София Руд – Попаданка. Одержимость Короля (страница 16)

Надо умерить пыл?

— Ты не знаешь правила? Те самые, что назвала тупыми! — буравит взглядом. Вот сейчас страшно.

Но я уже не отступлю.

— Вы про то, что слуг нельзя лечить? Нужно было дать ей остаться калекой? Так вы считаете, Ваше Величество? — не могу сдержать вызов в голосе. Так сильно колотит внутри. — Не вы ли говорили, что от здоровья ваших подданных зависит их работа и, следовательно, благосостояние королевства?

— Это совершенно другое.

— Разве? Вы боритесь с одними проблемами, но на другие закрываете глаза? Ее пальцы истерзаны из-за прихоти капризной барышни. Если не оказать помощь вовремя….

— Для слуг есть лекарь слуг! — отрезает король. — Они вовсе не безграмотны и с этой задачей бы справились. Прежде, чем дерзить, потрудись выучить правила дворца. — выдает он, и я на секунду теряюсь.

Для слуг есть свои лекари? Об этом никто не сказал…. А даже если бы сказали….

— Времени у нее не было, Ваше Величество. Нужно было действовать незамедлительно.

— Совсем не признаешь своей вины? — опять давит взглядом, но в этот раз в его глазах есть что-то еще.

Будто он вновь и вновь пытается меня изучать.

— Правила нарушила, значит виновна, Ваше Величество.

— Но не раскаиваешься. — констатирует он.

Он это одобряет или порицает? Что-то я сейчас совсем запуталась.

— Ты дважды преступила закон за эти несколько дней.

— И оба раза во благо вашего народа, во благо вам! — выдаю я, потому что огонь пылающий внутри все не унимается.

Быть может я об этом пожалею. Точно пожалею, но сейчас…. Сейчас я буду говорить!

И этот взгляд, что прожигает насквозь и терзает душу, не остановит меня.

А король прищуривается, испытывая вновь и вновь, веля немедля подчиниться. Меня трясет, ладони потеют, но я не опускаю взгляд.

— Твой язык стал острее. — вдруг выдает владыка, а на его строгом лице вырисовывается едва заметная ухмылка. — Мне тут донесли, что одна придворная дама кинулась на благородную барышню и нагрубила. Голову ломал, кто же это может быть. А это была ты.

— Я не губила. Я бы не стала.

— Но служанку у нее увела ты. Сама сейчас сказала.

— Все было в рамках приличий и классов, — заверяю я.

Он верит или нет? Почему же я его сейчас совсем не понимаю? Гоблины!

Подходит ближе, и с каждым его шагом моя решимость все больше смешивается со страхом.

Шаг. Еще один. Сердце нервно бьется где-то в пятках.

— Сколько же у тебя лиц, Анна? — спрашивает он, наклонившись так близко, что горячее дыхание опаляет лицо.

— Одно, — отвечаю я, не позволяя себе бежать, когда так хочется. — То, из-за которого вы меня ненавидите.

— Ты! — в момент вспыхивает король, и мне кажется, что сейчас я сгорю в этом самом его огне. — Надо было позволить тебя казнить! Если бы знал, сколько проблем ты учишь…. Смеешь дерзить мне?

— Это не дерзость, Ваше Величество. Это правда. Ведь истинно преданный подданный не посмеет лгать королю. Скажет правду, даже если та будет стоить ему жизни, — шепчу я, и его глаза вдруг застывают.

Что? Что я сделала не так?

Впечатлила?

Нет….

Неужели, я опять напомнила ее? Его мертвую невесту. Чем? Тем, что только что сказала?

В синих глазах короля разверзается настоящей шторм. Он смотрит на меня так, будто увидел призрака, а затем хватает за руку.

— Что вы делаете? — испуганно вскрикиваю я, но владыка даже не думает утруждаться ответом.

Решительно тянет меня за собой.

О боги! Куда? Зачем?!

Глава 19. Другой способ исцелиться

Ведет меня прямиком через двор, даже не думая о том, что на нас смотрят слуги. еще бы, король, взяв за руку придворную даму, куда-то ее тащит. Да это же скандал!

А Его Величеству плевать. Понятия не имею, о чем он сейчас думает. Зато у самой сердце судорожно мечется в пятках от мысли, что меня накажут так, что обратно я уже не вернусь.

Но нет. Король может быть и суров, но не жесток. Не кровожаден. Он строг, но справедлив и милосерден, и даже не спрашивайте, откуда я это знаю. Это будто живет под кожей.

И чем дольше его пальцы, сжимающую мою дрожащую руку, опяляют меня, тем больше мне кажется, что мы знакомы вовсе не несколько дней. И дело не в теле Мии. А в чем?

Понять не успеваю, так как король входит в здание и берет маршрут вверх по лестнице. Нужно смотреть под ноги, чтобы не упасть.

Лестницу я благополучно миную без происшествий, а вот, когда открывается одна из дверей, чуть не падаю, запутавшись в собственных ногах.

Король ловит, кутая в запретное для простолюдинки, объятие. По коже моментом проносятся огненные мурашки. Все внутри вспыхивает так, что даже щеки алеют.

О боги. Я сама-то никогда толком не касалась мужчин вот так, а тут еще и тело, которое каждой клеточкой тянется к этому мужчине.

Ловлю на себе его взгляд. Только что был свирепым, а теперь застыл, будто вновь видит призрака.

Что это? Мне кажется, или в глазах короля все же есть место беспокойству за других? За меня?

От этой мысли становится еще более не по себе. Стараюсь выбраться, а он не дает. Его руки будто обратились в сталь.

Это что еще такое? С чего вдруг?

Отпускает. Смаргивает, будто прогоняя наваждение и отступает от меня на пару шагов.

А отчаянно пытаюсь дышать тихо, когда хочется жадно хватать воздух ртом. Ведь в его объятьях я как дурочка забыла, как дышать.

— Узнаешь? — спрашивает меня.

Голос взволнованный, но не злой. С хрипотцой, будто в горле у него пересохло.

— Что я должна узнать?

— Все это, — говорит король, указывая на комнату, в которую меня привел.

Говорит так вкрадчиво и нежно, что я даже теряюсь.

Кровать с балдахином нежно-розового цвета. Пара кресел в дорогой обивке, мольберт для живописи. Стол.

— Нет, — мотаю головой. Впервые это вижу.

— Не может быть. Посмотри еще раз! Вспомни! — велит он мне с огнем в глазах, и до меня доходит….

Он все еще путает меня со своей невестой. Думает, что я потеряла память, что я вспомню?

Он подходит ближе, вновь сокращая дистанцию донельзя, и кладет свои ладони мне на щеки.

Боги, а я ведь только отдышалась….

Касается лбом моего лба, и внутри меня все связывается в тугой узел. Сердце мечется. Просится к нему.