Софокл – Драмы (страница 134)

И месячным молебствием богов Спасенья — так зовя их — ублажает! Все это видеть я должна — недаром Я взаперти сижу — и плачу, плачу, В слезах свою кручину изливаю, И проклинаю пир тот нечестивый, Что именем отца уж нарекла[315] Молва народная; но тихо, тихо, Сама с собой — ведь даже плакать вволю Мне не дают. Она, — она, что всюду В речах своих достоинство блюдет! — В таких словах скорбящую поносит: "О тварь безбожная! Одна ль на свете 290 Отца лишилась ты? Никто другой Не взыскан горем? Сгинь лихою смертью! И пусть печали этой никогда С тебя не снимут преисподней боги!" Вот наглости ее пример. А если Ей намекнуть на возвращенье сына, Она, себя не помня, с диким воплем Летит ко мне. "Не ты ль всему виною?[316] Не ты ль, из рук моих его похитив, Отправила в далекий край? Но верь мне: Достойная тебя постигнет кара!" И дальше льется слов поток бесстыдных, 300 И достославный вторит ей супруг, — Он, этот трус презренный, эта язва, Он, что руками женщин бой ведет![317] И жду я, жду, когда ж святая грянет Ореста месть — и в ожиданье чахну. Он вечно медлит, иссушая корни И нынешних и будущих надежд. В таком несчастье места нет почтенью И добрым нравам, милые; не диво, Что в злой судьбе и злые мысли зреют. 310 Скажи одно мне: близок ли Эгисф К беседе нашей, иль ушел из дома? Ушел, конечно. Не была б я с вами, Будь дома он. В полях он, далеко. За весть спасибо. Легче будет мне Собраться с духом и спросить тебя. Спроси о всем, чего душа желает. Изволь, спрошу. Что говорят о брате? Спешит иль медлит? Все я знать хочу! Спешить готов — да только долго медлит! 320 Не сразу муж великих дел творец. Но жизнь ему спасла я все же сразу! Он благороден, не теряй надежды! Одной надеждой жизнь моя красна. Теперь ни слова! Из дому выходит Хрисофемида, кровь тебе родная; В руках у ней даров заупокойных Сосуд, подземным божествам привет. И вот ты снова у дверей, сестра, И все поешь старинной скорби песню 330 Ужель тебя не отучило время Порывам тщетным угождать души? И мне — настолько знаю я себя — И мне тяжел насущной жизни облик, И будь я в силе — вмиг они б узнали, Как я нещадно осуждаю их. Но нет нам ветров ласковых, — и парус Мы свой спустить должны и бросить мысль О показных ударах, от которых Не больно им. Такое же решенье