Софокл – Драмы (страница 102)

И мне назло грозит похоронить. Возможно ль другу, — честь воздавши правде, Тебе и впредь с готовностью служить? 1330 О да; запрет безумью был бы равен: Из всех аргивян ты мне лучший друг. Послушай же. Не должен ты бездушно Аякса оставлять без погребенья, Не должен силе доверять настолько, Чтоб в ненависти правду попирать. Он и ко мне враждой пылал безмерной С тех пор, как я доспехами Ахилла По приговору овладел. Но я Не отплачу бесчестьем за бесчестье. Признать я должен, что из всех ахейцев, 1340 Что против Трои двинулись в поход, Он уступал Ахиллу одному. Так и тебе не след его бесчестить. Ведь не его, а божии законы[251] Ты оскорбишь. Позорить трупы храбрых И в ненависти Правда не велит. Ты, Одиссей — ты с ним — и против нас? Да; ненависти честь кладет предел. И я не вправе мертвого попрать? Не домогайся выгоды бесчестной! 1350 Во власти правду нелегко блюсти! А уступать благому друга слову? Долг добрых — уступать законной власти. Брось! Власть — твоя, хотя б и внял ты дружбе. Ты помнишь ли, кого почтить ты хочешь? Он мне врагом, но благородным был. Что ж, столько чести мертвому врагу? Я помню не вражду его, а доблесть. Безумия полны такие речи! Подчас и друг становится врагом. 1360 Таких друзьями делать — твой совет? Совет мой — избегать жестокосердья. Ты трусом выставишь меня сегодня! Нет, праведным судьей для всей Эллады. Велишь отдать его для похорон? Да; и меня ведь та же участь ждет. Все таковы: всяк о себе радеет! О ком же больше мне радеть прикажешь? Ответишь ты за дело, а не я. Кто б ни ответил — благороден будешь. 1370 Запомни ж слово ты мое: тебе И в большем деле я служить согласен, Но с ним вражда моя и здесь и там Непримирима. Поступай, как знаешь! Кто и теперь души твоей не ценит, Царь Одиссей, тот сам лишен души! Одно осталось. Тевкру предлагаю, Чтоб равносильной дружбе уступила Недавняя вражда. Аякса тело С тобою я похоронить хочу, Весь труд твой разделить, всю чести меру Ему воздать, какую благородным, 1380 Вкусившим смерть, установил закон. О благородный Одиссей, ты всякой Хвалы достоин! Ты мой страх развеял. Аяксу злейший враг в ахейском войске, Ты лишь один помог ему. Не стал Живой над мертвым злобно надругаться, Как тот военачальник безрассудный И брат его, что вздумали Аякса Последней грустной почести лишить.