София Руд – Попаданка. Одержимость Короля (страница 28)

Едва хочу выпить чая, чтобы проглотить наконец-то горький ком тревог, как слышу шум за дверью.

— Его Величества здесь нет.

— Я знаю! Здесь она! Его девица! — раздается гневный девичий голос, а секундой позже распахивается дверь.

На пороге стоит та самая дама, что пару дней назад едва не раздавила служанке руку своей туфелькой.

— Так и знала! — шипит она, кидается ко мне, а я от удивления едва не обливаюсь чаем.

К счастью, кружку успеваю поймать, а бешеную гостью ловят слуги. Кто она? Почему врывается сюда подобным образом?

В голову бьет болью лишь один ответ — невеста….

— Что вы себе позволяете?! Руки от меня уберите! — кричит девица, которая однажды займет это место за столом вместо меня.

Нет. Это я случайно заняла ее место. Это мне нужно стыдиться….

И боги, я воистину не смею претендовать на чужое, но от мысли, что такая жестокая девушка как она станет королевой, волосы встают дыбом.

Но кто я, чтобы судит? На все тут есть дурацкие давно изжившие себя законы и правила.

— Пустите, я вам говорю! Оглохли? Или не знаете, кто я? — горлопанит гостья.

— Знаем, Ваша Светлость. У нас приказ защищать госпожу от любых угроз. Не гневите Его Величество, ради богов.

— Ее? От меня?! Вы с ума сошли?! — рычит девушка, вновь кидает в меня убийственный взгляд, от которого и вправду можно умереть, и тут застывает.

— Мия..? — слетает с ее губ, а я только сейчас соображаю, что не прикрыла ничем лицо.

Боги!

— Сестра, что тут происходит? — раздается еще один голос из коридора, но в этот раз я успеваю отвернуться.

— Горан! Она… это она! — взвизгивает девушка, но мужчина и слова ей больше промолвить не позволяет.

— Ты совсем выжила из ума?! Немедленно покинь покои короля, идиотка! После такого и отец тебя не спасет! — рычит он на нее, а затем спешит извиниться перед слугами.

А я стою не дыша, пока тело наливается свинцом. Жду, когда закроются двери и звуки утихнут.

Наконец, суета заканчивается, но легче мне не становится.

Она видела мое лицо! Она узнала! Она расскажет!

Боги…. что мне делать? Нужно сообщить королю.

Тут же кидаюсь к придворной даме, чтобы открыла дверь, а она говорит, как плеер на повторе: “Вам велено беречь себя и отдыхать”.

— Что, и выходить нельзя? Только в комнате сидеть?

— Гулять можно. Провести вас в сад?

— Сад? Лучше к Его Величеству. Это, правда, срочно. Вы же сами все видели и слышали. Мне нужно ему сообщить!

Хмурится, но в этот раз не отказывает. Помогает мне найти вуаль и закрепить заколками к волосам, а после мы обе и еще пара слуг, точно свита, спускаемся на первый этаж. Вот только дальше лестницы уйти не удается.

— Стоять! — раздается грозный крик того самого министра, и просторный холл тут же наполняют стражники, направляя в нас острые мечи.

— Что вы творите, министр?! — взвизгивает придворная дама, закрывая меня собственным телом. — Его Величество будет в ярости, когда об этом узнает! Вы не имеете права!

— Имею, женщина! Молчи! — рычит он, а затем обращается взгляд наверх, где у перил стоит дюжина мужчин в точно таких же дорогих одеяниях, как он. Другие министры?

— Ты арестована, подлая девчонка! — выдает он мне, а стражник по его безмолвному приказу, срывает с меня вуаль.

По залу катится удивленные вздохи, а затем невнятные слова: “Это… это же… о боги! Мия! Мия Стон! Покойница!”

Все бледнеют, а испуганные стражи еще крепче сжимают рукояти мечей, глядя на меня как на призрака. Верно, я ведь для них восставшая из мертвых.

— Что тут происходит?! — распахиваются настежь двери, и в холл входит король.

Его взгляд молнией проходится по стражникам, которые пугаются гнева короля куда сильнее чем “воскресшую” меня. Но страшнее всего должно быть министру, ведь король готов его в прах разнести.

— Опустите мечи немедленно!

— Не могу, Ваше Величество, простите!

— Министр, вы с ума сошли?! — рычит король.

— Я всего лишь исполняю свой долг! Поймал преступницу?!

— Кто здесь преступница, министр?! — рычит король, шагает прямо на стражников, и те расступаются, пряча мечи.

— Она, как вы можете видеть. Эта девушка….

— Это девушка не Мия Стон! — говорит король так громко, что его голос эхом прокатывается по помещению, заставляя окна и стены дрожать.

— Не она, — вдруг соглашается министр. — Но она та, кто украла тело вашей покойной невесты. — выдает он, и сердце пропускает удар.

Что? Он знает? Как? Откуда?!

В глазах мигом темнеет, а ноги становятся ватными. Мне нечем дышать….

— Мы тронулись умом, министр?! — рычит король, закрывая меня своей грудью.

— Никак нет, Ваше Величество. Не верите мне, послушайте его. — министр кивает своему человеку, и сквозь толпу в зал заводят окровавленного пленного. Лайнел?!

— Он все мне лично рассказал. Более того, дневник королевского лекаря Дарвелла еще одного доказательства преступлений этой женщины! — выдает министры, демонстрируя книгу в кожаной обложке.

Но боюсь я сейчас не суда, а того, что увижу в глазах короля, когда он обернется, чтобы спросить:

— Это правда, Анна?

Глава 31. Убить!

Решетка за моей спиной закрывается с грубым лязгом и я опять смотрю на привычный антураж номера “все включено” в темнице.

А немногим ранее король говорил, что мне здесь не место.

Но сейчас я не могу его судить. Он дал мне шанс. Он спросил, и едва я собиралась ответить, рявкнул:

— Я сам все выясню! Отведите ее в темницу!

В других обстоятельствах я бы разгневалась на то, что мне не дали шанса объясниться. А мне много что есть сказать. Что я не выбирала себе эту судьбу. Что я не хотела оказать в теле Мии или кого-то обманывать. Тем более самого короля.

Но моя правда снесла бы не только мою голову. Но и голову отца.

Возможно, я рассказала бы когда-нибудь. Возможно, но маловероятно. Где-то в душе я знаю, что испугалась бы. Не смогла бы сказать Его Величеству, что живу в теле его покойной невесты, когда он только-только ее отпустил. Когда окрыл свое сердце мне.

Но в тот момент, стоя под злыми взглядами шокированных правдой людей, я хотела сказать лишь одно: “Прости”.

А он не дал. Отрезал в тот самый миг, едва я шевельнула губами, чтобы это пошептать. Заглушил своим громким приказом мой шепот.

Может быть, он все увидел в моих глазах? А может просто не захотел слушать. Не захотел, чтобы голосом его почившей любви говорила воровка. Ведь такой меня выставил министр на глазах у всех.

Чужачка, украшая тело принцессы. Бог знает, что еще они мне припишут и в каких грехах обвинят. Шпионаж? Заговор против короны?

Не хочу об этом думать. И о своей судьбе думать тоже не хочу.

Я как разбитая лодка, что рано или поздно пошла бы ко дну. Радует одно, в теле короля я больше не чувствую боли. Ни душевной, ни физической, а значит, он исцелен.