София Вул – Книги с дарственной (страница 2)

Внутри был один лист. Почерк Елены — поздний, неровный.

«Андрей.

Если ты нашёл эту папку, значит, всё-таки начал разбирать шкаф. Я почему-то была уверена, что раньше чем через полгода ты к нему не подойдёшь».

Он посмотрел на календарь.

Шесть месяцев и девять дней.

— Молодец, — сказал Андрей.

И продолжил:

«Здесь список книг, которые я когда-то дарила людям. Не всех, конечно. Только тех, где я писала что-то важное.

Мне нужно, чтобы ты их нашёл.

Не забирай книги. Они принадлежат тем, кому я их подарила. Просто попроси разрешения открыть и прочитать то, что написано в начале.

Если книги больше нет — ничего страшного. Если человек не захочет показывать — тоже. Не спорь.

Я знаю, что ты сейчас думаешь: зачем?

Не буду объяснять. Если объясню, ты прочитаешь объяснение и никуда не пойдёшь.

А мне нужно, чтобы ты пошёл.

Лена».

Андрей перечитал записку.

Потом ещё раз.

На третий раз почувствовал злость.

— Что за ерунда?

Елена умерла полгода назад, но умудрилась дать ему поручение. Причём именно в своей манере: не «пожалуйста», не «если сможешь», а «мне нужно, чтобы ты их нашёл».

Сорок три человека.

Она серьёзно рассчитывала, что он станет разыскивать их ради дарственных надписей? Кто-то переехал. Кто-то выбросил книгу. Кто-то умер.

Нет.

Он не будет этим заниматься.

Человек имеет право не выполнять последнее желание умершего, если оно бессмысленно.

Андрей закрыл папку и поставил её на край стола.

Вечером он смотрел телевизор, но через сорок минут так и не понял, кто кого убил в сериале.

Перед сном вернулся в спальню. На кровати лежал халат. Андрей хотел наконец засунуть его в мусорный пакет, но вместо этого повесил обратно в ванной.

На следующий день он ушёл на работу и о папке почти не вспоминал.

Почти.

Вечером она лежала там же.

Андрей приготовил чай, открыл папку и снова посмотрел на первое имя.

Соколова Ирина.

Он помнил её лучше, чем казалось вчера. Высокая, с короткими светлыми волосами. Работала с Еленой в издательстве в начале двухтысячных. Один или два раза была у них дома, курила на балконе, громко смеялась.

Однажды Елена сказала:

— Ира сегодня уволилась.

— Куда?

— Никуда.

— Просто уволилась?

— Да.

У них тогда был кредит, маленький ребёнок, денег постоянно не хватало. Возможность уйти с работы «никуда» казалась Андрею почти неприличной.

— Дурь какая-то, — сказал он.

Елена промолчала.

Теперь возле имени Ирины стояло название «Летний дождь», а на отдельной бумажке:

«2003. День рождения. Сказала, что хочет всё бросить».

Андрей взял телефон.

Он не собирался никому звонить. Просто посмотреть.

Поиск быстро привёл к старой статье, потом — к странице Ирины в социальной сети. Седые короткие волосы, очки, та же широкая улыбка.

Можно было написать.

«Здравствуйте. Я муж Елены Воронцовой».

И что дальше?

«У вас сохранилась книга, которую моя жена подарила вам двадцать три года назад? Я хотел бы прочитать дарственную надпись».

Сумасшедший.

Он отложил телефон. Потом снова взял.

На странице был указан адрес электронной почты.

«Здравствуйте, Ирина. Не знаю, помните ли вы меня. Я Андрей Воронцов, муж Елены».

Слово «муж» выглядело неправильно. Он всё ещё был её мужем?

«После смерти Лены я нашёл среди её вещей одну просьбу. Она касается книги, которую Лена когда-то вам подарила. Если книга сохранилась, я хотел бы с вами встретиться.

Если вы не хотите, я пойму».

Он нажал «Отправить» раньше, чем успел передумать.

Ответ пришёл через одиннадцать минут.

«Андрей, конечно, я вас помню. Про Лену знаю. Простите, что тогда не написала вам.

Книга у меня.

Я понимаю, зачем вы её ищете.

Приезжайте завтра после шести».