София Руд – Измена. Ты нас предал, Дракон! (страница 29)

Прислушиваюсь. Тишина. Спокойствие.

Значит, сейчас с ней все в порядке. Временно выдыхаю и велю найти мне экипаж. Знатный или простой разницы нет — быстрый.

Через четверть часа уже покачиваюсь в повозке, вытягивая уставшие ноги. Откидываюсь на стенку за спиной и прикрываю глаза, чтобы немного отдохнуть в пути. Спать не планирую, лишь подремать. Ибо, если Мел чего-то испугается, мне придется разбудить дракона быстро.

Но с женой все в порядке. Никаких серьезных импульсов больше не идет. А мелкие, к сожалению, свойственны ей в последние дни.

Велю кучеру остановиться, когда проезжаем у лавок в девятом часу. В этом городке выбор невелик, дорогих артефактов по пальцам пересчитать, но все же нужный я нахожу.

— На одно перемещение, — говорит мужичок в кожаной жилетке, протягивая свою драгоценность.

— Сколько есть, давай.

— Дэк, последний.

Отсыпаю ему положенную сумму и возвращаюсь в повозку. Тревоги Мэл усиливаются. Не нравится мне это. Какая мысль ее не отпускает? Ее так сильно что-то напугало, раз она до сих пор волнуется?

Велю кучеру поторопиться, и уже через час оказываюсь у владений покойного отца Мэл.

А вот и она… Целая, невредимая, немного грустная.

Раньше я любил эту загадочность на ее лице, а сейчас она тревожит. Мэл с тоской смотрит на лес, и я притормаживаю. Потому что сейчас она спокойна, но как только я подойду, одни боги знают, как она себя поведет.

Ее слезы опаснее яда, что разъедает плоть.

Стражника остановила. Зачем? Допрашивает?

Моя нежная и мягкая Мэл сейчас похожа на воительницу. Что ее так заботит? Точнее кто….

Тело пронзают невидимые шипы, когда слышу это имя. Кирк. Он у меня как кость в горле сидит.

Почему он? Почему опять он, Мэл?!

Пальцы сами сжимаются в кулаки от мысли об этом медведе. Что он плел ей, пока прятал ее от меня? Чем заслужил ее тревогу?

Злость так застилает глаза, что я не сдерживаюсь:</p>

— Зачем тебе медведь, Мэл?

— Рид? — оборачивается и пугается, будто призрака увидела.

А, может, не хотела меня видеть? Обо мне не спрашивала.

Да и зачем? Единственное, чего она хочет и неустанно об этом молит – это свобода от меня, гоблины дери!

Зато ищет проклятого медведя! Я сейчас рехнусь!

— Вижу, ты в порядке, Мэл, — внутри все рокочет, но слова выдавливаю спокойно. — И более того, не о муже печешься, а о медведе. Это потому ты была так встревожена все это время? Из-за него?

Вздрагивает, будто я ее на горячем поймал. Нет. Не может быть. Моя Мэл помыслами чиста.

Успокойся, Рид. Не пори гоячку!

Мэл хмурится, кидает взгляд на служивого, но тот ждет команды от меня, чтобы уйти. Получает. Нам сейчас чужие уши не нужны.

— Твоя ревность не к месту. Как и упреки, — выдает голосом, в котором слышится сталь.

Я не видел ее всего два дня и одну ночь, а она так изменилась. Уезжала кровоточащая рана, из последних сил держащаяся на ногах, а теперь передо мной стоит гордая женщина.

Что я, гоблины дери, здесь пропустил?

Что это за взгляд?

— Я, ведь, просил тебя про него не заговаривать?

— Я говорила, что хочу знать, что человек помогавший мне и Дэриэлу выжить, не в беде, — говорит мягко, но слова спиралями вкручиваются в тело.

— Я сказал. Он был вознагражден и отпущен.

Уводит взгляд. Думает, я вру? Или чего ей не хватает? Я оды этому медведью должен воспевать?! Если бы не он, я бы давно нашел Мэл!

Успокойся, Рид. Не дави. Не забывай, как сам наломал дров. Дай ей воздух.

Дай, даже если не хочешь этого делать, гоблины тебя дери! Дай!

— Ваша Светлость, — спешат к нам служивые.

Не до них сейчас. Хотя, нужно развеять голову. Отвлечься.

— Что? — спрашиваю их, а Мэл тем временем спешит покинуть меня. Идет к повитухе и вместе с Дэриэлом возвращается в дом.

— Прошлой ночью кое-что случилось, Ваша Светлость, — докладывают стражи и тут же стоят виноватые гримасы, видя мое недовольство.

— Что именно случилось?

Камень в окно…. Камень в окно Мэл?! Даже дракон пробуждается от такой неслыханной дерзости.

— Кто посмел? Где он? — шиплю я, но стражам нечего сказать.

Злоумышленник не найден. Но это только полбеды. Пока они его искали, послушали, что говорят в окрестностях.

Люд боится. Несмотря на пламя богов, очистившее имя моей жены, они все равно придерживаются суеверий. В первую очередь по поводу Дэриэла.

— Кто-то сказал им, что на вашем наследнике метка Тьмы. И даже пламя богов ее не свело. От этого и слухи идут, — говорят стражники, и я от злости закрываю глаза.

Никто не будет смотреть на моего сына, как на порождение Тьмы. Никто. И даже если эта метка навсегда останется на нем, он будет продолжателем рода Дидрихов. Великим драконом.

И я должен обеспечить ему безопасное взросление и достойное будущее.

— Укрепите защиту, поставьте барьеры, чтобы ни одна мышь сюда не проскочила, — командую стражам, а затем следую в дом.

Дракон рвется вместе со мной. Рычит, мечет искры. Потому что никто не смеет угрожать тому, кто нам дорог.

У порога никто не встречает, будто слуги здесь вымерли, но я отлично помню, что комната Мэл была на втором этаже в конце коридора. Туда и иду. Осмотрю, что здесь случилось, загляну в глаза сына, чтобы он знал, что под защитой.

Толкаю дверь, вхожу в комнатй и застываю, когда взгляд падает на красавицу в одном лишь полотенце. На ее ее обнаженные ключицы, на тонкие хрупкие женственные плечи, на стройные ноги….

Глава 30. Смута в душе.

Внутри мечется пламя. Это неслыханно! Явиться и подозревать меня непонятно в чем, когда сам наворотил таких дел, что вспомнить страшно, а забыть никак не получается.

Нужно успокоиться. Нужно выдохнуть. А я, как заведенная хожу по комнате. Дэриэл ворочается от моих шагов. Вот-вот проснется, а ведь он только пару минут назад уснул. Дневной сон очень важен.

Покачиваю колыбель, веля себе остыть. Воды, что ли, выпить? Но графин пуст. Решаю выглянуть в коридор, чтобы попросить повитуху набрать его, но натыкаюсь взглядом на Рида. Несколько взлохмаченный он спешно идет в мою сторону с другого конца коридора. Что он там делал?

Видит меня и сбавляет шаг. Лишь на миг, а затем еще уверенно идет сюда.

— Я тебя искал, — выдает он. Голос подозрительно проседает, а глаза полны решимости.

— Вы с этом преуспеваете, — отвечаю ему. — Зачем на этот раз? Вновь отчитать?

— Хочу увидеть сына, — говорит он, и от этих слов все внутри переворачивается. Какая-то часть меня встает на дыбы и не хочет впускать его в комнату. Но ведь он и сам войдет, если того пожелает.

Отвожу сердитый взгляд и отхожу с пути.

— Он спит, — спешу сказать, когда, водя в комнату, у Рида вспыхивают глаза, при виде коляски-колыбели.

Дэриэл, словно почувствовав, что отец здесь начинает снова ворочаться и агукать. Будто подсознательно тянется к нему. И как бы мне не хотелось сейчас сказать, что тот, в ком он отчаянно нуждается, едва нас не погубил, я заставляю себя молчать и до боли прикусываю губу.