение. Виктор трижды развернулся и плавно опустился на воду, продолжая идти вперёд. Прыжки на гладкой воде не были его страстью. Он ждал волны, той волны, о которой сёрферы на Земле складывали легенды. Сегодня океан был спокоен, но Виктор всё равно не мог не опробовать его. Рассекая зеркальные воды, он чувствовал, как силён ветер, как мягко греет местное солнце, и как необычно ведёт себя жидкость под доской. Вода была такой плотной, словно это был самый соленый водоём, которые ему приходилось видеть в жизни. Солонее, чем Мёртвое Море и розовое озеро Ретба. При этом никакой соли на своих губах Виктор не ощущал, будто катался на реке. Доска пружинила под ногами, точно под ней струилась ртуть, а не вода. Он опасался, что из-за пониженной гравитации не сможет совладать со снаряжением, но казалось, водная гладь сама направляла его движения играя по его правилам.

Горы по бокам то наступали, оказываясь в опасной близости, то исчезали в лёгкой дымке, стоявшей над водой даже в ветреные дни. Виктор старался не уходить настолько далеко, чтобы потерять из виду маяк. Отсюда посёлок казался крошечной деревушкой на маленьком скальном островке с зелёными всполохами на вершине. Воздух был свеж и наполнен озоном. Снова казалось, будто только что прошел дождь. Небо было безоблачным, по разным краям горизонта виднелись два спутника. Видимость была настолько хорошей, что можно было отчетливо рассмотреть поверхность обеих лун Шаи, лежавших серпами над горами. Они висели над заливом, как игрушки над детской колыбелью.

Начало щипать лицо, тыльные стороны рук заметно покраснели, на ладонях начали гудеть старые мозоли. Виктор вскинул запястье, и на линзы спроецировался циферблат часов – он был на воде с полудня, а солнце постепенно начало клониться к западу. Столько времени под открытыми лучами не пройдут бесследно даже на Земле, что и говорить о местной радиации. Он набрал полные лёгкие свежего воздуха, махнул кайтом, развернулся в прыжке и направился в сторону Маяка.