Софья Филистович – Иероглиф (страница 8)

Феликс схватил жилистую руку парня, крепко пожал ее, заливаясь радостным звонким смехом:

– А Билли могу называть?

Билл коротко рассмеялся, словно поддерживая мальчика, но почти сразу осекся и бросил:

– Нет! А теперь пойдем отсюда, хоббит.

Билл вернулся на диван, приняв всю ту же ленивую позу. Феликс, надув губы, облокотился о дверной косяк: «Как же так, он же обещал меня не называть… обидными словами! Так нечестно!»

И тут из ванной вышел Семён, посвежевший и умиротворенный, в банном махровом халате, с мокрыми после душа волосами, зачесанными назад. Ученый вошел в гостиную, и Феликсу сразу стало спокойнее, даже задышалось легче. Словно появился добрый волшебник, готовый покарать мерзкого гоблина и поставить его на место.

– Добрый день, Билли! – надменно произнес Семён.

– Добрейшего! – гость неуклюже вскочил, поприветствовав хозяина дома. – Кстати, у вас очень приставучий консьерж, не давал мне пройти, доставал со своими шутками.

– Это ты к тому, что опоздал в очередной раз? – брови ученого слегка приподнялись. – Вычту из зарплаты!

– Если б еще нормально платили… – пробубнил Билл, но так, чтобы Семён не услышал.

– К слову, как себя чувствует Марк?

– Он… идет на поправку.

– Чудненько! Передавай привет, – ученый сделал паузу, – от меня! Я бы зашел к нему, но работа, понимаешь, нельзя отвлекаться. – Семён сомкнул руки. – Так, надеюсь, вы уже познакомились, и мне не нужно будет тратить свое время?

Семён взглянул на надувшего губы Феликса, который так и сжигал Билла взглядом.

– Феля, дорогуша, прошу тебя не облокачиваться о косяк двери, а также о стены! Если ты устал, ты можешь присесть, а стены не для этого предусмотрены, понял?

Решив, что уделил гостям достаточно внимания, Семён развернулся и торопливо направился в сторону спальни. Он постоянно куда-то спешил и терпеть не мог опаздывать.

– Семён, а можно с вами поговорить? – Феликсу очень хотелось переубедить мужчину, не оставаться с Биллом. Только Семён был не из тех, кого можно легко переубедить, и детские хотения точно не являлись для него аргументом:

– Поговорить нельзя, быстро спросить можно.

– А вы надолго? – подготавливал почву для разговора Феликс.

– Как получится. – Семён подошел к двери, но Феликс, обогнав ученого, встал перед ним.

– Я бы хотел, точнее, я подумал, может быть…

Феликс мямлил, и Семён начал постепенно выходить из себя. Возня с застенчивыми детьми никогда не была его хобби.

– Феля, прошу тебя сформулировать свою мысль, а потом, когда я вернусь, мы ее обсудим! А теперь отойди, – ученый схватился за ручку двери, – мне нужно собраться!

– Вы не понимаете, это важно решить именно сейчас! – не пускал его Феликс. – Билл не похож на человека… который способен следить за кем-нибудь, ему же даже з-золотую рыбку доверить было бы опасно!

– Так, понятно. Ну, за неимением лучшего варианта пришлось нанять его! Он человек проверенный, да, раздолбай, но свое дело знает!

– А чем он вообще занимается? – сомневался Феликс.

– Понятия не имею. Для меня он выполняет мелкие поручения, а где лежит его основное, гм, призвание, меня не касается.

– Но вы могли бы взять меня с собой! – не сдавался Феликс.

– Нет, не мог бы! Не смей указывать, что я должен делать! Если тебя что-то не устраивает, тебя никто не держит, дверь прямо! – разозлился Семён.

Феликс покраснел. Глаза наполнились слезами, мальчик опустил голову и, оттолкнув Семёна, побежал в ванную, обиженно хлопнув дверью. Вслед ему донесся раздраженный крик:

– И не смей мне тут дверями хлопать! Ты не у себя дома!

– Отец года! – возник Билл в пролете коридора.

– Ты в пяти секундах от того, чтобы провести остаток жизни в лежачем положении! – гаркнул Семён. Билл моментально притих, скрывшись в гостиной.

9.

Феликс сидел за дверью и тер глаза, стараясь прийти в себя. Резкий тон Семёна, который почти всегда говорил спокойно и вежливо, задел его куда больше, чем если бы речь шла о том же Билле. Феликс всхлипнул, прерывисто вздохнул, пытаясь убедить себя успокоиться: он же не плакса, он не должен показывать слабость! Особенно при Билле. Билл точно не должен знать, что Феликса так легко сломить.

Мальчик подошел к зеркалу, уставился на свое покрасневшее, заплаканное лицо, и его на миг накрыло дежавю. Словно даже эту обиду, это чувство глубокой несправедливости он уже испытывал раньше. Возможно, дома, а возможно, где-то еще.

Феликс сделал глубокий вдох: «Сейчас ты выйдешь из ванной и извинишься! Ты был неправ, и сам прекрасно это знаешь! Семён хочет как лучше! Да и что ты истеришь вообще? Билл же не какой-нибудь садист и убийца, побудешь с ним денек, а потом вы, может, вообще никогда не увидитесь!»

Ученый прихорашивался, стоя у зеркала – завязывал галстук, наносил на волосы лак (в несколько большем количестве, чем требовалось). Темные каштановые волосы казались неестественно жесткими, как у куклы. Под ногами гудели боты, начищая обувь до блеска. Прихожая наполнялась едким химическим запахом, смешиваясь с мятным ароматом конфеты, которую Семён бросил под язык.

– И что мне с пацаном делать? – Билл игрался с зажигалкой, проводя ладонью над пламенем.

– Ты у нас нянька, сам-то как считаешь?

Билл стал расплываться в кривой ухмылке.

– Билли, если он на тебя пожалуется, я ж узнаю! Понял?

– Может, его хоть из ванной вытащить?

– Зачем? Успокоится и сам выйдет, не надо его трогать, – Семён поправил пиджак. – Будто бы не знаешь, как себя дети ведут в переходном возрасте. Ах, да, ты ж сам еще недалеко ушел, – ученый усмехнулся и взял сумку. – Ну, как я выгляжу?

– Блестяще, – выпалил сухим каламбуром Билл.

– Ох и дошутишься ж когда-нибудь! – спокойно ответил Семён. Он уже готов был уйти, как из-за угла выбежал Феликс.

– Семён, постойте, я хотел… – мальчик зашмыгал носом.

– О, соплежуй вернулся, – подколол Билл, – я уж думал, ты там в ванне из своих же слез утонул!

– Билли! Нос не болит?!

Парень моментально притих, метнув на Феликса мрачный взгляд исподлобья.

– Ты что-то хотел, Феля?

– Я хотел попросить… – Феликс протянул карточку банка на имя Олега. – Я могу попросить, чтобы вы узнали, что это за человек?

– А ты совсем не помнишь, кто бы это мог быть? – уточнил Семён, разглядывая карточку, но Феликс лишь скорбно помотал головой в ответ. – Я сделаю все, что в моих силах. Это все?

– Спасибо вам! – Феликс опустил глаза в пол. – И п-простите, что я так некрасиво себя повел.

– Черт, так мило, что меня сейчас радугой стошнит! – прокомментировал Билл.

– Извинения приняты, Феликс! Я рад, что ты обдумал свое поведение и сделал выводы. В отличие от того, кто сейчас пойдет и проводит меня до лифта, да, Билли!

– Нет, нет, нет, я буду паинькой, честно! – голос Билла задрожал, парень размяк и уже не казался таким крутым и свирепым.

– Взял сумку и пошагал к лифту, бегом! – Семён протянул сумку, что висела у него на плече. – Через пару минут верну тебе няньку, Феля. Я с ним поговорю, будет тебе подарок от меня.

Жилистой, дрожащей рукой Билл перехватил ремень протянутой сумки. Дверь закрылась, пентхаус опустел. Феликс остался ждать. Из комнат доносился гул убоботов, из приоткрытого окна – шум улицы, а что творилось за дверью пентхауса, оставалось только гадать.

«Может, разговор с Семёном сделает из Билли… кого-то чуть менее агрессивного? На примерную няню, конечно, надеяться глупо, но… Надеюсь, Билла все же не будут сильно ругать. Он, конечно, заслужил, но Семён казался таким грозным, что теперь я беспокоюсь. Ой, я совсем забыл рассказать про Тошу… А с другой стороны, что рассказывать, когда я ничего о нем не помню. Телефон! Надо проверить контакты!»

Телефон наконец-то заработал! Немного тормозил, конечно, но это было не так важно. Голограммный экран заиграл яркими красками, отсканировал лицо мальчика и открыл главную страницу.

Мобильник – такая привычная и в то же время необходимая вещь. Это часть человеческой жизни: социальные сети, дорожные карты, книги, наука, развлечения… Люди упростили свою жизнь донельзя. Теряя память, можно в пару кликов узнать о себе все, обрадоваться, а может, и ужаснуться. Если бы все было так легко и для мальчика, который стоял в центре комнаты и глядел на экран своего телефона, безнадежно пытаясь вспомнить хотя бы один пароль от социальной сети.

Возможно, если бы Билл не вернулся в пентхаус так быстро, у Феликса бы получилось. Может, он смог бы дозвониться до кого-нибудь, хотя бы до того самого Тоши, абонент которого был, как назло, недоступен. История могла бы повернуться иначе. Но случилось то, что случилось.

Билл шатался из стороны в сторону, прикрывая разбитый нос рукавом болтающейся рубашки. Кровь капала на чистый пол, и скапливающиеся у ног парня убоботы загудели громче обычного.

– Билли, представляешь, я тут пытался дозвониться… – Феликс в ужасе замер. У него в голове не укладывалось, каким же образом надо было споткнуться, упасть, чтобы так сильно расквасить себе нос?! – Тебе срочно нужен л-лед и запрокинуть голову! Или опустить… Не помню, как там…