Софья Маркелова – Блуждающий торговец (страница 12)
– П-почему тут так холодно? – боязливо спрашивает Дима, обхватывая плечи руками.
Я стремительно замерзающими пальцами нащупываю выключатель. Но он не работает. Погружённый в полумрак коридор, убегающий вперёд, кажется бесконечным. Здесь пространство искривлено гораздо сильнее, чем в подъезде. До закрытых комнатных дверей, виднеющихся вдалеке, кажется, придётся идти не меньше минуты. А линия пола виляет из стороны в сторону, как горный серпантин, понемногу закручиваясь в спирали.
– Кажется, теперь я понимаю, о чём вы говорили, – тихо произносит брат.
– Ты теперь видишь искривлённое пространство?
– Да.
– Любопытно.
– Я не уверена, что хочу туда идти. – Лера всё ещё стоит на пороге и с неподдельным страхом вглядывается в конец коридора, где виднеется погнутая дверь туалета или ванной, напоминающая смятый лист бумаги.
Помимо нашего шёпота и назойливого белого шума в квартире нет других звуков. И это настораживает ещё больше, ведь я совершенно точно видела человека в окне. Где же он сейчас? Неужели прячется от нас?
– Эй! – не слишком громко зову я хозяев. – Есть кто-нибудь дома? Не бойтесь! Мы пришли помочь!
Но никто мне не отвечает. А тем временем я замерзаю всё больше, да и Диму с Лерой трясёт, будто в квартире не выше минус десяти градусов. Наши тонкие осенние куртки совсем не спасают.
Окутанные облаком пара, мы понемногу продвигаемся вперёд. Оставив за спиной приоткрытую входную дверь, мы ступаем по бесконечно длинному коридору. Квартира выглядит заброшенной. Вроде бы вещи владельцев лежат на своих местах, но при этом все они кажутся настолько ветхими и древними, словно их целый век не касалась рука человека. Потемневшая иссохшая обувь, шкаф, покрытый потрескавшимся лаком, велосипед со спущенными колёсами.
– Здесь становится всё холоднее, – замечает Лера. У неё зуб на зуб не попадает.
Первая же дверь в комнату оказывается приоткрытой. Нам втроём приходится навалиться на неё всем весом, чтобы распахнуть. С протяжным скрипом трухлявое дерево сдвигается с места, царапая слой колючего инея на полу, и мы вваливаемся в кухню.
По ощущениям, температура здесь как на Северном полюсе. Я чувствую, что у меня синеют губы.
На этой маленькой тесной кухне возле самого окна, наполовину скрывшись за занавеской, стоит человек.
– Здравствуйте!.. – испуганно здороваюсь я.
Но человек мне не отвечает, даже не оборачивается. Так и продолжает смотреть в окно.
– Варя, давай уйдём отсюда, – малодушно просит Дима, дёргая меня за рукав ветровки.
Я коротко цокаю и медленно подхожу к недвижимой фигуре, дыша через раз. Щуплая немолодая женщина в вязаном кардигане расслабленно стоит, чуть склонив голову набок. Едва я осторожно касаюсь её плеча, то сразу же отдёргиваю руку и отступаю на шаг назад.
– Что такое? – нервно спрашивает Лера, вцепившись в Диму.
– Она ледяная…
Сглотнув, я заглядываю женщине в лицо. Бледная кожа покрыта тонким льдом. В раскрытых карих глазах читается вселенская усталость. Убранные в хвост волосы, вязаная кофта, худощавые руки – всё сковано льдом. Будто женщину облили водой, а после за секунду заморозили. Она выглядит совсем как живая, вот только не дышит.
– Что тут происходит? Кто сделал это? – шепчу я сама себе, едва оправившись от шока.
Взгляд хозяйки квартиры направлен на подъездную дверь, которая замечательно просматривается из окна. Значит, именно она следила за мной из-за занавески и вчера, и сегодня.
Ледяная безжизненная фигура.
Лера в ужасе отшатывается от женщины, когда, как и я, замечает слой льда. Дима и вовсе хлопает широко распахнутыми глазами и даже не знает, что сказать.
– Нужно проверить всю квартиру, – собравшись с духом, предлагаю я.
Мы покидаем кухню и движемся по безумно длинному коридору дальше. Белый шум практически заглушает мысли. Мне физически больно от громкости этих помех, но от них нет спасения. Замёрзшие руки я ещё некоторое время пытаюсь отогревать дыханием, а после прячу в подмышки, чтобы окончательно не отморозить.
Когда нам удаётся добраться до гостиной, мы застываем на пороге, раскрыв рты в изумлении.
В комнате идёт снег.
Вот только полчаса назад мы с сестрой и братом были в чудесном тёплом сентябре – и вдруг оказались посреди морозного и снежного января. Который почему-то, презирая все законы природы, наступил в одной-единственной квартире.
Мягкие пушистые хлопья падают с потолка, медленно кружась в воздухе. Тонут в объёмном сугробе перекрученный диван, вздувшийся стеллаж с телевизором и перекошенный журнальный столик. Нет ни одного предмета в скособоченной комнате, который выглядел бы как обыкновенная вещь. Мы словно смотрим на эту квартиру через кривое зеркало.
В кресле напротив входа замерла сгорбленная фигура лысого мужчины в очках. Он навечно застыл в одной позе, покрытый льдом и окружённый снегом. В его руках виднеется тонкий хрустальный флакон, такой изящный и хрупкий на первый взгляд, что кажется, одно неловкое движение – и он рассыплется на сотню блестящих осколков. Стеклянная пробка зажата в пальцах хозяина квартиры, а из узкого вытянутого горла сосуда белёсой спиралью поднимается холодный воздух, смешанный со снегом.
– Жуть какая… – сглотнув, шепчет брат.
Не могу с ним согласиться. В своих путешествиях я видала вещи куда страшнее. Мир-корабль, медленно и неотвратимо тонущий из-за пробоины; выжженные степи, покрытые кратерами, на месте которых некогда благоухал сад редчайших цветов; Остров Утративших Надежду – скорбное место, куда сосланы все неизлечимо больные, где их пожирают невообразимые хвори и недуги.
Меня не так сильно пугает замёрзший человек в заснеженной квартире, как сам факт того, что это случилось именно в моём мире. В мире, где подобное не считается нормой.
– Эти помехи точно идут оттуда, – кривится Лера и указывает на флакон. – Я уже не слышу собственных мыслей!
– Варь, давай позвоним маме? – упавшим голосом просит Дима. – Мне всё это не нравится. Мама точно разберётся, что тут к чему.
– Мы достаточно взрослые, чтобы самим разобраться, – твёрдо отвечаю я.
Ещё не хватало впутывать сюда тётку! Она уж точно не будет рада, если мы прервём её сеанс гадания с клиенткой своим звонком и просьбами приехать. Опять будет злиться, что мы не способны справиться с работой стражей без её надзора.
– Как думаете, если я заберу этот флакон, он меня заморозит? – с хладнокровием настоящего исследователя заявляю я.
– Варь, не надо! – просит сестра.
Но я её не слушаю. Бесстрашно подхожу вплотную к заледеневшему хозяину квартиры и достаю из одеревеневших пальцев хрустальный флакон вместе с пробкой. Руки мгновенно пронзает безумный холод, но я не обращаю на него внимания, торопясь закрыть крышку и закупорить ледяной вихрь внутри.
– Вот видите, а вы боялись, – спокойно заключаю я, оборачиваясь.
На лицах Леры и Димы читается плохо скрываемый ужас. Они застыли двумя статуями и обескуражено смотрят на меня, будто ждут, что я с минуты на минуту превращусь в лёд.
– Ты как? – нервно спрашивает сестра, на длинных ресницах которой собралась целая стайка снежинок. – Ничего не чувствуешь?
– Всё в порядке. По-моему, здесь совершенно очевидно, что хозяева квартиры покрылись льдом лишь из-за того, что открыли флакон. Этот мужчина заледенел, стоило ему достать пробку, – это заметно по его позе. Есть вероятность, что если открыть его ещё раз, то всё повторится.
Дима с ужасом переводит взгляд на флакон в моих руках.
– Я тебя умоляю, держи его крепче, – бормочет он, не переставая дрожать от холода.
– Нужно отвезти его Анфисе, – командую я, проходя в коридор по хрустящему снегу мимо сестры и брата. – А если она не знает, что это такое, то я спрошу несколько своих знакомых стражей на других деревьях.
– А что делать с хозяевами и квартирой? – растерянно интересуется Лера, обводя руками комнату. – Нельзя же оставлять всё в таком виде. Нужно что-то придумать…
– Вряд ли мы тут чем-то сможем помочь. Это тебе не рядовая нечисть, с которой мы давно знаем, как справиться. Это что-то совершенно иное.
– Предлагаешь бросить всё как есть? Варя, но ведь тут же люди во льду!
– Думаю, как только мы унесём отсюда флакон, квартира медленно оттает. Но вот что будет с хозяевами – понятия не имею.
– Мы должны найти способ им помочь!
– Флаг в руки. Но для этого сперва нужно вернуться в гнездо. Тут нам больше делать нечего.
Не теряя времени, я преодолеваю растянутый коридор, чувствуя, что окончательно замерзаю. Пальцы еле слушаются, с трудом сжимая флакон. Сестра и брат торопливо следуют за мной, о чём-то перешёптываясь. Едва мы покидаем квартиру и захлопываем дверь, как мягкое тепло подъезда ватным одеялом обволакивает нас и на мгновение лишает любых мыслей.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.