София Устинова – Измена. Развод: Я осколки твоих чувств соберу (страница 10)
С надеждой гляжу на экран, но там вместо «Жена» высвечивается: «Сын».
Немного расстраиваюсь, но отвечаю:
– Да, Кирь? – отваливаюсь на спинку офисного кресла.
– Пап, это правда? – сразу, без предисловий, бросает сын.
– Что именно?
– Что вы с мамой…
– Если ты о том, что мы пока не вместе, да…
– Она не говорит причину, но мне плевать, пап. Что за ерунда? Я хочу жить с тобой.
– Серьёзно? – немного подтягиваюсь. Неожиданно и приятно…
– Да! – без капли сомнения уверяет сын.
– Но, Кирь, ты же…
– С тобой! – вторит с нажимом. – Мне не хватает… полного, капитального внимания одинокой «твоей» женщины. Она же на мне отрываться будет. Уже…
– Зачем ты так…
– Как? Как тебя не стало, она мне внимания стала уделять в сотню раз больше. Я посидеть просто так не могу. Пап, так с ума сойти можно!
– Ну, не утрируй, – ворчливо добавляю. – Она скоро успокоится, и всё образумится.
– То есть, это значит, нет? – обиженно бросает сын.
– Нет, Кирь. Я не против, чтобы ты у меня жил, но ты должен знать всю правду. И мама… она… Я надеюсь на перемирие.
– Зря. Она настроена категорично. Так и сказала, что уже подала на развод.
– Что? – вот теперь подаюсь к столу.
– То! Она с ума сошла?
– Нет, но… Кирь, давай ты приедешь ко мне, и мы поговорим. А то по телефону – совсем неправильно…
– Но ты меня к себе заберёшь? – канючит Кирилл.
– Только с разрешения матери, – соглашаюсь я.
– Куда она денется?! – фыркает Киря.
Не знаю, почему мысль, что сын на моей стороне, меня греет.
– Надин, привет.
– Привет, – мурчит в трубку любовница. – Есть новости или просто соскучился?
– Киря хочет жить со мной. Он в курсе, что мы с Тоней разводимся…
– Вот так? – без особой радости брякает Надина. – И что? Ты согласен? Он будет с нами?
– Со мной, Надин, если Тоня разрешит, – поправляю, давая понять, что сын в приоритете.
– А я значит… ладно, я тебя услышала, – совсем безрадостно звучит её голос.
– Надин, я не о том. Мне с ним нужно поговорить, объяснить ситуацию. И как только всё встанет на места, Киря узнает о тебе, ты появишься у нас, хорошо?
– А у меня есть выбор? – обиженно уточняет Надина. Но девушка она умная, всё понимает. Поэтому отзываюсь:
– Я соскучился, жаль пока придётся побыть на расстоянии. Целую. Спасибо за терпение.
– Не за что, – брякает Надина. И через пару минут после нашего разговора в мессенджер прилетает очень откровенная фотка Надины с подписью: «Вот от чего отказываешься… Теперь просто смотри и скучай. Это не твоё!»
Вот же соблазнительная зараза!
Знает, как подогревать интерес и разыгрывать аппетит.
Хорошо, что я не юнец с гормональным всплеском. Свои животные порывы могу контролировать… ну, почти контролировать. Поэтому не мчусь к Надине доказывать, что она для меня всё и что хочу её как никого. А спокойно дорабатываю и еду домой, по дороге забрав сына из гостей. Там он отсиживался, лишь бы не идти домой, клятвенно заверив, что мать в курсе, где он и что собирается жить со мной.
– И что, она тебя спокойно отпустила?
– Нет, долго капала на мозг, но в итоге согласилась. А что ей остаётся? Я сказал, что не хочу жить с ней…
– Хорошо, – киваю я, управляя машиной в городском плотном потоке и перестраиваясь с полосы на полосу, чтобы свернуть на нужную объездную дорогу.
– Вещи завтра заберу, – с ухмылкой добавляет Кирилл. – Наконец-таки свобода будет.
– Можно подумать, тебя ущемляли… – морщусь я, покосившись на сына.
– Не особо, конечно. Но жить с матерью, пока она бесится и гиперопекает меня, – вот вообще не улыбает.
И уже вечером, сидя в столовой, я всё хожу вокруг да около щекотливой темы, подыскивая верные слова:
– Мама имеет право на то, как поступает…
– Да я уже понял, что ты изменил ей.
– Ам… – запинаюсь на мысли. – Ну раз так, значит, ты понимаешь, что мама не виновата в этом, – сразу стараюсь поставить точки над «и». – Я не хочу развода, а она…
– А вот она очень даже. Они с тётей Ольгой часто общаются и что-то планируют. С адвокатом встречается, а вчера с дедом говорила. Что-то там он был очень недоволен. Она тоже пару раз голос повышала. Я не вникал в тему, но она разозлилась… Сказала, чтобы он не вмешивался. Мол, сама разберётся…
– Мда, разбирается, – киваю недовольно, проглатывая колкость относительно последних действий Тони. Сыну не стоит знать, какая грязь происходит. Антонина – прекрасная мать. Я не смею портить своими словами её образ.
– Значит, ты решил сбежать, а не поддержать мать? – как бы невзначай роняю я, глядя на Кирилла.
Он просто пожимает плечами:
– У неё хватает поддержки, поверь.
– Мог бы просто быть рядом. Всё же мать – женщина, и осталась одна…
– Одна, как же?! – фыркает Киря. – Каринка тоже в курсе и на её стороне. Так что там – змеиный гадюшник, много яда в твою сторону. И на горизонте только война. А здесь… здесь ты. Спокойный, рассудительный мужчина. И ты меня понимаешь лучше.
Спокойный?
Мда уж, сын не понимает, что я при нём храбрюсь и держусь. А так бы… чёрт его знает, что бы уже натворил.
И всё же слова Кирилла работают бальзамом на душу. В этот момент я вновь чувствую себя живым, хотя внутри меня борются противоречия. С одной стороны, я был предателем, изменив Антонине с Надиной. С другой – я был просто человеком, пожелавшим немного свободы. При этом я совершенно не хотел причинять боль своей семье.
Тогда, наверное, если я хочу полноценной свободы, надо сделать, как хочет Тоня, и тихо развестись. Но, чёрт возьми, я люблю Тоню.
Она не просто моя жена, с которой мы в браке вот уже двадцать лет. Она умная, образованная женщина, с которой мне всегда есть о чём поговорить. И ведь до недавнего момента я с ней делил самые сокровенные мысли.
А теперь получается так, что противостояние характеров между мной и Антониной становится невыносимым. Мы словно в разных мирах, и каждый из нас тянет покрывало в свою сторону. Оно скрипит, трещит и вот-вот… порвётся.
Мои мысли нарушает очередной звонок телефона.
В этот раз на экране высвечивается «Карина».
– Да, – с замиранием сердца отзываюсь, лишь пальцем мазнув по экрану.
В голосе дочери слышится злость и обида: