реклама
Бургер менюБургер меню

Софокл – Драмы (страница 95)

18
А я, слепец, безумный, упустил тебя! Где, где Пал злоименный Аякс,[226] наш вождь непреклонный? Взор опустите; складчатым плащом Его покрою я[227] всего сначала: Невыносим и другу вид его. Сочится кровь последнего дыханья Из уст и из ноздрей, и кровь застыла Струею черной вкруг багровой раны, Что сам себе нанес он. Что мне делать? 920 Кто из друзей тебя поднимет? — Тевкр? О, вовремя пришел бы к нам теперь он: Помог бы брата павшего убрать. Ты ль это, витязь, ты ль, Аякс, несчастный? И враг слезой почтил бы смерть твою! Знать, судьба тебе, знать, судьба была Душу сильную об утес разбить Горя горького, необъятного! Знать, недаром боль нестерпимая Из груди твоей в ночь и поутру 930 Исторгала стон раздирающий Гнева ярого на вождей лихих! Сколько лютых зол нам сулил тот суд — Суд доблести златых доспехов ради![228] О горе, горе! Удар жестокий сердце ранит, знаю. О горе, горе! 940 Не в диво мне сугубое стенанье — Такого друга миг один унес! Вам понимать, мне ж чувствовать дано. О да, права ты! Дитя мое, какой ярмо неволи Нас ждет! Чьей власти покоримся мы! Горе новое несказанное Ты затронула! Власть безжалостных Двух царей грозит! Да хранит вас бог! 950 Когда б не боги, злой беде не быть! Да, горестей сверх меры нам послали! Взрастила их во славу Одиссея Жестокая владыки-Зевса дочь. О, злорадствует черная душа Многохитрого мужа-лиходея! Исход безумья громким смехом встретит он. Да, да: 960 Смехом его и цари приветят Атриды! Что ж, пусть смеются, пусть над горем нашим Злорадствуют! Живого не ценили — Поди, заплачут об умершем вскоре, Когда в бою придавит их нужда. Не знает благ своих глупец, покуда Не вырвет их из рук его беда. На горе мне,[229] не им на радость умер Аякс; себе ж, конечно, угодил, Обретши то, чего душа желала. Пристало ль им смеяться над погибшим? 970 Пал в жертву он богам, а не Атридам. Пусть Одиссей победою кичится: Аякса нет; лишь мне одной оставил Он горький плач и стоны по себе.

ЭПИСОДИЙ ЧЕТВЕРТЫЙ

О горе мне! Замолкни: Тевкра, мне сдается, голос Я слышу, отклик нашего несчастья. Аякс, любимый, брат единокровный![230]