София Вул – До последнего звонка (страница 8)

— В самом обычном.

— Он пришёл в кино.

— Он каждую неделю приходит в кино. Но сегодня впервые купил один билет и сел не туда.

— И это, по-твоему, что-то значит?

Оля пожала плечами.

— А разве ты не хочешь, чтобы значило?

Лера отвернулась.

— Ты слишком много смотришь сериалов.

— А ты слишком мало живёшь.

Эта фраза задела сильнее, чем должна была.

Лера молча занялась кассой, а Оля ушла в подсобку. Но слова остались.

Ты слишком мало живёшь.

В последние месяцы Лера часто думала, что именно так и выглядит её жизнь. Работа, маленькая квартира, редкие звонки маме, магазин по дороге домой и бесконечные вечера, которые ничем не отличались друг от друга.

Она почти убедила себя, что это и есть спокойствие.

Но почему тогда ей хотелось, чтобы один мужчина обязательно пришёл в пятницу в 19:40?

Почему она помнила, в каком ряду он сидит?

Почему знала, что он предпочитает кофе без сахара, хотя ни разу не видела, как он его пьёт?

И почему, когда он в тот вечер купил один билет, ей стало трудно дышать?

До конца смены оставалось чуть больше часа.

Посетителей было много, и Лере приходилось отвечать на вопросы, менять места, возвращать деньги за отменённые брони и улыбаться людям, которые никак не могли решить, хотят они комедию или триллер.

Она старалась не смотреть на часы.

Получалось плохо.

Каждый раз, когда мимо кассы проходил кто-то в тёмном пальто, сердце делало короткий, глупый рывок.

В 21:46 в фойе стало тихо.

Последний сеанс подходил к концу.

Лера закрыла несколько окон в программе, пересчитала выручку и уже собиралась убрать деньги в сейф, когда услышала знакомые шаги.

Алексей вышел из зала один.

Как и обещал.

Он остановился у двери и оглядел пустеющее фойе. Когда увидел Леру, его лицо смягчилось.

— Вы дождались.

— Я работаю.

— Это не ответ.

— Тогда да. Дождалась.

Он подошёл ближе.

— Фильм понравился?

— Не знаю. Я его не смотрела.

— Жаль.

— Вы уже говорили это.

— Значит, это правда.

Лера сняла резинку с запястья и собрала волосы.

— А вам понравился?

— Больше, чем обычно.

— Потому что сидели ближе к экрану?

— Потому что в этот раз не было пустого места рядом.

Лера замерла.

Он произнёс это негромко, без нажима, но слова всё равно прозвучали слишком отчётливо.

— Вы всё-таки можете объяснять, где были, — сказала она, пытаясь улыбнуться.

— Могу.

— И где же вы были?

Алексей опёрся ладонью о стойку.

— У матери.

— Она заболела?

— Нет.

— Тогда почему...

— Я давно у неё не был.

Он посмотрел куда-то в сторону, на тёмные экраны над залами.

— Иногда мы откладываем важное, потому что думаем, будто времени ещё много.

Лера ничего не ответила.

Ей было знакомо это чувство. То самое опасное спокойствие, которое появляется, когда человек уверен, что сможет позвонить завтра, приехать на следующей неделе, сказать нужные слова чуть позже.

— У вас с ней всё хорошо? — спросила она.

— Сейчас — да.

— А раньше?

— По-разному.

Он улыбнулся, но в глазах осталась усталость.

— Моя мать не любит, когда я пропадаю. А я не люблю, когда меня ждут.