Софийка – Близнецы (страница 4)

-Никс… - Грустно протянула Керри.

-Не надо... я понял. Ты уже просто согласилась с кем-то пойти, так? Ничего страшного, я просто подумал, что, ну... ты и я, эльфы – последнее слово он произнес чуть тише. – да в общем, не важно.

-Да – Керри улыбнулась. – Меня уже позвали. Я бы пошла с тобой, если бы ты подошел раньше. – соврала она. И почувствовала, как зардели ее уши. Врать девочка не умела.

-Ага... – Никс смотрел теперь на ее уши и в глазах промелькнуло понимание. – Я понял.

Оставшийся вечер она провела на своей комнатке. Керри забралась на кровать, даже не раздеваясь, а Росси ткнулась носом в ладонь - и только тогда Керри позволила себе закрыть глаза. Горечь, одиночество, тоска и страх полностью завладели ей, погрузив в беспокойные сны, где она все бежала от кого-то, или от чего-то, а потом проваливалась в ледяную черную воду.

Глава Никола

Храм Усмирения наполовину врос в скалы огромной горы, называемой горой Отшельник, а внизу, у ее подножия расстилалось гладкое Бездонное озеро, сверкающее и отражающее небо и горы. Поговаривали, будто у озера этого есть ложное дно в некоторых местах, и кто наступит на него, тот может провалиться вниз, и никто его не найдет. Жители тех краев были совсем неразговорчивы, и достаточно сильно набожны – мирским разговорам они предпочитали уединиться в тишине на природе и помолится своим богам. Красота тех мест была настолько сильна, что невольно поверишь в бога – лишь он способен сотворить такой роскошный мир. Горы вокруг были высокими и острыми – своими вершинами они, казалось, проткнули небо, как мешок с мукой, и побелили все вокруг. Снег часто появлялся в горах, но на горе Отшельнике он не сходил даже летом. Храм Усмирения как раз был на границе вечной мерзлоты и сменяющихся времен года. Служащие там проводили дни за молитвами богам, оберегая людей от зла, таящегося в Бездонном озере. Вот только что это за зло, никто внятно сказать не мог.

В основном люди жили в небольших поселениях у воды, некоторые домики стояли прямо над водой на сваях. Поселения эти не имели имен и какого-то порядка, они хаотично начинались, продолжались, перерастали друг в друга, иногда обрывались и снова росли. Единственное поселение, у которого было название – самое большое и центральное из всех, было Подножие, и название получило от того, что именно оттуда начиналась тропа, что виляя уходила ввысь на гору Отшельник, и через десятки километров приводило в Храм. После Храма тропа разделялась на несколько небольших, и они шли дальше, ввысь. Некоторые люди уходили вверх по тропам в вечную мерзлоту, и не возвращались. Они становились Отшельниками, и жили поодиночке в пещерах, наедине с собой. Казалось, что там они ближе к богу. Но это как подумать.

Население по роду деятельности были в основном знахари, целители, колдуны и служащие богам – многие из них делали небольшие храмы с алтарями прямо у себя дома, также здесь проживало много рыбаков и охотников – в горах водилось много диких зверей. В основном все друг друга знали – своих соседей и соседей по поселению, редко когда какие путники посещали здешние края – и если и посещали, то в основном паломники и маги, пришедшие сюда за какими-то тайными знаниями.

Магией здесь было пропитано все. Многие чудики нашли здесь спокойствие и осели. Подножие готово было приютить каждого, кто нуждается, взамен прося лишь тишины и спокойствия. Здесь же, на одной из улочек Подножия, стоял серый дом с ветхой крышей, утепленной камышом, небольшими оконцами из слюды, которую добывали на берегу озера. В один из дней, на пороге дома появился небольшой кулек, и хозяйка вышла глянуть, что ей принесли. Приподняв край ткани кулька, она выругалась.

-Милостивые боги, ну за что?! – Она схватила кулек на руки и оглянулась в поисках того, кто подкинул дите. Не найдя виновника, она грозно заорала на всю улицу. – ПРИЮТ ПЕРЕПОЛНЕН, УРОДЫ!

Приют и вправду был переполнен, но и хозяйка – мадам Выпуль, старалась выжать из этого положения максимум. Она была нетипичной жительницей Подножия, и, казалось, уже немного выжила из ума. Невысокого роста, коренастая женщина, когда-то сама осталась сиротой в одном из поселков центрального Мироземья, и была отправлена в помощники к одному путешествующему магу, который долгое время слонялся по Мироземью, занимаясь собирательством редких трав и диковинных заклинаний, а под старость поселился в Подножии. Выпуль была его помощницей по хозяйству – она занималась стиркой, готовкой, уходом за лошадьми и ремонтом одежды, не получая взамен ничего. Она так и не научилась читать, только считать, и только монеты, и, очутившись в один день в Подножии, она поняла, что прошла ее молодость, а она стала ненужной и одинокой. Ей был предоставлен дом, но чем заниматься, она не знала. Привыкнув к прислуживанию, она слонялась по городу, среди неразговорчивых жителей и чувствовала, как сходит с ума от одиночества и тоски. Земли Бездонного озера и горы ей казались чуждыми, нагнетающими и недружелюбными, а жизнь не имела смысла, пока, в один день, она не нашла ребенка, чьи родители ушли на гору Отшельник и не вернулись. Так у нее появился приемный сын, а потом второй, и вскоре в Подножии образовался приют. Выпуль не знала любви и любить не умела, зато помнила, как сама будучи удочеренной помощницей, работала каждый день и прислуживала. Так и ее приемные дети стали не детьми, а прислугой. Выпуль нравилось властвовать, она заставляла детей работать на нее – рыбачить и продавать рыбу, зарабатывать деньги в подмастерье у местных жителей, чинить рыболовные сети, перевозить вещи, убирать хлев и конюшни, чистить и красить лодки. Так в ее попечительстве находилось уже около двадцати детей, те, кто был постарше и уже имел возможность уехать из приюта, торопился покинуть Выпуль с ее строгими и порою несправедливыми правилами.

Ну а теперь, она держала комочек в руках и пыталась понять, кто перед ней и сколько ему или ей месяцев. Отогнув край конверта, она облегченно вздохнула.

-Ну, ты хотя бы эльф… а не котенок. - Она нахмурилась, вспомнив, как недавно наблюдала семью паломников-коточевников, с целым выводком мяукающий котят. Потом развернула конверт до конца, - Так ты еще и мальчишка! - На этом она совсем повеселела. Обычно мальчишки легче находили работу, лучше воровали и быстрее покидали приют. Ну, и еще с ними чаще случались несчастные случаи - они тонули, замерзали где-то в горах, куда уходили на охоту или в поход, бывали съедены дикими медведями.. Но, до этого далеко… Выпуль постаралась отогнать эти мысли и отправилась на поиски коровьего молока, пока малыш не проснулся с голодными криками.

-Эльфенку, конечно, будет тяжелее жить в приюте, но я знаю кто нам поможет немного поколдовать над твоими ушами. – В Подножии еще со времен гонений на эльфов остались обычаи подрезать ушки новорожденным эльфам, чтобы уберечь их. Раньше это была политическая безопасность, но со временем жители подножия придали ей особый смысл и защиту от злых духов.

В тот же вечер, она вышла на крыльцо приюта. Небо было черное, и сквозь эту черноту на нее летели колючие снежинки, больно царапая лицо. Холодный ветер дул с гор, принося с собой отголоски воя горный волков. Они выли пронзительно, одиноко и пугающе. И хотя Выпуль часто слышала эти звуки, мурашки пробежали у нее по спине. Она подумала про мальчика, которого ей подбросили утром, не испугается ли он этих завываний?. “Назову его Никола, Ник, чтобы он вырос бесстрашным” - решила она.

Ник рос отнюдь не бесстрашным, но в какой-то части, хладнокровным. Он был достаточно тихим и скромным, как типичный житель Подножия, свободное от работ мадам Выпуль время он проводил со своими друзьями - приютовскими братьями и сестрами. Они вместе ходили на Бездонное озеро, и иногда уходили недалеко в леса и горы, в небольшие походы, где учились ставить лагерь, охотиться, жгли костер и рисовали самодельные карты. Все воспринимали Николу как мальчика, и о том, что он когда-то родился с эльфийскими ушками, Выпуль и сама уже подзабыла. Когда ему исполнилось шесть лет она повела его к местному звездозначу, узнать что-нибудь о его возможном звездном классе.

Маленький поджарый мужчина со смуглой кожей был явно не коренным жителем Подножия. У него были большие карие глаза, небольшой рост, как у большинства жителей Рваной Долины, небольшой акцент и дом, уставленный расписной керамической посудой, очень дорогой, и привезенной с южных земель Мироземия. У стены стоял деревянный стол, заваленный звездными картами, некоторые из них были сделаны им собственноручно. Он доброжелательно встретил гостей, разлив им крепкий черный чай, и усадил рядом со столом.

-Мадам Выпуль, вы принесли мне еще один интересный самородок. - Он улыбнулся, глядя на мальчика как на какой-то интереснй предмет интерьера, отчего тот поморщил нос, отвернувшись.

-Надеюсь ваш прогноз этого мальчика будет стоить пяти этих медяков! - фыркнула она. - Я ведь и не знаю где и когда он родился, как почти все мои дети. Когда его подкинули, на вид ему было меньше месяца. Он был такой крошка, и весь в складочках…-Выпуль показала руками, каким маленьким комочком она его обнаружила когда-то на крыльце.